- Конечно, я не выдам тебя этим остолопам и утром отправлю в безопасное место. Утром очень интересно будет полюбоваться на жирного борова Себастьяна. Девочка не поняла: помогает он ей потому, что она невиновна или потому что ему будет приятно утром полюбоваться на "жирного борова". В это время отворилась дверь и в комнату вошла пожилая женщина с тарелками.
- Спасибо тетушка, вы свободны, - поблагодарил ее мужчина и обратился к Наташе.
- Угощайся, тебе необходимо поесть. Дважды уговаривать девочку не пришлось. Пища была несколько пресновата, но путешественнице она показалась слаще меда. Утолив голод, Наташа поднялась.
- Спасибо, вы очень добры ко мне. Я вам столько хлопот доставила.
- "Помогай другим людям, и потом они когда-нибудь помогут тебе", - как говаривал мой отец. Правда потом его зарезал один негодяй, которого он спас от волков. Шуба отца ему показалась гораздо лучше благодарности. Кстати, меня зовут Сэм, но все называю Ловкач. Наташа не поняла, зачем рассказал ей эту историю Сэм, а переспрашивать не рискнула. Поэтому решила просто представиться.
- Меня зовут Сирано, - назвалась она именем знаменитого поэта и дуэлянта.
- Очень хорошо. Сейчас тебя проводят в комнату, где ты до утра можешь отдохнуть, а завтра тебя отвезут в безопасное место. Наташа почему-то сразу поверила этому человеку. Не похож он был на того, кто может заманить ее в ловушку. Он помогает ей, можно сказать сам рискует, а она ничем не может отблагодарить его. Хотя, так уж и ничем? Наташа посмотрела на мать Жанны, лежащую в кровати. "Врач сказал, что она умрет до рассвета, но в XIV веке медицина была не очень развита и вполне возможно я сумею помочь ей. В конце концов, у меня родители врачи. Да и в училище нам преподавали медицину, и обучение не ограничивалось только первой помощью. Конечно, на врачей нас не готовили, но, думаю, справлюсь лучше средневекового костоправа".
- Подождите.
- Она уверенно подошла к кровати.
- Посветите, пожалуйста. Ловкач с удивлением посмотрел на нее, но подчинился. Наташа осторожно откинула одеяло с женщины и осмотрела раны.
- О господи, кто ее так?
- Тех, кто это сделал, уже нет в живых, - в голосе Ловкача прозвучал металл. Синяки и кровоподтеки выглядели страшно, но были самыми неопасными ранами. Если бы дело ограничивалось только ими, то даже медицина этого времени смогла бы поставить ее на ноги. Хотя грязные тряпки, которые служили в качестве бинтов, делали весьма вероятным заражение крови. Гораздо хуже выглядели резаные раны и обломок стрелы, торчащий из плеча.
- Врач сказал, что она не доживет до утра, - в голосе Сэма слышалось отчаяние.
- При таком лечении удивительно, что она вообще до сих пор жива, - про себя сказала девочка.
- Ты сможешь помочь? - к ней впервые обращались с такой надеждой в голосе. Наташа, чуть не плача от жалости, покачала головой.
- Без специальных инструментов, без обезболивающего и других лекарств вряд ли. Стоп, - девочка задумалась, вспоминая.
- Лекарства. Конечно. Как я могла забыть. Жанна, ты знаешь, где меня схватили? Та кивнула головой, внимательно наблюдая за девочкой.
- Там, около одной из рыбацких лодок лежит аптечка. Я ее так и не вернула в шлюпку, и она осталась на песке. Дочь и отец внимательно слушали. Впервые у них появилась надежда в благополучном исходе.
- Думаю, что с ее помощью я смогу помочь. Сможешь ее принести?
- Да, - без колебания ответила Жанна.
- Только, как она выглядит, эта апрефка?
- Это такой металлический ящик с ручкой. На нем еще красный крест нарисован. Его трудно с чем-либо спутать, - едва Наташа успела закончить описание, как Жанна бросилась из дома.
- Возьми факел! - крикнул ей вслед отец.
- Что еще нужно? - спросил он теперь уже Наташу.
- Мне еще помощники нужны. Сэм без слов выскочил за дверь и вскоре вернулся с той самой пожилой женщиной, которая приносила еду. Та подозрительно посмотрела на девочку, но ничего не сказала.
- Еще нужна кипящая вода, - раздавала приказания Наташа. Так же без слов Ловкач притащил, кажется с кухни, котелок с горячей водой.
- Хорошо, только этого мало и мне нужно, чтобы вода постоянно кипела. Ловкач отослал женщину за еще одним котелком, а сам каким-то образом закрепил один из факелов на полу и на веревке подвесил над ним посуду с водой. Наташа с некоторым удивлением осмотрела это сооружение. О подобном применении факела ей слышать не приходилось.
- Вы бы на всякий случай ведро с водой принесите, а то, не дай бог, упадет. Он же здесь все подожжет, - посоветовала девочка. Эта просьба также была мгновенно выполнена.
- Так хорошо, мессир? "Кажется, сейчас он готов меня и Вашим Величеством назвать".
- Еще мне нужна ткань. Самая лучшая, - вспомнив, в каком она веке сейчас находится, добавила девочка.
- Да, и еще мне нужен нож. Эти просьбы тоже были немедленно выполнены. Наташа быстро выбрала подходящую ткань и разрезала ее на полосы, которые тут же опустила в кипящую воду.
- Они должны быть хорошо продезинфицированы, ? объяснила она свои действия. Объяснения явно никто не понял, но переспрашивать не стали. Ловкач же решил полностью довериться своему гостю.
- И еще. Сэм, я хочу сказать, - слова Наташе давались с трудом, и она никак не могла сказать то, что хотела.
- Вы понимаете, я не врач и у меня может не получиться. Я знаю, как надо делать, но мне еще ни разу не приходилось этого делать на практике. Ловкач молча подошел к ней и положил руку на плечо.
- Врач сказал, что не в силах помочь и что она не доживет до утра. Я ничем не могу помочь. Если ты хоть что-то можешь, то постарайся сделать все возможное. Я не буду тебя обвинять в случае неудачи. Остальное в руках господа.
- Я обещаю. Ловкач кивнул и отошел.
- Что сейчас надо делать, мессир?
- Ждать, без аптечки я ничего не смогу сделать. Жанна вернулась минут через сорок. Запыхавшаяся, но довольная она втащила в комнату металлический ящик и поставила его около Наташи.
- Это он?
- Он самый. Молодец Жанна! Первым делом Наташа убрала все грязные повязки.
- Хоть кровь врач остановил, - пробурчала она и, обращаясь к Ловкачу, заметила, - никогда больше не перевязывайте раны грязными тряпками. Ваша жена может умереть только из-за них. Сэм побледнел.
- Врач сказал, что они освящены в святых местах и спасли многих больных.
- Вы что, хотите сказать, что ими перевязывались другие раненные? - в ужасе спросила Наташа.
- Вы их хоть стирали?
- Врач сказал, что после стирки они утрачивают святость, - ответил Ловкач с испуганным видом.
- А что? "Вроде ведь умный человек... Впрочем, я, наверное, несправедлива, нельзя от него требовать тех знаний, которыми в моем времени владеет каждый ребенок".
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
