сборной очень много киевлян. Их больше чем представителей любого другой советской команды.
В матче с Польшей например, сразу пятеро игроков киевского клуба вышли на поле в форме сборной СССР, Балтача, Демьяненко, Евтушенко, Блохин и Буряк. Плюс на скамейке остались Бессонов и Виктор Чанов.
Итого семеро футболистов сборной играли в Киеве. И их комфорт значил для Лобановского даже больше чем какие-то там градусы Цельсия. Сезон-то у Киева получился длинным и трудным. Ни к чему нагружать игроков Динамо дополнительными перелётами.
Да и для игроков Спартака, второго базового клуба сборной, всё тоже удобно. Они свой последний матч провели в Днепропетровске. Который и ближе к Киеву чем к Москве, и погодные условия там тоже считай что киевские.
Так что да, Конче-Заспа оптимальный вариант.
К середине дня, когда вся страна в едином порыве отмечает очередную годовщину революции, большая часть игроков сборной уже прилетели в Киев.
Лобановский и его правая рука Морозов ждали только тбилисских Динамовцев. Сулаквелидзе, Чивадзе и полузащитника Арарата Оганесяна. Их отсутвие не помешало провести первую тренировку и пока игроки отдыхали после неё два тренера обсуждали как они могут усилить команду и выполнить задачу.
— Семнадцать мячей, Валерий Василич, Семнадцать в одиннадцати матчах! Нет, хоть убей, но я считаю что мы ошибаемся не вызывая Сергеева. И смотри какая история получается. Гаврилова ты вызвал в том числе и из-за того что он лучший бомбардир чемпионата. Юра же в восемьдесят третьем всего одну игру за сборную провёл. Но сейчас ты его вызвал. А Сергеева игнорируешь.
— Юр, ты моё мнение знаешь. Парень после Спартака не играл с Динамо. Почему?
Вопрос был риторический и Лобановский на него сам и ответил:
— Потому что он сдох после Спартака. С Нистру он почему на поле не вышел? По той же причине!
— Не совсем, но спорить не буду. И то что он не сыграл с Московским Динамо не значит вообще ничего. Он при счёте 0:3 четыре мяча Нефтчи отгрузил! Я считаю что мы просто обязаны его вызвать сюда! И ты сам видел как он в Лужниках против первого состава играл. Классно он играл. И был в тот момент под нагрузками. Нет, мы допускаем очень большую ошибку.
— Юр, я что-то не пойму. Ты что, в своих же футболистов не веришь? В Олега (Лобановский имел в виду Блохина), в Вадима (Евтушенко). Да и у нас уже есть прима балерина. Зачем нам в команде второй Черенков?
— Как не верю? Верю конечно. И Блохин и Евтушенко в хорошей форме. Как и Гаврилов с Черенковым и Родионовым. Спартаковцы, конечно, сейчас очень разочарованы тем как всё в чемпионате закончилось, но к Португалии в форму придёт. Но Сергеев это же такой козырь! Даже не туз, джокер! Он нам очень нужен.
— Хмм, нужен, — Лобановский встал из-за стола и начал мерить кабинет шагами, — нужен, нужен, нужен. А знаешь что, Юрий Андреевич — Он резко остановился, — а ты прав. Как минимум вызвать его сюда я обязан. На весь матч его может и не хватит. Всё-таки в Португалии сезон в разгаре и форма у их сборников бешеная. Но выйти и сыграть минут двадцать он сможет. Да и политически будет неверно оставить за бортом сборной игрока который в 16 лет забил 17 мячей в чемпионате. Тут ты тоже прав. Так что да, надо звонить в Москву.
* * *
Да, всё-таки здравый смысл восторжествовал и я вместо молодёжной сборной отправляюсь в первую!
Команда Валентина Николаева улетела в Португалию без меня, в последний момент вызов в неё помимо Юры Суслопарова получил Володя Кобзев, вместо одного торпедовца в атаке будет играть другой. Я же полетел в Киев.
В ночь с седьмого на восьмое ноября меня в аэропорту Борисполь меня встретил один из администраторов сборной и уже утром я был на тренировке.
И сразу увидел разницу в тренировочном процессе Лобановского и Иванова. При всём уважении в Валентину Козьмичу, у Валерия Васильевича всё поставлено куда как профессиональнее.
В штате сборной работала большая научно-методическая группа и её члены казалось знали буквально всё и обо всех. Меня они тоже успели уже изучить как облупленного.
И за те дтри дня что мы провели в Конче-Заспе я понял что скорее всего шансы выйти на поле в Португалии у меня будут.
Но только в случае если что-то пойдёт не так. В стартовом составе Лобановский меня не видел.
В отличии от Родионова, Гаврилова, Черенкова и Блохина. Именно эта четверка должна была конструировать советские атаки с первых минут.
Что ж, конечно я не за этим приехал в сборную, но если нужно будет выйти на замену то я выйду. И сыграю так как нужно.
Тем более что с физикой у меня в концовке сезона всё плюс минус нормально. Игра с Нефтчи, конечно, была тяжёлая. Сил я отдал много, притом как физических так и эмоциональных. Но, на победителях раны зарастают быстрее. И то как в итоге закончился сезон дало мне дополнительный толчок в востановлении.
А вот на спартаковцев по началу было больно глядеть. Дасаев и компания очень переживали что проиграли в последнем туре Днепру.
И особенно это было видно по игрокам атаки. Ни Родионов, ни Черенков, ни лучший бомбардир чемпионата Гаврилов ничем не помогли своей команде в последнем туре. И это их тяготило.
Пару раз тренировки сборной даже останавливались и красно-белые отправлялись на профилактические беседы с тренерами.Вел их лично Лобановский. И судя по тому что через пару дней настроение спартаковцев пришло в норму Валерий Васильевич оказался еще и хорошим психологом.
Ну а пока Лобановский проявлял свои способности психолога, тренировкой руководил его помощник Морозов.
Юрий Андреевич, который всё время был как-бы в тени своего без преувеличения великого шефа лично мне запомнился и понравился куда больше. Если Лобановский производил впечатление этакой глыбы, и человека пусть и талантливого, но очень упрямого и тяжёлого, то Морозов был, человечнее что-ли. Притом в его профессионализме сомневаться тоже не приходилось.
И он как и Лобановский превосходил Валентина Козьмича в профессиональном плане.
Сборы в Конче-Заспе закончились одиннадцатого ноября.
И они были тяжелыми. Даже очень. Не было ни одного дня когда бы сборная тренировалась один раз. Каждый день минимум две тренировки. Десятого их вообще было три.
Уж не знаю чем Лобановский, большой специалист по выведению команды на пик формы, руководствовался, но как мне кажется он со всей
