Более того, палубная авиация американцев атаковала конвой, везущий подкрепления для полковника Ичики, и повредила крейсер «Дзинтцу».
Наши эсминцы подошли к Гуадалканалу и в течение всей ночи яростно бомбардировали позиции противника. Однако на следующее утро эскадрильи «летающих крепостей» в течение нескольких часов налетали на корабли и транспорта нашего конвоя, вынудив его отойти к Бугенвилю. При этом был потерян эсминец «Муцуки» и транспорт «Кинрю-Мару».
Узнав о столь серьезном противодействии противника, конвой с бригадой генерала Кавагучи вернулся обратно на Трук.
Таким образом, это сражение закончилось как тактическим, так и стратегическим поражением Японии. Все решения, принятые адмиралом Ямамото, оказались неверными.
3
В истории Второй Мировой войны было мало адмиралов, заслуживших столь высокую репутацию, как адмирал Исороку Ямамото. Отдавая должное величайшим способностям Ямамото, я все-таки считаю, что его репутация как главкома Объединенным флотом была в значительной степени преувеличена.
Несмотря на катастрофическое поражение Японии в войне на Тихом океане, народ все еще склонен рассматривать Ямамото как одного из величайших национальных героев.
В послевоенных мемуарах жесткой критике подвергались очень многие генералы и адмиралы, занимавшие в годы войны высшие командные должности и считавшиеся чуть ли не кумирами нации. Но адмирала Ямамото не критиковал никто. Моя критика адмирала является по существу первой, высказанной военным человеком, прошедшим всю войну. И эта критика основана вовсе не на каких-то личных антипатиях к покойному адмиралу. Напротив, я уверен, что адмирал Ямамото был выдающимся руководителем, вполне заслужившим то почти религиозное уважение, с которым к нему относились его подчиненные. Но он не имел достаточной квалификации, чтобы командовать таким количеством кораблей и таким количеством людей, которые находились в составе Объединенного флота Японии к началу войны. Можно считать трагедией тот факт, что именно Ямамото был избран в качестве главнокомандующего Объединенным флотом.
Многие старшие офицеры флота считают, что адмирал Ямамото был бы идеальным морским министром и некоторые адмиралы прилагали усилия продвинуть его именно на этот пост. Они полагали, что Объединенным флотом должен был командовать адмирал Мицумаса Йонаи. Однако эта идея провалилась, поскольку Ионаи, будучи убежденным противником войны с Соединенными Штатами, отказался возглавить флот, заявив: «Я не боевой адмирал и на этом посту окончательно испорчу отношения с армией. Более того, если такой упрямый человек, как Ямамото, станет Морским министром, его точно убьет какой-нибудь армейский фанатик».
Конечно, главной помехой действиям флота являлась армия, постоянно пытавшаяся подчинить все действия флота своим планам. В начале войны, как известно, правительство возглавлял армейский генерал Хидеки Тодзио. Морской министр адмирал Сигетаро Шимада считался марионеткой премьера. Начальник Главного морского штаба адмирал Осами Нагано не был достаточно твердым человеком, чтобы противостоять влиянию армии. Поэтому, критикуя какие-либо действия или бездействие адмирала Ямамото, необходимо иметь в виду все эти факторы, которые порой сильно подрезали крылья главкому Объединенного флота.
В течение всей своей карьеры Ямамото имел репутацию рискованного игрока. Он считался мастером во всех рискованных играх, особенно в покере. Его решение нанести удар по Перл-Харбору также было игрой, давшей адмиралу возможность сорвать огромный куш. Но странно, что после удара по Перл-Харбору адмирал перестал рисковать, ведя себя очень нерешительно.
Итак, 25 августа 1942 года мой, набитый спасенными, эсминец «Амацукадзе» вошел в тихую лагуну атолла Трук. Я был уверен, что, выгрузив спасенных на берег, получу приказ немедленно возвращаться в зону боевых действий. Ни я и никто из моего экипажа не мог даже предположить, что в столь критический момент боевых действий мы более чем на месяц застрянем в этой тихой лагуне.
Находясь на Труке и общаясь со штабными офицерами, я более-менее составил для себя общую картину войны, которая выглядела весьма печальной.
7-8 мая, когда я находился в отпуске, произошло сражение в Коралловом море. Наше командование планировало захватить десантом порт Морсби — ключевую базу союзников в южной части Тихого океана на южном побережье Новой Гвинеи. В результате этого сражения от захвата базы пришлось отказаться. При этом был потерян легкий авианосец «Сехо», а ударные авианосцы «Дзуйкаку» и «Секаку» получили такие повреждения, что не смогли принять участие в произошедшем через месяц сражении у атолла Мидуэй. Официально было объявлено об очередной победе нашего флота и о гибели трех вражеских авианосцев. В действительности американцы потеряли в этом бою авианосец «Лексингтон» и танкер «Неошо», а авианосец «Йорктаун» был поврежден. Несмотря на все победные реляции, морякам было ясно, что Японию в этом бою постигла крупная неудача.
Через месяц мы потерпели сокрушительное поражение у Мидуэя, потеряв в одном бою четыре авианосца («Акаги», «Kara», «Сорю» и «Хирю») и тяжелый крейсер «Микума». Американцы потеряли авианосец «Йорктаун», который они сумели отремонтировать к этому бою, и эсминец «Хэмман».
Существенно, что союзники начали вторжение на Гуадалканал 7 августа, когда японские силы завязли в болотах Папуа. Адмирал Ямамото совершил грубые просчеты в оценке операций на Гуадалканале и в Папуа. Так же как и при Мидуэе он разделил свои силы для одновременного удара по Мидуэю и Алеутским островам, также и тут он решил одновременно ударить по двум целям. В итоге, он, погнавшись сразу за двумя зайцами, не поймал ни одного.
.В ночь на 25 августа, когда «Амацукадзе» разыскивал в океане сбитых летчиков, семь других эсминцев снова обстреливали Гуадалканал, не добившись фактически никаких результатов. В следующие два дня, когда наши самолеты без какого-либо заметного эффекта бомбили американские объекты на Гуадалканале, главные силы Объединенного флота бесцельно маневрировали вокруг Соломоновых островов.
Нерешительность Ямамото становилась очевидной. Через четыре дня конвой с пополнением для полковника Ичики снова попытался пробиться к Гуадалканалу. Эскортирующий конвой 20-й дивизион эсминцев подвергся удару с воздуха, в результате которого эсминец «Асагири» был потоплен, а «Сиракумо», «Югири» и «Амагири» — получили тяжелые повреждения. Адмирал Ямамото запоздало выслал к ним на помощь тридцать Истребителей с авианосцев «Секаку» и «Дзуйкаку», но к цементу их прибытия конвой уже был вынужден отойти Шортленд. Между тем, прижатые к болотам и уже частично истребленные силы авангарда полковника Ичики требовали подкреплений под угрозой полного уничтожения.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
