Читаем без скачивания Кот в красной шляпе - Саша Суздаль

— Так она не мама, она – папа! — шепнула Хенку Байли.

— Очень интересно, — сказал доктор Фрост, выходя вперёд и протягивая Хаммипапе руку. — Я доктор Фрост.

— Доктор Фрост, — повторил Хаммипапа. Вернее думал, а не говорил, так как не было заметно, чтобы он открывал свой рот. Всем пришлось, ради приличия, представится, при этом Хаммипапа, повторяя имя представившегося, как манекен, жал руку.

— Прошу зо мной! — жестом пригласил всех Хаммипапа и, переливаясь, его чёрная фигура поплыла вперёд, вдоль чёрного сооружения.

— Интересно, — сказал Перчик, — почему Хамми цветной, а его папа нет.

— Потому что Хамми – маленький, — засмеялась Байли, — а все взрослые – скучные и бесцветные.

— Я, что же, тоже такой? — спросил доктор, прижимаясь к дочери.

— О нет, папа, — сказала, улыбаясь Элайни, — ты у нас сияешь как радуга.

Хаммипапа остановился, провёл пальцем по темной стене сооружения, и в нем возникла дверь с полукруглыми углами.

— Проходите, — сообщил Хаммипапа, и они шагнули в дырку. Внутри темной штуковины было очень даже светло. Они попали в какой-то зал, который как-то непонятно, прямо у них на глазах, трансформировался, пока не приобрел законченную форму. Посредине стоял длинный, овальный, сервированный стол, уставленный всевозможными кушаньями, причём их было так много, что явно указывало на какую-то ненормальность.

— Присаживайтесь, — сказал Хаммипапа, — подкрепитесь с дороги.

Они с опаской уселись на вполне человеческие кресла, но никто кушать не начинал. Хаммипапа в образе человека сидел на одном конце стола, а напротив него, как-то так получилось, сидел доктор Фрост. Хамми сидел рядом с папой, возле него Байли, потом Хенк, с другой стороны Сергей, Элайни и Перчик. Наступила неловкая тишина. Хамми взглянул на них, протянул лапу, взял что-то со стола и положил в рот. Хаммипапа, глядя на Хамми, повторил его движения и тоже положил себе что-то в рот.

— Угощайтесь, — пригласил Хаммипапа и они, потихоньку и настороженно, принялись пробовать кушанья. Байли кормила Хамми, вкладывая в его открытый рот кусочки, а Хамми, как капкан, щелкал и глотал.

— Байли, не переводи еду, ты же знаешь, что Хамми ничего такого не ест! Кушай сама, — шепнул ей Хенк. Возле него глубокая расписная миска была горкой наполнена чем-то похожим на мясо в тесте. Он попробовал – действительно, мясо в тесте и очень вкусное.

— Байли, попробуй – вкуснота, — шепнул он Байли. Она для приличия попробовала один, но потом все равно уткнулась в свой разноцветный салат. Мисочку Хенк прилежно навернул сам, потом попробовал запечённое мясо, ещё что-то, запил это каким-то видом компота и был сытым по самую завязку. Когда все насытились, еда тут же исчезла, показывая идеально чистый стол. «Прямо как в сказке, — подумал Сергей, — скатерть-самобранка».

— Я Хранитель, — взглянув на Хамми, сообщил Хаммипапа, — а это моя станция. Я здесь для того, чтобы присматривать за данным участком Вселенной. По вашим понятиям, я вечный. Меня нельзя убить, — он соорудил на лице улыбку и посмотрел на Сергея. Потом вдруг рассыпался мелкими шариками по всему полу и тут же собрался.

— Вы желаете попасть домой, — сказал он Сергею, — мы с Хамми вам поможем.

— А как вас звать? — спросила, улыбаясь Байли. Хаммипапа улыбнулся и ответил ей:

— Мы себя не называем, так как вы, — потом взглянул на Хамми и добавил, — но мне нравиться, как вы нас называете!

У них было тысячи вопросов, но они молчали. Хаммипапа поднялся и сказал:

— Я покажу вам станцию репликации, идите за мной! — он подошёл к стене, и она исчезла, как иллюзия, превращая всё пространство в зал, посредине которого возвышалось сооружение в виде огромного кольца из серого металла.

— Репликатор для перемещения материи, — сказал Хаммипапа и подошёл к Элайни и Сергею, — вы завтра можете использовать его по вашему усмотрению.

Элайни и Сергей растерянно посмотрели на всех, а Хаммипапа превратил зал в открытую террасу, на которой появились шезлонги. На другой стороне здания к нему примыкал заливчик с песчаным пляжем, и все тут же отправились искупаться и поваляться на песочке. «Да он волшебник – этот Хаммипапа!» — подумал Сергей, на ходу снимая с себя одежду и прыгая в воду. Они резвились на мелководье, а доктор Фрост лежал на берегу и грелся на солнышке. Хамми играл вместе со всеми, читая их мысли и превращаясь то в рыбку, то в акулу и пугая, визжащих от восторга Байли и Элайни. Набегавшись, они падали на песок и плавились на солнышке. Счастливые.

Солнце спряталось за горы, освещая только их верхушки. Элайни и Сергей сидели возле воды, глядя на отражающиеся в ней звезды. Между ними витала напряжённая, невысказанная тишина, которую оба боялись нарушить. Сергей понимал, что дома особо его никто не ждёт, но и жить в мире, где он ничего не знал и, скорее, был обузой для других его не прельщало. Единственное в чем он был уверен – это в своей любви к Элайни. Но мысль о том, что он является причиной её нынешних и будущих неприятностей, не давала ему покоя.

Элайни же, так неожиданно узнавшая свою первую любовь, пусть и была в жизни девушкой решительной, в этой ситуации терялась и не смела ни о чем, ни просить, ни предлагать. Элайни знала, что завтра, что бы ни произошло, она приложит все силы, чтобы отправить Сергея в его мир, который, вероятно, ему удобен и любим. А что будет потом с ней и её любовью она решительно выбросила из головы. Сергей тронул её за плечо, и Элайни вся подалась навстречу ему, открытая и беззащитная, её губы безошибочно встретили его, утоляя душевную жажду и взрываясь новой независимый вселенной.

Новый день, как и настроение, выдался почему-то хмурым. Все смотрели на Сергея и Элайни, сочувствуя им. Молчаливо позавтракали в том же зале, который, к тому же, служил им и спальней. Хаммипапа предстал перед ними, как и раньше, чёрным человечком, чтобы им было привычней. Сергей и Элайни чувствовали, как Хаммипапа и Хамми шастают у них в головах, но они к этому уже привыкли, открываясь, как лечащему врачу.

Все перешли в зал с кольцом репликатора. Сергей остановился под ним и жалобно, словно извиняясь, посмотрел на Элайни. Хенк и Байли, взявшись за руки, стояли на одной стороне кольца, а на другой – Перчик, доктор Фрост и Элайни, у ног которой разместился Хамми. Хаммипапа подошёл к стене и на ней возник замысловатый пульт, по которому он пробежался пальцем.

— Начали, — сказал он своим скрипучим голосом и нажал какую-то кнопку. Кольцо репликатора укрылось сеткой голубых молний, которые, извиваясь, превратились в сверкающий туман и все физически ощутили огромную мощь сияющего кольца. Вдруг Элайни шагнула вперед и оказалась рядом с Сергеем, который, восторженно глядя ей в глаза, прижал её к себе.

Что-то пошло не так, их затрясло и отбросило друг от друга. Хамми сорвался с места и мгновенно обвился вокруг Сергея и Элайни рыжим блестящим кольцом. Хлопнуло небо и Сергей, Элайни и Хамми исчезли, оставив после себя мерцающее в голубом тумане кольцо репликатора…

Вероятность первая. Сергей

«Сергей, просыпайся! Просыпайся, Сергей!» — кто-то настойчиво бубнил Сергею на ухо. Сергей приоткрыл глаза – над ним нависла чёрная кошачья рожа. «У меня что, снова авария автомобиля?» — подумал Сергей, вглядываясь в кота и узнавая в нём Хамми.

— Хамми, ты почему такой чёрный?

— С вами не то, что почернееш, а лысым станешь, — поделился мыслью Хамми, как обычно, выкладывал свои слова прямо в голову. — Элайни нужна помощь.

— Какая помощь? — спросил Сергей, приподнимаясь. — Где Элайни?

Хамми, как камешек, покатился по зелёной траве. Сергей оглянулся. Он точно оказался там, где задумал – в парке Островского. В десяти метрах от него, возле каштана лежала Элайни. Сергей поднялся и побежал к ней. Хамми уже ожидал его. Сергей прислонил ухо к груди Элайни – она едва дышала.

— Вам помочь? — остановилась возле него молодая мама с коляской. — Что с ней?

Если бы он сам знал, что с ней. Мама оставила коляску и склонилась к Сергею:

— У меня и нашатырь есть, — и, порывшись в сумочке, вытащила ампулку. Сергей взял из кармана платок и, сломав ампулу, плеснул на него. Элайни слабо дёрнулась, и открыла глаза. Слава Богу!

— Где я? — прошептала она на языке фрей.

— Ты у меня дома, — ответил ей Сергей на своём ломаном фрейском. Она облегчённо взмахнула ресницами и закрыла глаза.

— Она иностранка? — поинтересовалась мамаша.

— Да, иностранка, — ответил Сергей любопытной мамаше.

— Может, нужно в скорую позвонить? — предложила мама, но он махнул рукой: — Не нужно, мы рядом живём.

Сергей приподнялся и взял Элайни на руки.

— Какой у вас котик интересный, — удивилась мамаша, рассматривая Хамми, — это какая порода?

— Хамелеон, — ответил Сергей любопытной мамаше. — Спасибо вам и до свиданья! — он понёс Элайни домой. Кот породы «хамелеон» топал за ним сзади. Сергей прошёл через двор университета архитектуры и зашёл в подъезд своего дома. Дотащил Элайни до третьего этажа и позвонил соседке, тёте Юле. Хорошо, что соседка была дома. Она открыла свою дверь и удивлённо уставилась на Сергея.