ощутила себя сидящей на тропинке. Руки были свободны, кайдаш утек обратно в скалу, освобождая им проход, а спину подпирал рент Вальдес.
– Рента, вы как? Вы меня вообще слышите? Да рента же!!!
– Не дергайте, – пробормотала Элисон. Под носом было подозрительно тепло и неприятно… кровь? А, тогда понятно, чего кайдаш так легко отступился. Они и людей прекрасно могут утащить и сожрать, и пакостей наделать… если бы водяной дух захотел, он бы и всю воду отравить мог.
Водяной же!
Чего только эти твари не способны сделать!
– Рента, вы…
– Жить буду. Только пока слабость и голова кружится.
– Оно и понятно. Я сейчас вот так сяду, вы на меня обопритесь, что ли?
Элисон подивилась ноткам уважения в голосе толстяка, но предложение приняла. Так-то сидеть удобнее, а голова и правда пока кружится. По горной тропинке в таком состоянии спускаться просто нельзя. Это, считай, падение в пропасть. Ей бы посидеть минут пятнадцать-двадцать, еще лучше, если чего горячего выпить или съесть, но с собой нет ничего. Не сообразила… да кто ж мог подумать? Тут же идти полчаса!
Вот дура!
О чем она и сказала управляющему.
Рент Вальдес похлопал ее по руке.
– Подождите, нам бы до шахты добраться, а там я прикажу, заложим экипаж и доставим вас как положено. И накормлю, конечно.
– Спасибо.
– Вам спасибо.
Рент Вальдес никогда бы не признался никому, но испугался он чуть не до медвежьей болезни. Когда увидел вот ЭТО поперек дороги, и запах почувствовал, и угрозу, которая исходит от этого странного создания… И еще страшнее стало, когда невзрачная девчонка отдала ему шкатулку и шагнула вперед, прикрывая его собой. А потом погрузила вот в ЭТО обе руки… да он бы и за миллион корон так не сделал!
Кайдаш, – всплыло в его разуме, – водный дух. Опасен. Смертельно опасен, при обнаружении немедленно вызвать мага не меньше пятого уровня.
Но эта-то всего второй!
Сейчас эта тварь ее убьет, а потом и его?
Ой, мамочки! А жить-то как хочется!
Кайдаш подался вперед, разрастаясь, пытаясь затянуть в себя девушку, стал ненадолго похож на человека, только громадного и искаженных очертаний… та не препятствовала, голова ее опустилась вперед… рент так и не понял, почему отпрянула жуткая клякса.
Но сначала она выпустила руки Элисон Баррет, а потом и вовсе поползла назад, втягиваясь в какие-то щели. А Элисон опустилась на колени, сгорбилась, уперлась руками в землю… живая, но не реагирующая ни на что. Ни на голос, ни на осторожные прикосновения… что с ней?
Когда девушка отозвалась, рент такую радость ощутил!
Полежать полчасика?
Да лежи, родная, тебе никто и словечка не скажет! Даже полсловечка!
– Откуда взялась эта погань?
Элисон выдохнула.
Голова еще кружилась и начинала отчаянно болеть, но разговаривать она уже могла.
– Это кайдаш.
– Что это такое – я знаю. А вот откуда?
– Он мне пожаловался. Тут неподалеку, где родник выходит на поверхность, есть маленький алтарь. Там давно никто не был, но это бы ладно.
– А-а, местные, – сообразил рент Вальдес.
В горах вода – это жизнь. Потому горцы стараются рядом с пробившимся источником устроить что-то вроде алтаря. Обычно это просто грубо обтесанная плита, на которую принято что-то положить в благодарность. Идешь мимо, напьешься, так оставь хоть волосок из бороды, хоть нитку из одежды… тебе секунда, а духу воды приятно.
– Я не знаю, кто из ваших это сделал… недавно алтарь осквернили.
Рент Вальдес скрипнул зубами. Нецензурно так… Элисон сделала вид, что ничего не слышала. И вообще, голова у нее кружится. Она почти в обмороке, вот!
– Головы поотрываю. И что теперь делать? Как вы вообще с ним справились?
Элисон выдохнула сквозь зубы.
– Я НЕ справилась, рент. Я не уничтожила его, не сожгла, он остался жив и вполне может сюда вернуться. И не только сюда. Я просто поговорила и договорилась, понимаете? Уровень у меня не тот… учебники советуют таких духов уничтожать противоположной стихией, то есть этого духа надо было огнем выжечь. А у меня разве сил хватит? Я и не смогла бы, поэтому я просто с ним побеседовала.
– А ЭТО учебники советуют делать? – ехидно уточнил рент.
– Нет. Это дневник одного мага, который попробовал… у него договориться получилось. У меня… я не знаю, получилось бы или нет, но видите, я слабый маг, у меня кровь носом пошла, упала в воду, кайдаш принял это как жертву, оплату… убивать меня он не стал.
– Вот оно что.
– Ну… вообще так делать и правда не надо. Но у нас не было выбора. Они медленные, но сильные, он бы нас загнал на гору и уничтожил.
– А мне вы советовали туда лезть.
– Так они людей не особо различают, он бы сожрал меня и уполз. Он бы не понял, один человек или два… вы бы отсиделись и спустились.
– Вам учителя розгами не грозили, рента?
– Нет. У меня золотой диплом.
– Тогда понятно. А что теперь с ним делать?
Элисон задумалась.
– Из того же дневника могу дать рецепт. Надо отмыть алтарь, причем делать это должен тот, кто гадил. Или те. Потом они должны полить его своей кровью… нет, убивать не обязательно, руку разрезать хватит. Ну и лучше им уехать отсюда куда подальше.
– Почему?
– Кайдаш не поймет, убили вы их или нет, но, если они окажутся в этом источнике… понимаете? Зачерпнут воды рукой, умоют лицо… он их узнает и утянет. Прощать они не умеют.
– Ясненько. Это я сделаю. А там какая-то магия нужна? Заклинания?
– Нет. В дневнике как раз и было написано, что там вся деревня участвовала, никаких заклинаний, ничего такого. Напакостил – исправляй. Тогда, кстати, и про расплату маг узнал, те, кто ТАМ и тогда напакостничали, – они не уехали. Понимаете?
Рент понял.
– Сделаем, рента. Как вы?
– Пока еще голова кружится.
– Ну и полежите еще чуток. А потом мы с вами, наверное, свяжемся чем-нибудь. Чтобы вы точно не упали.
– Я тяжелая.
– Ничего, вытяну, если что.
– Спасибо, рент.
– Вам спасибо, рента Баррет.
* * *
Вот чего рудник не видел, так это своего управляющего, который шел в обнимку с какой-то девицей… да будь она хоть трижды магичка, а она, кажется, даже и не… какая-то шелупонь мелкая из какого-то затрапезного бюро?
Первая же попытка бросить косой взгляд, не то что хмыкнуть, была пресечена таким «дружелюбным» взглядом рента Вальдеса, что шахтер дернулся и нервно икнул. Что-что, а держать свою вольницу в узде рент умел. Это по внешности он пухлый колобок,
