не простят, слишком уж резонансным будет событие.
Осознаю всю возможную «сладость» послевкусия этого вечера, но я не боюсь.
Пусть будет так, как суждено. Я готова идти за Тайгером хоть на край света, не то, что на выпускной…
Отгоняю ненужные мысли и поднимаюсь со скамейки, бреду к зданию кампуса.
Иду отсыпаться.
Я столько не спала, что, наверное, упаду в беспробудный сон на денек-другой.
Несмотря на ожидания, всю ночь ворочалась с боку на бок. Меня мучили странные сны и, в целом, я часто просыпалась ночью и думала, что утром буду разбитой, взбудораженной и полной надежд.
Однако под конец я все-же вырубилась. Утро следующего дня пришло неожиданно.
Я выныриваю из забытья своего глубокого сна. Резко открываю глаза и меня накрывает осознанием: «Сегодня бал выпускников!!! На который я иду с Тайгером Ривзом!».
Сумасшедшая мысль ворочается в мозгу, заставляя эмоции бить через край!
Вот он – мой день Х…
Я лежу в постели, уперев взгляд в потолок, ощущая, как бабочки предвкушения порхают в животе. Губы расплываются в улыбке и, наверное, видок у меня со стороны счастливо-пришибленный, в общем.
Я скидываю покрывало, вылезаю из кровати и кружу по пустой комнате в сумасшедшем танце озверевшего кролика-попрыгунчика.
Солнце только начинает заглядывать в комнату, а я кружу в своем странном радостном танце по комнате. Счастье переполняет сердце, льется, словно вода, пробиваясь в этот мир настроением, которое взмывает на небывалые высоты.
– Сегодня. Сегодня. Сегодня… Я пойду на бал… сегодня, сегодня, сегодня… – распеваю я заветное слово на разный манер.
Мне так сладко предвкушать, радостно, несмотря на все опасения и страхи. Я пою, парю, летаю, никого не опасаясь, ведь я одна в комнате!
Луиза уже уехала домой, взяв с меня клятву рассказать обо всем в мельчайших деталях. Я включаю музыку на телефоне на полную, и под задорные попсовые биты танцую, как угорелая, подпевая, слегка фальцирую звук, пою то на октаву выше, то ниже популярного певца, словом, измываюсь над его песней, как могу.
Весело крутя задом, прохожу в ванную и вдоволь плещусь под душем, по десятому кругу намывая тело ароматным гелем с запахом ванили и шоколада. Любимый запах привереды Лу и мне пришелся по душе.
Выбираюсь из воды, закутываясь в махровый халат и сооружая тюрбан на голове из полотенца. Выключаю музыку на телефоне и подпрыгиваю, услышав стук в дверь. Нет, не так. Это не стук. Кто-то, потеряв терпение, явно пинал ее с ноги.
– Иду! – кричу я и грохот прекратился. Подскочила, открывая нараспашку и врезалась взглядом в недовольную моську молодой девчонки, у ног которой стояли два огромных блестящих металлических чемодана.
– Эээ… – многозначительно озвучиваю я, думая, что к нам зашла новая соседка. Ну, чемоданы на это намекали, но затем соображаю, что в конце года – это не реально. Да и девица никак не школьница. Там явно за двадцать.
– Ты меня впустишь, нет? – без особых расшаркиваний по-простому недовольно хмыкнула кудрявая красавица, убрав тщательно завитый локон за аккуратное ушко.
– А ты кто? – спрашиваю я в свою очередь. Мы тоже из простых, если что, я и на сленге пообщаться могу. В наших трущобах с рождения учишься определенным оборотам речи, знания идут автоматом, так сказать. Впитываясь с загазованным воздухом улиц.
Девчонка икнула от моей наглости, вытаращив на меня красиво подведенные глаза, шокировано произнесла:
– Я – лучший стилист побережья! Вероника Хайт.
Исчерпывающий ответ!
«Знать бы еще, кто это», – внутренне удивилась я, продолжая таращиться на ухоженную красивую девушку в легком летнем платье. Я все туплю, не понимая, чего она от меня хочет.
– Впусти меня! – теряя терпение, пояснила красотка, окидывая меня диким взглядом. – Нам нужно подготовить праздничный образ, и, как вижу, работа предстоит основательная!
Я все-таки посторонилась, пропуская гостью, которая с легкостью и грацией подняла свои чемоданы, проходя внутрь и быстренько окидывая пространство, подошла к дивану, закинула на него чемоданы и изящным движением открыла.
– Преступим! – многозначительно улыбнулась она, упирая в меня тяжелый взор, и что-то от кровожадности улыбки, промелькнувшей на кукольном личике, мне поплохело…
Однако мои страхи оказываются ложными, мы с этой девчонкой на одной волне. Вероника Хайт – простая и веселая в общении, вертит меня в разные стороны как заправской эквилибрист, заставляя то краснеть, то бледнеть и познакомиться с некоторыми женскими и весьма интимными процедурами.
Мне было поначалу не по себе, проскальзывала мысль: «Это к чему меня готовят-то?».
Но Вероника заверила меня, что это я безбожный тормоз и доисторический экземпляр, замерший в своем развитии на эпохе палеолита.
– Адель, детка, любая уважающая себя девчонка должна быть в курсе шугаринга, пилинга, микроблейдинга…
– Да. Да. Мисс Хайт, я уже в курсе твоих бесконечных «ингов», испытала на собственной шкуре, – отшучиваюсь я, пока девушка приступает к завершающей стадии макияжа. – Я уже поняла после твоих процедур all inclusive, до чего, так сказать, дошел прогресс.
В целом, мисс Хайт весело щебечет ни о чем и здорово отвлекает меня от угнетающего ожидания и мыслей. Она рассказывает курьезные случаи из своей профессиональной практики и заставляет меня краснеть из-за некоторых пикантных подробностей.
Вероника ко всему прочему является счастливой обладательницей заразительного странноватого смеха.
Вот смеется она будто дятел и звучит это как смех Вуди Вудкепера из популярного мультика. Я обхохатываюсь с этого смеха, все время в уме слышу мультяшку с его вечным: «Аге-ге-ге. Ге-ге…».
Хорошая оказалась девчонка эта Хайт. Пожалуй, я бы даже сдружилась с ней, если бы нуждалась в подобных услугах в обычной жизни…
– Ну все, краса моя! – широко улыбнулась Вероника. – Ты – готова!
Стилист резким движением развернула меня к зеркалу, и я уставилась на свое отражение, не сдержав удивленного возгласа:
– Ох…
Это я и не я!
Девушка из зеркала – прекрасная юная нимфа с минимальным макияжем на лице и волосами, завитыми в крупные локоны, собранными в низкий пучок, с четкой линией лебединой шеи, подчеркнутой каплевидными небольшими серьгами и тонкой цепочкой с музыкальным ключом под ключицами.
Эта девушка уязвима и трогательна с этими узкими, немного острыми плечами, виднеющимися в слегка спадающих плечиках платья, весьма скромного и тем временем провокационного, скорее всего, из-за бежевого цвета…
При желании я могу показаться обнаженной, потому что тон платья ненамного контрастирует с цветом моей кожи…
– О, Адель! По упавшей челюсти вижу, что ты прям в восторге! – нагнувшись ко мне и поймав мой взгляд в зеркале, подбадривает Вероника.
Затем она быстро собралась, бросив ошарашенной мне на прощание:
– До встречи! – упорхнула, самостоятельно и по-свойски закрыв за собой
