имперский разрушитель вынырнул из гиперпространства и вошел в зону обстрела, «Клятва Апайланы» и оба ее Х-истребителя среагировали достаточно быстро, чтобы «Громовержец» не получил серьезного урона. Силы повстанцев сумели избежать яростной схватки, уйдя на световую скорость, хотя один из истребителей был поврежден шальным турболазерным выстрелом.
Вторая атака началась через тридцать часов. На сей раз «Громовержец» поджидали на подходе к системе Инриви, где Горлан надеялся запросить дополнительный ремонт. Силы атакующих состояли из легкого крейсера и эскадрильи СИД-истребителей. Даже с одним поврежденным Х-истребителем Сумеречной удалось разбить врага без особых усилий.
Ударная волна предсмертной агонии крейсера — распускающиеся цветы взрывов его двигателей и вооружения — уничтожила спасательные капсулы корабля. Как потом излагал Горлан, потери имперцев были «непреднамеренны и весьма прискорбны». Впрочем, это не помешало последующему бурному ликованию, в процессе которого солдаты Сумеречной вскрывали контрабандный алкоголь и поднимали тосты за пилотов и стрелков.
Сами же пилоты и стрелки в этом не участвовали — опасались, что понадобятся снова, причем скоро.
Третья атака последовала спустя еще девятнадцать часов, несмотря на то что «Громовержец» дважды менял курс, чтобы сбить преследователей со следа. Молниеносным сокрушительным ударом группа СИД-перехватчиков, укрывшихся в хвосте кометы, пролетавшей по системе Чонсетта, разнесла правый борт транспортника, прежде чем Сумеречная успела уйти.
К тому времени даже самые отъявленные скептики в команде были уверены, что Империя выслеживает их по всему космосу. Это было что-то новенькое. Даже если не учитывать, что отследить корабль в гиперпространстве было практически невозможно, Сумеречная рота никогда не считалась столь стратегически важной, чтобы заслужить особую ненависть Империи. Отступал весь Альянс, так зачем прилагать такие усилия, тратить ресурсы и жизни, чтобы уничтожить какую-то десантную роту?
Объяснение могло быть только одно.
В качестве меры предосторожности Намир приказал поставить дополнительных охранников возле камеры Ивари Челис. Вряд ли кто попробует покуситься на жизнь губернатора — хотя эта мысль и удовлетворяла, даже Корбо не был таким безрассудным, — но так хоть никто не наделает глупостей.
— Слышал, что три имперские ударные группы прекратили сражение с повстанцами, чтобы охотиться за нами. Правда это или нет?
Голос дроида был похож на скрежет: хриплый, трещащий электрический шум, от которого у Намира сводило челюсти. Или его так раздражала левая клешня М2-М5 — зазубренные металлические инструменты и разнообразные механические приспособления, которые жужжали, выскакивали и убирались обратно из «запястья», как из коробки с пыточными инструментами.
Сержант не любил дроидов. Он всегда чувствовал себя не в своей тарелке наедине с разумной техникой. Но М2-М5 был лучшим механиком Сумеречной, и Намиру было велено — весьма многословно — «отбросить сомнения и довериться этому ходячему металлолому».
— У нас из-за этого проблемы с двигателем? — спросил Намир. — Потому что ты подслушиваешь переговоры на мостике, вместо того чтобы работать?
— У нас проблемы с двигателем, — парировал дроид, — потому что мой корабль постоянно атакуют. А атакуют его потому, что у нас проблемы с двигателем.
— В смысле? — нахмурился Намир.
Дроид покатился в покалеченное машинное отделение. Намир стоял достаточно близко, чтобы слышать его голос на фоне шума гипердвигателя.
— Помните атаку, которая последовала вскоре после того, как вы доставили на борт вашу имперскую приятельницу?
— Я чуть заживо не сгорел. Помню. И это не я доставил Челис на борт. Горлан решил…
М2-М5 взмахнул клешней перед закрытым люком. Зеленый огонек на одном из инструментов дроида стал красным.
— Видите? — сказал он. — Это сигнализирует об утечке частиц гиперматерии. Повреждение на микроскопическом уровне, скорее всего, в одном из нескольких сотен отражателей излучения «Громовержца». Недостаточно, чтобы повлиять на эффективность, но вполне может оставить след для Дарта Вейдера.
— Вряд ли Вейдер с этим связан. И не подслушивай больше разговоров о Челис.
Красный огонек быстро замигал. Намир подозревал, что для дроида это вроде как пожать плечами. Или неприличный жест.
— Думаешь, повреждение получено во время первой атаки? — спросил Намир.
— Похоже на то. Подозреваю, что имперцы не идентифицировали наш след до Коерти. Как бы то ни было, у меня нет соответствующего оборудования для ремонта.
— Тогда разбери себя на запчасти, — посоветовал Намир и зашагал к ближайшей лестнице. — Отправь полный отчет капитану, — крикнул он. — Это может стать проблемой.
Через час Горлан собрал старших офицеров. Намир стоял в дальнем углу конференц-зала рядом с главой медслужбы Фон Гайцем и интендантом Хобером. Этот угол был отведен солдатам Сумеречной, приглашенным из вежливости: их участие в дискуссии не предполагалось. За столом сидели лейтенант Сайргон, командование «Громовержца» и «Клятвы Апайланы» и Ивари Челис, которая расселась в капитанском кресле с чашечкой чая, в то время как Горлан расхаживал вокруг.
Первым избавиться от пленницы предложил лейтенант Сайргон сразу после того, как капитан кратко изложил ситуацию.
— Пока что нам везло, — сказал лейтенант. — У Империи просто не было сил на что-то большее, чем просто беспокоить нас. Но они все ближе, и нам не выстоять против звездного разрушителя…
— Суперразрушителя, — с горькой усмешкой поправила Челис. — У Вейдера новый флагман. Но продолжайте, прошу вас.
Сайргон не удостоил ее взглядом.
— Отправим губернатора на челноке. Возможно, она не выживет, но имперцы перестанут посылать за нами все, что у них есть. Мне не нравится этот план, но как дальше держать ее на корабле и при этом выживать, я не знаю.
Челис понимающе кивнула, словно и ожидала такого.
— Нет, — сказал Горлан, обводя взглядом своих офицеров, устанавливая на мгновение визуальный контакт с каждым. — Я хотел узнать ваше мнение и ценю вашу откровенность, лейтенант. Но мы не бросим эту женщину. Талризан-четыре. Станция «Надежда». Рассвет Анрулы. — С каждым названием он ударял по столешнице. — Все потеряны, пока мы сопровождали отступление флота из Среднего Кольца. Генерал Амрашад погиб. Даже коммандер Скайуокер не может взрывать по «Звезде Смерти» каждый месяц. Срыв программы создания биологического оружия на Коерти — единственная настоящая победа, которую за последнее время одержал Альянс. Эту возможность дала нам
