Я пытаюсь не завидовать более талантливым конкуренткам… да как-то не всегда получается.
Сашка сходил к одному из столов и принес мне еще один напиток, а точнее, несколько шотов клюквенной водки.
― Ты напоить меня пытаешься? ― с усмешкой взяла одну из рюмок.
― Есть такое дело, ― хитро улыбнулся парень.
― Ну, тогда и сам пей!
― Это само собой.
Чокнувшись, мы выпили по шоту, и свой я закусила кусочком сыра с плесенью. Но если уж на то пошло, меня и от мартини уже слегка повело ‒ кроме той тарталетки с икрой, я почти ничего и не съела. И возможно, сегодня мне пить как раз не стоило ‒ я чувствовала, как вместе с этиловым спиртом по моим венам расходится жажда приключений.
Мой взгляд сам собой переместился к тому месту, где сидел парень, о котором, несмотря ни на что, я не могла не вспоминать каждую гребанную секунду. Давид пересел так, чтобы мы с Сашей оказались у него на виду. Он тоже пил и пил явно больше, чем следовало ‒ на столике перед ним уже скопилось немало пустых рюмок из-под крепких алкогольных напитков.
Наши взгляды снова встретились… и мое тело словно пронзило огнем. С большим трудом я перевела глаза обратно на своего спутника.
Тем временем атмосфера в гостиной стала совсем уж веселой. Шторы раздвинули, и из больших панорамных окон открылся потрясающий вид горящую всеми огнями Москву. Музыку сделали еще громче. Начались буйные танцы.
― Давайте во что-нибудь поиграем все вместе, пока еще не совсем напились! ― предложила Соня из 11«А».
Это была бойкая, темноволосая, смуглая, очень полная, но при этом красивая, модно одетая девушка (мне казалось, с такой внешностью она могла бы стать моделью плюс сайз).
― Да ну, неохота! ― ответила одна из девчонок, танцевавшая, с ногами забравшись на пуфик.
― Давид, тебе решать! Кстати, спасибо за потрясный вечер! ― Соня подняла вверх свой напиток, и все вокруг, крича и улюлюкая, сделали то же самое.
― Давайте сыграем, ― взгляд Третьякова снова на мгновение задержался на мне.
― В «Правду или вызов», как обычно? В шарады?
― Давайте в «Я никогда не…», как раз и напьемся.
Я всегда любила такие игры ‒ по-моему, они могут скрасить любой, даже самый скучный вечер. Мы как-то играли в «Я никогда не…» с одной только Евой, и то получилось весело. Обе напились до совершенно невменяемого состояния, просто потому что загадывали то, что и так друг про друга знали, вроде, «У меня никогда не было домашних животных», или «Я никогда не бывала в Индии» и т. д.
Но сейчас что-то мне подсказывало, что мне не стоило играть… правда, одновременно мне очень даже хотелось сыграть. И чем больше я пьянела, тем сильнее хотелось. Алкоголь в моей крови так и подбивал меня на поиск приключений.
― Подтягивайтесь, ребята! ― Соня сделала музыку потише.
Мы с Сашкой заняли один из пуфиков ближе к общему кругу.
― Я начну, ― девушка призадумалась на минуту. ― Я никогда не… красила волосы!
Этот кон я пропустила ‒ волосы, как ни странно, я тоже никогда не красила, не хотела испортить их структуру, и мне очень нравился мой натуральный цвет.
Большинство девчонок выпили по глотку, и даже кое-кто из парней.
Следующей загадывать выпало Марине.
― Я никогда не… целовалась, ― смущенно улыбнулась девушка.
― Да ладно? ― у Сони округлились глаза. ― Ну, давай, я тебя поцелую, а то не дело это!
Все засмеялись.
Абсолютное большинство ребят выпили, и я в том числе. Кроме самой Марины не целованной оказалась еще одна девушка. Остальные старшеклассники здесь собрались, по-видимому, такие же прожженные гуляки, как и я (ну, может, и не настолько прожженные).
Через несколько ходов говорить, чего я никогда не делала, выпало мне.
― Я никогда не издевалась над одноклассниками, ― сказала, невольно взглянув на Давида.
Ребята принялись вспоминать, над кем и когда они могли издеваться.
― Я тоже ни над кем не издевалась, ― сказала Света.
― Ну, нет, гордиться тут нечем, но было как-то раз, ― Дима почесал затылок.
― Да мы много над кем издевались. Блин, вспомните хоть седьмой-восьмой классы ‒ да мы же бешенные были, реально, нас даже учителя боялись! ― ухмыльнулся Тим.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Больше половины ребят сделали по глотку, в том числе и Третьяков.
Неужели и сейчас меня не узнал? Не узнал, глядя в те самые глаза, которые видел без очков, когда украл их и кинул в грязь вместе с моей любимой книгой!
Ну, хотя бы не отрицает, что над кем-то издевался. Наверное, помнит, что сделал, хоть и вряд ли раскаивается.
Ребята по очереди говорили, чего они никогда не делали, звучали фразы «Я никогда не писал в бассейн», «Я никогда не убегал от полиции», «Я никогда не делала что-то спьяну, о чем потом жалела», «Я не смотрел Иронию судьбы» (некоторые варианты я опущу, чтобы не нарушать законодательства РФ), и почти всякий раз мне приходилось делать глоток.
Довольно быстро я окончательно опьянела и как следует развеселилась. Тело расслабилось, веки потяжелели. Я почувствовала, что теряю контроль над своими действиями ‒ совсем чуть-чуть, конечно, просто становлюсь готова на большее, чем обычно. Становлюсь импульсивнее, да и намного болтливее.
― Когда это тебе пришлось убегать от полиции? ― Сашка удивленно приподнял брови.
― Дурацкая история, ― засмеялась я. ― Потом как-нибудь расскажу!
История эта включала все тот же алкоголь, который мы распивали глубокой ночью прямо в центре Питера по дороге на разведение мостов, и одного придурка, который зарядил бутылкой в окно прелестного исторического здания в стиле «рококо».
― Так ты, выходит, плохая девочка?
― Ну, уж точно не хорошая! ― я засмеялась еще громче.
Соне выпало загадывать следующей:
― Я никогда не… спала с девушкой!
Хитро улыбнувшись, она оглядела парней ‒ у кого из старшеклассников хватит смелости признаться, что он все еще девственник? Со всех сторон раздались смешки.
― Ну, так не честно! ― шутливо возмутился Дима. ― Мы и так знаем, что ты не спала с девушкой!
― Откуда? ― рассмеялась Соня. ― Мой личный дневник, что ли, читали? Пей или не пей, Комаров. На правила игры не жалуйся!
Дима так и не выпил, так же, как еще парочка парней. Правда, мне показалось, кое-кто из тех, что сделали глоток, просто постеснялись признаться в отсутствии опыта. Но, в конце концов, нам было всего по семнадцать-восемнадцать лет, в этом возрасте далеко, далеко не все занимаются сексом (и ничего постыдного в этом нет). Зато меня восхитила честность тех, кто не стал ничего отрицать.
Увы, мне тоже пришлось быть честной.
Под пораженными взглядами моих старых новых одноклассников, я опрокинула в себя стопку клюквенной водки. Шутливо округлив глаза, приложила ладонь ко рту, словно бы говоря «Упс!».
― Вот это да! ― удивилась Света. ― Серьезно?
― Какие вещи узнаем, ― в шоке произнес Артур, тот татуированный мажор с каштановыми волосами. ― Только не говорите мне, что самая красивая девушка в школе ‒ лесби! Мое сердце этого не выдержит!
― Она не лесби, она просто экспериментирует, ― подмигнула мне Соня.
― Так что это было, Ника?
― Расскажи, мы ведь все сдохнем, если не узнаем!
― Я не лесби, просто как-то раз у меня был секс втроем! ― с усмешкой пожала плечами.
Наверное, мне не стоило никому об этом рассказывать? А, была не была!
Как-то раз Альфред Шварц, очень известный в узких кругах модный фотограф пригласил меня на одну вечеринку, на которой собрались модели, рекламирующие нижнее белье того самого всеми любимого бренда. Да как-то так вышло, что с той вечеринки я ушла не с ним, а с миллионером и известным плейбоем Николаем Плисецким и испанской моделью Сандрой Серрано. На следующее утро проснулась в его номере люкс в отеле «Рэдиссон».
Кажется, я уже упоминала, что никогда не была пай-девочкой?
В нескольких сочных красочных фразах, не упоминая имен, я описала этот случай одноклассникам.
― Я думал, такое только в фильмах бывает!
