Читаем без скачивания Американский ниндзя 1-2 - Майк Холланд

Но о дисциплине и тому подобном Ортега думал в спокойном состоянии, теперь же наглость американского выскочки привела его в бешенство настолько, что он утратил способность контролировать свои поступки, не говоря уже мыслях и желаниях.

Кипя от возмущения, Ортега пнул собственный автомобиль. Черная Звезда стоял чуть поодаль, и его глаза выглядели сочувствующими и печальными, что, разумеется, вовсе не соответствовало настоящим чувствам наемного убийцы.

Сорвав зло на ни в чем не повинной машине, Ортега распахнул дверцу и плюхнулся на сиденье, одновременно хватаясь за трубку телефона (ему вовсе не было нужды идти в дом для того, чтобы куда-то позвонить).

— Ринальдо?! — через секунду уже орал он. —

Сучьи дети! Этот ваш мерзавец проник на склад и видел все.

— Да, сэр, — по привычке на уставный манер ответил Ринальдо (тот, кто мог видеть сержанта в этот момент, нашел бы, что у него сильно вытянулось лицо).

— Ты слышишь меня, негодяй?! Я хочу, чтобы этот идиот убрался с моего пути навсегда! Понимаешь, что это значит?!

При этих словах Черная Звезда посмотрел на небо и усмехнулся уголками губ. Едва ли не впервые собственный хозяин показался ему мелким, ничтожным человечком. Впрочем, для него это не имело принципиального значения.

— Не волнуйтесь, сэр, все будет в порядке, — испуганно пообещал Ринальдо, покрываясь испариной. — Сэр…

Услышав о пропаже грузовика, Джексон связал это известие со своим новым другом не сразу. Лишь ближе к вечеру, заметив, что Джо не пришел вместе со всеми обедать, он забеспокоился и, как только возникла свободная минутка, помчался на автобазу.

— Джо Армстронг? — переспросил диспетчер, заглядывая в свои книги. — А, это тот самый, который не вернулся…

— Как не вернулся? — сжал кулаки Джексон. За один равнодушный тон, которым были сказаны эти слова, он захотел дать диспетчеру в морду.

— Ну ведь он же пропал вместе с грузовиком, так? — зачем-то спросил диспетчер, глупо моргая.

Черный кулак опустился на стол, заставляя подпрыгнуть пачки с путевыми листами и прочую документацию. Джексон развернулся и кинулся к выходу из базы.

Он не знал, куда бежит, — просто эмоции требовали хоть каких-то действий.

Джо пропал… Странный, но неплохой, в сущности, парень Джо…

Возле казармы Джексон затормозил.

Первой его мыслью была мысль о том, что над ним подшутили: Джо спокойно шел по дороге, живой и здоровый. Затем показались полицейские, затеяли разговор и, прежде чем Джексон успел подбежать, все трое сели в машину военной полиции и та тронулась с места.

«…расскажешь дежурному офицеру…» — услышал Джексон обрывок фразы.

Это его уже мало волновало. Зная характер Джо и историю на дороге, для Джексона логичнее всего было предположить, что Джо снова ввязался в потасовку с похитителями и, вероятно, кого-то уложил, прежде чем те успели сделать свое дело. Так можно ли было его за это осуждать?

Придя в такому выводу, Джексон решил, что Джо скоро отпустят. Вероятнее всего — запишут показания и привезут обратно. Но время шло, Джо не появлялся, и Кертис снова начал беспокоиться.

Вспомнил он и о грозящем трибунале, и об его вчерашней отлучке с базы. Картина из всего этого складывалась не очень веселая: одно нарушение накладывалось на другое, и все это в лучшем случае подводило Джо под дисциплинарный суд.

«Что они могут поставить ему в вину? Невыполнение приказа — это, небось, сержант постарался, затем… Ну конечно же, опоздание, приравниваемое к самоволке».

Джексон напряг свою память. В каком-нибудь ином месте, где к службе подходили с большим рвением, Джо «утонул» бы наверняка, но тут, в форте Сонор, не раз случались и худшие прецеденты.

Вскоре капрал уже стоял навытяжку перед дежурным офицером военной полиции и по привычке разглядывал краешком глаза сидящую за столом симпатичную секретаршу, которая могла бы не только выдержать конкуренцию с дочкой полковника, но кое в чем и превзойти ее. Вообще, в здешней полиции женщин работало немало…

— Так, я слушаю вас, — отложил, наконец, свою папку офицер.

— Сэр, — Джексон набрал побольше воздуха, готовясь к серьезной и ответственной речи, — прошу прощения, что я вас беспокою, сэр, но, боюсь, произошла ошибка.

— То есть? — удивился офицер.

Он был довольно молод. Тонкие подвижные губы оттеняла тонкая полоска усиков.

— Одного человека арестовали за то, что он не явился вовремя в казарму, — сообщил Джексон и, немного подумав, добавил: — Сэр.

Офицер наморщился: на его памяти не было такого эпизода, тем более, что капрал, судя по всему, имел в виду случай, происшедший совсем недавно, быть может, даже сегодня.

— О ком вы говорите? — переспросил он на всякий случай.

— О Джо Армстронге, сэр.

Лицо дежурного офицера переменилось на глазах: недоумение исчезло, сменяясь ярко выраженным недовольством.

— В том, что его арестовали, нет никакой ошибки, — холодно возразил он. — Или, по-вашему, ошибся сам полковник?

— Полковник? — Джексон отметил, что здесь было что-то не то, но остановиться уже не мог. — Нет, не думаю.

— И с чего вы взяли, — уже снова ледяным голосом продолжал офицер, — что его обвиняют в опоздании?

— А разве нет? — наступила очередь теряться Джексону. — В таком случае… в чем же его обвиняют?

Офицер встал и посмотрел на Джексона сверху вниз.

— Ваш знакомый, — его голос был удивительно четким, — угнал грузовик с секретным военным оборудованием.

— Угнал? — отшатнулся Джексон, глядя на офицера вытаращенными глазами.

Последовавшее за вопросом молчание было знаком согласия.

«Но почему я тут? Как это могло произойти? — думал Джо, проходя по тюремному коридору. — Ничего не понимаю… Если бы мне хоть предъявили обвинение… Неужели у сержанта тут такая власть?»

Тюрьма при управлении военной полиции была крошечной: нарушителей здесь было немного, кроме того, настоящие преступники немедленно переводились в соответствующее городское заведение, так что любая из камер могла быть предоставлена Джо на выбор. Сопровождавший его офицер выбрал ближайшую — исключительно для удобства.

«Ну здесь и замки, — походя подумал Джо, присаживаясь на кровать. — Если бы мне было куда бежать и если бы я хотел этого, ненадолго же они меня смогли бы удержать… Ладно, главное теперь — дождаться разговора и продумать, каким образом я сумею убедить полицию в своей правоте. Насколько я понимаю, Ортега здесь немаловажная персона, да и слово сержанта против моего выглядит куда весомей… Значит, надо будет хорошенько постараться. Надеюсь, наши все же заинтересованы в том, чтобы прекратить безобразия с нападениями и похищениями. Надеюсь…»

Он откинулся на кровать, хмурясь от новой мысли.

Все было еще терпимо, если на Ортегу работал только один сержант и те, кому он сумел запудрить мозги. А что, если у бандита в армии нашлись более солидные союзники?

Сержант был зол.

Казалось бы, он мог бы чувствовать себя и удовлетворенным: Джо, главный возмутитель его спокойствия, главный «фактор риска», был нейтрализован. И все же…

Пока все шло гладко, пока никто не погибал и все стороны получали свое мирным путем, Ринальдо не переживал. Легко быть нечестным, когда все вокруг нечисты на руку, не стыдно быть трусом среди напуганной толпы, но стоило одному человеку выбиться из общего стереотипа и запротестовать против такого порядка вещей, как Ринальдо сделалось вдруг очень неуютно. Возможно, в нем проснулась совесть.

Совесть ему была не нужна, слишком уж далеко зашло дело. Стало быть, причину ее пробуждения следовало устранить. Но, избавляясь от Джо, сержант почувствовал себя еще неуютнее: выходило, что он предал своего. Какие бы связи ни соединяли его с Ортегой, его домом была армия, он провел в ней всю свою сознательную жизнь и, естественно, как любой солдат (даже ненавидимый), как часть того целого, что именуют армией, был намного ближе ему, чем его деловые знакомые.

Мало того, что-то подсказывало ему — на этом дело не кончится. Пример заразителен, и сержант мог поспорить, что теперь раз за разом будут находиться новые смельчаки, а Ортега станет требовать убирать с дороги и их. Но чем больше людей будет гибнуть, тем сильнее будет общий протест и в какой-то момент процесс будет уже не остановить. Лишь непопулярность Джо среди солдат немного прибавляла надежды. Вот почему появление встревоженного Джексона заставило Ринальдо замереть от страха.

Хорошо было Ортеге — тот сидел у себя в имении, сержант же рисковал своей шкурой у всех на виду.

«Только бы не пришлось убирать еще и Джексона,

— заерзал он на стуле. — Это уже выше моих сил».

Вместе с тем он ощутил прилив ненависти к Джо: если бы тот не появился на базе, все шло бы, как и прежде… Ну почему его не убили там, на дороге?