— А вы организовали для них войну! — гневно воскликнула Джойс.
— Нет. Я только дал им общую цель. Они поверили в то, что я им сказал об оружии в куполе. При их образе мыслей это оказалось самым естественным, самым правдоподобным. Конечно, вы использовали бы его при необходимости — все бы так поступили. Но шанга захватили купол слишком быстро, и вы просто не успели пустить его в ход. В результате этого Ягола организовали заговор против Рокулэло, и это тоже вполне соответствует их образу мыслей.
— Но к чему вы их сейчас принуждаете? — Она больше не могла сдерживать слез. — Штурмовать горы? Они ничего не смогут сделать без Старейшин!
— Смогут, если Старейшин заменят люди.
— Но… но… нет, мы не можем… мы не должны..
— Может, и не придется, — сказал торговец. — Посмотрим. Ну, ну, не расстраивайтесь. Сейчас Ники вытрет вам слезы и высморкает ваш прелестный носик.
Она положила голову ему на руку и разрыдалась.
6
Гора Кузулонго как сказочное чудовище постепенно вырастала над равниной. Утес громоздился на утес, между ними были видны осыпи, покрытые ледниками, которые тянулись вплоть до пиков, вырисовывающихся на фоне солнечного диска. Джойс никогда раньше не ощущала так сильно холод и мрак этого мира. Она ехала по тропе, ведущей в город, на однорогом животном, укутанном одеялами, чтобы предохранить его от тепла человеческого тела. Порывы ветра, свистевшего между скал, били словно кулаком и развевали знамя, которое вез на конце копья ехавший впереди Уулобу. Оглядываясь назад, она видела уходящую вниз тропу, а на ней — Ньяронгу и с полдюжины других вождей. Их плащи развевались по ветру, копья подымались и опускались в такт прыжкам животных, цвет их шерсти был неразличим в сумерках, но ей казалось, что она видит жесткое выражение их лиц. Далеко внизу, у подножия горы, осталось их войско — пятьсот вооруженных и разгневанных воинов Рокулэло. Но сейчас они были покрыты пылью. И если она погибнет наверху, они смогут отомстить за нее, а этого она не хотела.
Джойс вздрогнула и направила своего бесаи к соседнему животному, которое пыхтело под тяжестью ван Рийна.
— Наконец-то туземцы следуют за мной, — сказала она, понимая всю нелепость своего замечания. Но ей хотелось что-нибудь сказать, чтобы перекричать ветер. — Слава Богу, вспышка кончилась быстро.
— Да, мы успели вовремя, — ответил торговец. — Всего лишь три дня потребовалось на дорогу от Лубамбару до Кузулонго. Мы движемся гораздо быстрее, чем я ожидал, и к тому же мы собрали немало союзников.
Действительно, события развивались стремительно. После первой же схватки шанга отступили в горы, преследуемые Рокулэло. Атакующие остановились, не желая встречаться с артиллерией Старейшин. Решили провести переговоры, но Джойс не представляла себе другого исхода, кроме кровопролития. Старейшины могут отпустить их группу назад, как и обещали, могут и не отпустить, но в любом случае ей казалось, что до рассвета множество воинов найдут свою смерть здесь, в горах.
«Увы, — вынуждена была признаться себе Джойс, — теперь я боюсь возвращения на Эсперансу. Что ждет меня там, если я вернусь живой? Десять лет исправительного заключения за развязывание войны!.. Или я убегу с Ники и больше никогда не увижу дома, никогда… никогда…»
Она натянула стремена, полубессознательно желая сорваться с тропы в пропасть. Ван Рийн поймал ее за плечо.
— Спокойно, — проворчал он. — Нам нужно перехитрить тех, кто наверху. Это будет гораздо труднее и сложнее, чем справиться с варварами.
— А мы сумеем? — спросила она. — Старейшины в силах отразить любое нападение. У них имеются большие запасы. Я уверена, что они могут выдержать дольше, чем мы…
— Если мы заблокируем их на месяц, этого будет вполне достаточно. За это время прилетит корабль Лиги.
— Но они тоже могут послать за помощью. Например, использовав для этого гелиографы.
И она указала на одну из решетчатых башен наверху. Ее зеркала тускло сверкали в красном свете солнца. Только т’келанец мог различить другие зеркала, разбросанные по равнинам и холмам в разных направлениях.
— Старейшины также могут послать гонца. Наши линии обороны настолько слабы, что сквозь них способна пройти вся орда Ягола и никто ее не заметит.
— Может, да, а может, и нет. Посмотрим. А теперь не мешайте и дайте мне подумать.
Они ехали дальше в молчании, нарушаемом только свистом ветра. Через час они подъехали к стене, сооруженной поперек тропы. Непроходимые скалы возвышались с обеих сторон. Вход охраняли два примитивных орудия. А возле них стояли с зажженными фитилями четыре солдата из гарнизона. Стражники в кожаных шлемах и нагрудниках, вооруженные пиками и луками, патрулировали стены. В сумерках поблескивало оружие.
Уулобу выехал вперед.
— Дайте дорогу могущественному небесному народу, который снизошел до беседы с вашими патриархами! — потребовал он.
— Хампф! — фыркнул командир отряда. — Известно, что небесные люди храбростью напоминают выпотрошенных янгулу!
— Нет, они обладают мужеством разгневанного маковоло, — сказал Уулобу. Он провел пальцем по лезвию своего кинжала. — Если тебе нужны доказательства, вспомни, кто пленил Старейшин в их собственных горах?
Воин издал гневный возглас, но потом, овладев собой, сказал:
— Вы можете пройти и будете в безопасности, пока мир между нами не нарушится.
— Не вздумайте тут трепаться, — резко сказал девушке ван Рийн. — Мы проедем, возьмем в оборот этих пугал и пошлем их туда, куда они заслужили..
Джойс не решилась прервать его. У Ники много хороших качеств, если бы он еще избавился от своей вульгарности! Но у него, бедняги, была нелегкая жизнь. Никто не протянул ему руку дружбы…
Ван Рийн проехал между пушками и стал подниматься дальше вверх.
Тропа вышла на широкую террасу перед городской стеной. Из бойниц выглядывали дула пушек. Два взвода солдат демонстрировали дисциплину и выдержку, ранее не встречавшиеся им в ордах. Глаза Джойс заметили три фигуры у входа. Старейшины были одеты в просторные белые балахоны, а шерсть их поседела от возраста. Они высокомерно смотрели на прибывших.
— Это главные писцы, — сказала Джойс.
— Никаких разговоров с секретарями и служащими, — сказал ван Рийн. — Будем говорить только с боссами.
Джойс облизала губы и сказала:
— Глава небесного народа требует немедленных переговоров.
— Так и будет, — сказал один из Старейшин без выражения, — но вы должны оставить здесь свое оружие.
Ньяронга оскалил зубы.
— Ничего не поделаешь, — напомнила ему Джойс. — Ты же знаешь так же хорошо, как и я, что по закону отцов никто, кроме Старейшин и воинов, рожденных в городе, не может пройти через эти ворота с оружием.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
