— Я даже не знаю, — Анне так польстило доверие и комплимент, что невероятность происходящего перестала казаться ему странной. Ну, одни, ну бывшая рабыня, подумаешь, а может Магдалена не так прост как казался, распробовал женщину и решил ее не отпускать. Может он на обеих женится, а что, он бы тоже женился, девочки обе очень милы. — Надо подождать пока Магдалена вернется.
— Мы подождем, — хором ответили девушки.
— Ой, что-то горит, — принюхалась Олеся.
— Каша, — ахнула Настя и кинулась на кухню. — Вы с нами позавтракаете, Анна?
— Нет, меня дома ждут, я просто зашел поприветствовать хозяина. Если что-то понадобится, обращайтесь.
— Непременно, — пообещала Настя.
— Господи, я думала, умру от страха, — Олеся села прямо на пол посреди комнаты. — Стаська, какая же ты смелая.
— Хорошо мы с тобой все придумали, вроде прокатило, — Настя выгребла из кастрюльки то, что не пригорело. — Не сильно вкусно, но ничего другого нет. Надо будет за продуктами сходить.
— Можно я тебя тут подожду? — попросила Олеся. — Мне страшно ужасно. В лесу было страшно, но тут еще страшнее.
— Сиди, — согласилась Настя. — Денег у нас с тобой не густо, — вздохнула она, пересчитывая наличность. — Пару походов в магазин и все.
— А может больше и не понадобится? С надеждой спросила Олеся. — Твой папа позвонит куда надо, нас вернут домой.
— Конечно, — кивнула Настя, говорить подруге, что в прошлый раз только на переговоры ушло несколько недель ей не хотелось. Но откуда ж денег взять?
Лавочник увидеть Настю никак не ожидал, но невероятно ей обрадовался. От него не укрылось, что сережки в ухе у девушки нет.
— Прекрасная Стас вы вернулись, я несказанно рад.
— Я тоже, — холодно кивнула Настя. — Мне надо вот это, это и, пожалуй, вон то, — она ткнула пальчиком в нужные ей продукты. — Сколько с меня?
— Ни сколько. Стас, я вижу ты свободна, — лавочник вышел из-за прилавка.
— Стой, где стоял, — Настя сделала шаг назад. — Стой, я сказала.
— Стас, ну что ты? Ты свободна, я свободен. Девушке сложно жить одной, а я готов тебе помочь.
— Засунь подальше свою помощь, — Настя попыталась выскочить из лавки, но мужчина преградил ей дорогу.
— С ума схожу как вижу тебя.
— Не тронь меня, — Настя вырвалась. — Не тронь, сволочь.
— Люблю, когда женщины сначала так бурно сопротивляются, — мужчина прикрыл дверь магазинчика.
— Ах, любишь? — прошипела Настя. — Ну, тогда получай, — в лавочника полетела палка колбасы, до которой девушка сумела дотянуться — И вот это держи, — следом последовал кувшин с вином, Настя целилась в голову, но промахнулась. Она была так зла, что любвеобильный лавочник получил за все и за всех. За себя, за орден Тиронов, за орден Баронов, за необходимость причинять невинным людям боль, за их мытарства в лесу, за вечный страх, за то, что приходилось все время врать и бояться, за то, что не было денег, за то, что было неизвестно когда придет помощь и придет ли она вообще. Настя остервенело, со слезами и криками громила лавку, отталкивая от себя пытавшегося остановить ее лавочника. — Любви тебе надо, — зло размазывая слезы по щекам, спросила она. — Еще надо или хватит? — Настя не видела, что за происходящим сквозь окна и открывшуюся дверь с интересом наблюдает народ. — Ты решил, если я одинока, то можно делать все что угодно? Ты решил, что если за меня заступиться некому, то я позволю все что хочешь? Ненавижу, урода, — Настя метнула в мужчину последним целым кувшином и выскочила на улицу.
— Держите ее, — крикнул лавочник. — Она мне всю лавку разгромила.
— Ты сам напросился, — Настя испуганно огляделась. Ну, вот и все, сейчас схватят и скормят скакунам или, что еще хуже, отдадут этому типу в рабство. — Я порядочная девушка и я предупреждала, чтобы ты ко мне не лез.
— За лавку заплатишь.
— Ты приставал к ней? — вперед вышел рыцарь в сером.
— Нет. Ну, может быть, но совсем немного, но это не повод так все крушить.
— Немного? — возмутилась Настя. — Распускать руки и не дать мне уйти это немного? — она снова начала заводиться.
— Тихо, — рыцарь перехватил ее на подлете к лавочнику, которому Настя собиралась вцепиться в волосы. — У тебя есть свидетели того, что ты говоришь правду?
— Господи, какие свидетели? Я честь свою защищала, а не показательные выступления устраивала.
— Я видела, как он ее не выпускал, — сказала одна из женщин.
— Я видел, как она ему около года назад про меж ног врезала, — добавил кто-то еще.
— Значит, ты домогаешься девушку не в первый раз, — не то спросил, не то констатировал рыцарь.
— Пустите меня, — Настя вырвалась из рук рыцаря. — Тебе хотелось страсти? Ты ее получил и не говори, что я не предупреждала, что хуже будет, — девушка развернулась и, гордо подняв голову, пошла прочь, а, свернув за угол, как-то сжалась, заплакала и побежала. На повороте на свою улицу она остановилась, нельзя появляться в доме в таком состоянии, а можно ли ей теперь вообще туда возвращаться? Вдруг торговец страже пожалуется? Ну почему она не умеет держать себя в руках? Девушка опустилась на землю у фонтана посреди площади, сейчас она немного успокоиться, умоется и тогда пойдет домой. Надо забрать Олесю и уходить.
— Вот ты где, — к Насте подошел серый рыцарь. — А ведь я тебя узнал, — он сел рядом. — Это ты тогда на моего скакуна рычала.
— О боже, — Настя уронила голову на колени, только этого ей не хватало.
— Ты отчаянная, — усмехнулся рыцарь. — Но с лавочником ты перестаралась. У него в лавке ничего целого не осталось.
— Он любит страстных женщин, вот и получил. А за скакуна вам заплатили, — Настя встала на ноги.
— Да сядь ты, — улыбнулся рыцарь. — Чего опять испугалась? Лавочника я припугнул, от него неприятностей и стражи не жди, а что до скакунов, как ты сумела? Я пробовал потом, едва носа не лишился. Это разновидность чародейства?
— Да нет, — Настя снова опустилась на землю. — Скакун зверь, когда он скалится, он пугает, показывает что он сильнее, если скалишься в ответ, значит, показываешь, что не боишься. Хотя со скакуном я тогда конечно сдурила, он гораздо крупнее собаки, мог, и правда, голову откусить.
— Кого? — не понял рыцарь.
— Зверя такого небольшого.
— Ладно, это не важно. Я могу тебе помочь?
— Вы и так уже помогли, — Настя подняла глаза на мужчину. — Если бы не вы, он бы меня на всю жизнь в рабыни заключил.
— Я не о лавочнике. Тебя что-то случилось, я угадал?
— Угадали, — кивнула Настя. — Я устала, я хочу домой, у меня нет денег, и почти кончились силы.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
