— то с тобой сделал и заметает следы, — шумно вдыхает, — Никогда, — отстраняется, — Больше так не делай, ты поняла? Не смей пропадать!
— П — прости, — всхлипываю, — Я не решалась позвонить. Ты же злилась на меня.
— Какая же ты глупая, Ефремова! Пошли в квартиру. Конечно, я перестраховалась, поменяла дважды такси, но стоять на лестнице не вариант.
— Ой, да, конечно! — спохватившись, провожу подругу к нашему дому, — Скоро приедет доставка. Лера уже спит, так что проходи в гостиную. Она была бы тебе рада, — пытаюсь улыбнуться.
Раздевшись, Наталья осматривается. Я всё ещё пытаюсь переварить то, что она сказала. Вроде всего пару фраз, но они бьют по больному. Я не одна. Хоть и считала иначе. Подруга примчалась сразу, после моего звонка. И Илья меня искал. Приехал к ней. Зачем?
— Илья он…Ничего не сделал тебе? — спрашиваю, с опаской.
— Пф, — фыркает, — Пусть только попробовал бы. Урод! А не плохая квартирка. Дорогая, наверное, — не спрашивает, а скорее утверждает. Мне не хочется отмазываться, врать, придумывать какие — то истории. Решаю, что буду честна.
— Не знаю. Это квартира Саши. Он не берёт за неё денег.
— То есть ты действительно ушла к любовнику? — скептически выгибает бровь. Проходит и садится на диван, внимательно рассматривая меня.
— Что? Нет! Кто тебе…, — хочу спросить, но ответ приходит сам собой, — Илья.
— В точку. Заявился ко мне. Кричал, как резаный, — морщится, — Жалкое зрелище, скажу я тебе. Визжал что — то на тему, что ты кинула его, забрала дочку и не даёшь видеться, а он якобы скучает. Типо ты не имеешь права лишать его девочки, раз уж сама только и думаешь перед…., — осекается, замолкает на пару мгновений, но заканчивает фразы, — Перед кем повыгоднее раздвинуть ноги, — усмехается, — Кошка гулящая, это ещё самое лестное и безобидное в твою сторону.
— Боже, — прячу лицо в ладонях, — Какой ужас. Как же стыдно.
— Тебе? За него? Даша, не разочаровывай меня! Ты же не жалеешь, что кинула этого мудака?
— Да я не кинула, а сбежала, едва не лишившись жизни! — эмоции распирают, и я практически выкрикиваю. Воцаряется тишина.
— Что?
В этот момент раздаётся тихий стук в дверь.
— Я сейчас.
Понимаю, что скорее всего доставку к нам не пропустили и оказываюсь права. За дверь Антон с моими заказами. Пытаюсь отдать ему деньги, потому что ставила оплату наличными, но мужчина смотрит на меня так, что всё желание теряется. Смущенно благодарю и закрываюсь.
Едва вношу пакеты в комнату, Наташа бросается на помощь.
— Так, давай — ка не увиливай. Бросай эту ерунду и рассказывай.
Глава 14
Дарья…
Естественно, просто так сесть и начать рассказ я не смогла. Нужно было чем — то занять руки, чтобы собраться с мыслями. Подруга помогла, параллельно настраивая меня на нужный лад. Расспрашивала о Лере. Знала, как меня отвлечь, как выстроить диалог. Лёгкая болтовня ни о чём, пару бокалов вина, и вот я уже расслабилась и просто наслаждаюсь моментом. Никаких обид. Всё забыто. И наконец…
— Даш, что случилось у вас с Ильей? — осторожно спрашивает Наташа, даже назвав моего почти бывшего мужа по имени.
— Мы разошлись. Я подала на развод, — вздыхаю. До сих пор не могу поверить, что сделала это.
— Он сказал. А если поподробнее? — продолжает пытать, — Даш, ты знаешь, я всегда была против ваших отношений. Никогда не понимала, что тебя держит рядом с ним. Но сейчас, я удивлена, озадачена, и не буду скрывать, счастлива, — усмехается, но тут же возвращает себе серьёзный вид, — Может расскажешь?
— Очень хочется произнести фразу: «Я же тебе говорила?», — фраза должна была прозвучать безобидно, ведь я прекрасно понимала, что так и есть, но Наташа поморщилась.
— Дурында ты, Дашка. Это из — за той ссоры? Да, я разозлилась. Но только потому, что хочу для тебя лучшей жизни. Впахивать на трёх работах можно и без лишнего груза. Ты ведь не счастлива в браке была. Да и для Лерки он так себе отец. К чему эти мучения? Никогда не понимала!
— Расплата за прошлое, — повторила фразу, которую внушала себе последние пять лет.
— Да — да, это я уже слышала. Бред! Но забей. Не это сейчас важно. И вот когда ты вроде как решилась, мне казалось, что теперь всё изменится, ты включила заднюю. Естественно, я пришла в ярость! Потому что волнуюсь и только.
— Знаю, — киваю.
— И прости, что не отвечала. Ты же из — за этого не позвонила мне? — снова киваю, — Могла бы написать, что у вас…, — замолкает, внимательно разглядывая меня, — Так что у вас всё — таки произошло?
В принципе, скрывать смысла не было. Да и не хотелось. Я начала издалека, представляя, как подруга разозлится в конце. Поэтому хотела немного оттянуть этот момент. Пустилась в рассуждения, что после появления новой работы всё начался настоящий дурдом. И дома, и в душе. Пару раз обмолвилась, что Саша не остался тенью прошлого. В общем, когда дошла до последней ссоры с мужем, Наташа умилялась от поведения моего бывшего. А потом разразилась буря.
— Он что, совсем себя бессмертным почувствовал? — подруга вскочила и я тут же схватила её за руку, боясь, что она рванёт к Илье. Наташа такая, за ней не заржавеет.
— Тихо, Леру разбудишь.
Это подействовало. Нехотя, подруга села обратно.
— Господи, если бы я только знала, не стала бы слушай, а сразу по роже заехала бы.
— И получила бы проблемы.
— Да плевать! — снова повышает голос, — Даш, он ведь мог тебя…, — воинственный запал сменяется болью. В глазах появляются слёзы. Моя крепкая и стойкая подруга искренне переживает и пугается. Обнимаю, стараясь успокоить.
— Вот поэтому я и выключила сим — ку. Не могла приехать. Здесь, я прячусь.
Кое — как, стараясь сократить рассказ, поведала о том, что для меня делает Саша.
— Нифига себе, — присвистнула, — А он крут.
— Да. И очень добр ко мне. Хоть и не должен, — в голосе вновь проскальзывает сожаление. В голове мелькает прошлое. Мысленно приказываю себе остановиться.
— Даш, по — моему ты коришь себя в пустую. Судя по всему, этот мужчина не злится на теня, а наоборот. Всё ещё любит.
Не сдерживаю смех.
— Исключено.
— Неужели?
— Наташ, — смотрю подруге прямо в глаза, — Я поступила с ним как последняя сволочь. Причём дважды.
— Дважды?
— Да. Сказала ему такое…Вела себя так…, — каждый раз, когда хочу озвучить, язык будто немеет, — Господи, если бы ты только знала, как я его любила, — закусываю губу, — Когда видела его в последний раз, думала сердце разорвётся. Иногда
