ухабистой дороге. Меня постоянно покачивало и мотало и салону автомобиля. Замучавшись, я пристегнулась.
— Меня зовут Дункан. Дункан Ричардсон.
— Что?
— Да, я понимаю твоё удивление. Фрэнк Ричардсон мой родной брат.
— Папа? — Я сглотнула подкрадывавшийся ком. — Кто вы?
— Мы? — Он тихо рассмеялся. — Мафия. Каким был и твой отец.
«Нет, не может быть…папа, ты?», — я лихорадочно замотала головой. Дункан схватил меня за запястье, заставляя посмотреть на него.
— Твой отец сделал много плохого всем, но он же не заслужил смерти?
— О чем вы?
— Фрэнк пропал, не выходит на связь.
И тут я вспомнила лицо мужчины, сидящего рядом со мной. Это был тот самый человек из казино, уводивший моего отца. Там я видела его в последний раз. Я резко отдёрнула его руку и громко закричала.
— Это были вы! В Виктории вы увели моего отца! А потом он пропал! — Дункан пытался меня успокоить, но все его старания были бесполезными.
— Да успокойся ты уже! — он резко дернул меня за руку, и я вскрикнула от боли. — Прости.
Мы подъехали к двухэтажному коттеджу. Это был светлый дом, совсем не похожий на логово мафии.
— Вот мы и дома.
«Да, дома», — я скептически хмыкнула, чувствуя неминуемо приближающейся хаос.
Глава 10
Дом Дункана оказался намного многолюдней, чем особняк Люциана. Внутри все было в светлых тонах. Небольшая кухонька на первом этаже, плавно переходящая в столовую, принимала около трёх человек персонала; большая гостиная и просторный холл не делали дом пустым, а даже наоборот радовали глаза и слуг, и самих хозяев.
В доме жили Дункан с его женой и двумя детьми, его мать и младшая сестра (та самая тетя Глория). Когда я показалась на пороге дома, она очень странно отреагировала на мое появление — будто бы побоявшись со мной встретится взглядами, она обвела полукруг над моей головой, переводя взгляд на брата, а после выскочила из холла, заходя в первую попавшуюся дверь.
— Что это с ней?
— Узнаёшь? — Улыбнулся Дункан. — Она просто не рассчитывала увидеть тебя больше. Пойдём, с остальными познакомлю.
На диване в гостиной сидела бабушка Мэйз. Её короткие крашеные в чёрный цвет волосы выглядели очень ухоженно. Сама она была худая женщина с прямой спиной и плавными жестами. Казалось, словно лебедь проплывает, когда женщина водила по воздуху руками. Она обернулась в нашу сторону и губы её сузились в тонкую линию.
— Дункан, что за шутки?
— И тебе привет, бабушка.
— Какая я тебе бабушка? — она вспыхнула и, как это делал отец, вскочила с места, ударяя кулаком по столу. — Зови меня Мэйз.
— Мэйз, почему же вы раньше не говорили мне о том, что у меня есть дядюшка? Дядюшка в законе.
Дункан издал сдавленный смешок, чем заслужил осуждающий взгляд матери. Она тяжело вздохнула, будто бы не желая со мной вести беседу, но все же ответила.
— Дункан и Фрэнк — братья погодки. Оба ходили в один класс, оба учились в одном университете и оба начали вести игорный бизнес. А потом Фрэнк встретил твою мать, — она сказала это с каким-то отвращением и мне стало горько от такого отношения. — и проиграл вскоре все. Мы поставили ему ультиматум: либо семья, то есть мы, либо Виктория, твоя мать. Сама понимаешь, какой был выбор сделан.
— Рикарда, в то время твой отец не мог отказаться от твоей мамы. — Дункан говорил это смущенно, словно влезал в чужое пространство, словно боясь обидеть мои чувства. — Твоя мама была беременна тобой.
— То есть… — «если бы не я, он бы был таким же как Дункан и вся семья бы его любила? Поэтому у него такая ненависть ко мне».
— Нет, — оборвал меня дядя. — Ты не виновата. Твой отец очень любил твою мать.
Я потёрла виски, усваивая полученную информацию.
— Так, хорошо. Прошли года, мама умерла, я выросла. Почему спустя столько лет вы забираете меня и ещё таким образом?
— Эти два идиота, — процедил сквозь зубы дядя, — вечно пытаются выслужиться передо мной. Запомнили, что ты связана с Коэном, что тебя нужно достать, а про то, чтобы доставить целой и невредимой забыли.
— При чем тут Люциан?
Бабушка надменно ухмыльнулась. Она прошлась по мне взглядом, а потом пренебрежительно цокнув языком, бросила.
— Ты пошла вся в мать. Такая же простушка.
— Мама, ты устала. — Дункан подал руку матери, приглашая её подняться.
— И правда, в самом деле, я дико устала.
Бабушка поднялась с дивана и медленно маленькими шагами удалилась из комнаты. Дункан развалился на диване, приглашая меня сесть.
— Ты права, мы виделись два дня назад с твоим отцом. Он позвонил мне в отчаянии. Говорил, что задолжал крупную сумму, вляпался по самые яйца. — он говорил это, словно рассказывая скороговорку. — Сказал, что на кону его жизнь и просил, чтобы я дал ему определённую сумму.
— А потом?
— Потом мы разошлись в разные стороны: я сел в машину и уехал домой, а Фрэнк пошёл куда-то в восточном направлении.
— Почему я вам не верю? — Дядя тихо рассмеялся, опуская глаза вниз. — Что смешного?
— Ничего, — он отмахнулся от меня. — Располагайся на втором этаже. Миссис Норрис, проводите нашу гостью. — Мужчина повысил голос, подзывая горничную. Та кивнула и поспешила проводить меня.
Я расположилась в комнате в самом конце коридора. Это была небольшая, но уютная комната. По правде говоря, это была единственная свободная комната. Она была светлой, но при этом ни одного признака женской руки видно не было.
Я оступилась и случайно задела плечом шкаф. Дверка машинально открылась, и оттуда вывалился альбом. Я открыла его. На толстом картоне были приклеены вырезанные из цветной бумаги птицы. Они держали старые фотографии, на которых был изображён маленький мальчик. Пухлые щёчки и озорная улыбка.
— Милый, правда?
Я вздрогнула. Позади меня оказалась тетя Глория. Она выглядела расслабленной, будто бы камень свалился с её плеч и теперь ей нужно притворяться.
— Это отец?
— Да, — она взяла альбом из моих рук и ласково погладила указательным пальцем фотографию. — Знаешь, я рада, что ты наконец-то узнала о нас. Не нужно притворяться с тобой злой теткой.
— И зачем было притворяться?
— Наша мама не любила твою мать. Она считала Викторию слабой и не подходящей Фрэнку.
— Сколько я себя помню, отец был злым и ненавидящим нас с мамой.
— Он не всегда был таким. Просто, когда он выбрал Викторию, мать забрала у него все подаренные ему акции компании и лишила дивидендов.
— Какой компании?
— Строительной компании в Нью-Йорке.
— Ох, — я удивленно вздохнула, — не знала.
— Ты много чего ещё не знаешь,
