Старая промзона была лабиринтом бесхозных зданий с беспорядочными или отсутствующими адресами. Никакой GPS не мог их найти. Нужно было хорошо знать этот заброшенный район, чтобы найти здесь что-нибудь. Городская администрация не хотела тратить деньги на поддержание этого города-призрака, поэтому уличные знаки встречались редко. Анжела подозревала, что их растащили подростки в качестве сувениров или чтобы украсить свои спальни.
Дедушка с бабушкой часто брали Анжелу с собой в воскресные поездки. Обычно они проезжали через сельскую местность, затем покупали мороженое в рожках, но порой дедушка провозил их через промзону, указывая на заводы, которые он помогал строить. Не раз Анжела слышала его истории о том, как человек умер от удара раскачивающейся балки, как у кого-то случился сердечный приступ, и он упал в только что залитый бетонный фундамент, как завязалась драка из-за игры в кости, и одного из игроков зарезали.
Майк положил две двадцатки и десятку на длинную коробку.
— Тот парень сказал, что это покроет расходы на завершение доставки, и настаивал, чтобы посылку доставили срочно. Говорил, что работает в фирме один и его доход напрямую зависит от репутации. Я сказал, что у меня есть подходящий курьер.
У Анжелы было так же — ее курьерский бизнес был построен на хорошей репутации. Она отдала десятку Майку за то, что подкинул работу. Получая от нее комиссию, он продолжал пользоваться ее службой доставки, когда это было нужно.
— Спасибо, Майк. Увидимся.
Забравшись в грузовик, Анжела вытащила старую карту Милфорд Фоллз, которую когда-то ей дал дедушка, и стала изучать ее в поисках «Хартленд Мелиорации». У нее были кое-какие догадки, и карта подтвердила их.
Петляя среди заброшенных заводов промзоны, она не встретила ни людей, ни машин. В Милфорд Фоллз никто не собирался строить новые предприятия, поэтому ничто не мешало медленному упадку промышленной зоны.
Анжела проехала мимо знакомого здания — его арендовал старикан, который варил из кусков металлолома, найденного в бесхозных зданиях, причудливых животных и продавал их на ярмарках. Выбранное им строение идеально подходило для такого рода занятий — бетон, сталь и кирпич не вспыхнут от его горелки, и никто не помешает работе. Но он старел и дряхлел, поэтому появлялся все реже.
Анжела миновала здание с рядами высоких окон, поделенных на небольшие квадраты. Большая часть стекол была давно выбита. Это здание она тоже узнала.
Когда она встретила мужчину, убившего рыжеволосую девушку, то увидела это здание в видении. Это был первый раз, когда она узнала убийцу, посмотрев ему в глаза. А еще он стал первым человеком, которого она убила. Анжела скинула его тело в адскую дыру после того, как заставила признаться в каждой подробности убийства, чтобы подтвердить видение.
Проезжая мимо, она заметила цистерну, где он спрятал труп. Было печально осознавать, что тело невинной жертвы наверняка сгнило в глухой, темной, сырой дыре задолго до того, как Анжела встретила убийцу.
Анжела ехала дальше, высматривая «Хартленд Мелиорацию». Нигде не было никаких указателей. Обычное дело для этого обособленного и заброшенного района. Именно поэтому отправитель не послал пакет по почте или через UPS, а направил его курьером.
Многие здания были разрисованы граффити. Графиттеры, подобно крысам, выходили ночью. Место было жутковатым. К счастью, она всегда держала пистолет в центральном подлокотнике машины. Но граффити были старыми. Здесь некому было их разглядывать, поэтому художники вернулись к разрисовыванию мостов, оград и городских зданий.
Наконец Анжела заметила адрес, написанный на помятой ржавой двери. Окон в здании не было, как и таблички с адресом. У двери была припаркована старая бежевая четырехдверная «Тойота-Камри». По привычке, выработанной при доставке посылок в неблагополучные районы, девушка запомнила номер машины. Черная надпись с адресом выглядела свежей на фоне облупившейся двери. Анжела запарковалась рядом с тойотой и выпрыгнула из грузовика.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Постучав в железную дверь, Анжела услышала изнутри чей-то крик, приглашающий войти. Открываясь, дверь заскребла по неровному бетону. Анжела оказалась в небольшой комнате без потолка и мебели. Свет проникал через световые фонари в крыше и окна. Длинные цепи, свисавшие с зубчатых роликов, держали окна в приоткрытом положении.
В маленьком помещении никого не было. Из глубины здания доносилось эхо голосов.
Анжела прошла через дверной проем в огромный старый цех. Справа стояли серые металлические стеллажи, отделявшие небольшой закуток. Слева была еще одна комната.
Перед стеллажами расположилось несколько заляпанных складных столов с какими-то предметами, накрытыми старыми грязными одеялами. Анжела отметила, что предметы на полках также были укрыты ветхими старыми покрывалами или засаленным уплотнителем. Горело несколько небольших ламп, прикрепленных к столам, но бóльшая часть света исходила из высоких окон на дальней стене. Возле столов стояли обветшалые деревянные стулья на колесиках. Чем бы ни занималась «Хартленд Мелиорация», это рабочее место выглядело довольное неряшливым.
Неподалеку от стеллажей стояли фрезерные станки разного типа и два красных газовых генератора, питавших станки и дежурное освещение.
— Есть кто? — крикнула Анжела в пустоту цеха. — У меня посылка. — Из темноты вернулось эхо ее голоса.
Из комнаты слева выскочил мужчина в рабочем комбинезоне, вытиравший руки грязной тряпкой. Анжела узнала его.
Вслед за ним появилось еще трое. Она узнала всех. Эти четверо латиносов сидели в баре в ту ночь, когда пришел Оуэн.
— Доставка, да. Спасибо, проходите, — произнес один из них с сильным акцентом и жестом пригласил подойти ближе.
Когда остальные трое шагнули вперед, она впервые хорошо рассмотрела их глаза. В баре было темно, а из-за шара под потолком было сложно разглядеть чьи-либо глаза, если они не так близко, как были глаза Оуэна.
После того как Анжела поняла, что может узнавать убийц по глазам, она научилась видеть угрозу в людях, которые еще даже не совершили убийство.
Такие глаза были у Фрэнки. Еще не убийца, но близко к тому. Глаза Боски были еще хуже — глаза чрезвычайно опасного и жестокого человека, который может причинить боль, но все же еще никого не убил.
И Фрэнки, и Боска могли в какой-то момент легко пересечь черту и убить. Глаза этих четверых были такими же. Хитрые. Расчетливые. Жестокие.
У Боски был особый взгляд, когда он хотел ее. В нем читалось сфокусированное желание, решимость получить желаемое. От этого взгляда волосы на затылке Анжелы вставали дыбом, ее сковывал страх. У этих четверых был тот же взгляд.
Тот, что с бородавками на лице, обошел ее и двинулся ко входу. Она услышала, как щелкнул засов на входной двери.
Анжела была кроликом в самом центре стаи бешеных псов.
Глава 22
Мужчина закончил вытирать руки и бросил тряпку на стол.
— Ты нам что-то принесла? Для «Хартленд Мелиорация»?
— Верно, — ответила Анжела официальным тоном. Она хотела отдать посылку и уйти.
Мужчина дотронулся пальцами до своей груди:
— Меня зовут Эмилио. Вот, положи посылку на стол. — Он указал на стол рядом с собой.
Анжела сильно сомневалась, что этим мужчинам кто-то мог отправить розы с длинными стеблями. В коробке явно было что-то другое, хотя в данный момент это беспокоило ее меньше всего.
Она бросила длинный сверток на стол:
— Вот. — Она отступила назад. — Спасибо.
— Нет, нет, — произнес Эмилио, замахав рукой, — подожди, мы убедимся, что все… все… — Он повернулся к одному из двух своих товарищей. — Que es la palabra?[4]
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Без повреждений, — подсказал один из них.
— Да, правильно. — Эмилио с улыбкой повернулся к ней. — Без повреждений. Сначала убедимся, что содержимое без повреждений.
— Я опаздываю, — сказала Анжела, продолжая пятиться, и указала на сверток. — Коробка без повреждений. Я не отвечаю ни за то, что внутри, ни за то, как оно было упаковано. Если обнаружите какие-либо повреждения, вам придется уведомить об этом отправителя.
