История о Книгге – лишь одна из множества других, посвященных Дворцу привидений, который теперь находится в распоряжении администрации Стокгольмского университета.
Тени из прошлого
У главной и старейшей площади Старого города, Стурторгет, мрачное прошлое. «В ночь на 9 ноября, каждый год, вокруг Стурторгет и внизу, на Кокбринкен, танцуют бледные тени без головы. Это призраки казненных во время стокгольмской «кровавой бани» в 1520 году, в те самые дни. Если ночью идет дождь, можно видеть, как кровь смешивается с водой и течет с площади по переулкам, – именно так, как это происходило после «кровавой бани». Рассказывают, что король Кристиан II наблюдал за казнями из окна красного дома со ступенчатым фронтоном, № 20 …Рассказывают также, что известняковые плитки, украшающие фасад дома, по количеству равны числу жертв кровавой бани. Всего их девяносто две» [106] .
Этой резне предшествовал завоевательный поход в Швецию датского короля Кристиана II, прозванного Тираном. На льду озера Осунден в провинции Вестергётланд его встретил Стен Стуре Младший, но силы датчан и шведов оказались неравными. Стена Стуре ранили, и он скончался по дороге в Стокгольм. А датское войско дошло до столицы и осадило ее. Силой оружия город взять не смогли, тогда путем хитрых переговоров добились того, что те стокгольмцы, которые были за унию с Данией, убедили остальных капитулировать. Всем было обещано помилование. Кристиан Тиран вступил в Стокгольм, где 4 ноября его короновали в Стурчюркан. Так он сделался королем Швеции. Знатные горожане из дворян и духовенства были приглашены по этому случаю на празднество, длившееся три дня. Но внезапно 7 ноября праздник был прерван. Сторонников Стена Стуре объявили виновными и приговорили к смертной казни. Два дня продолжалась кровавая баня, на Стурторгет рубили головы дворянам и епископам, а более мелкий люд просто-напросто вешали. Тем временем датские воины бесчинствовали в городе: врывались в дома, грабили, насиловали, убивали. 9 ноября площадь была завалена горами трупов, а к вечеру начался проливной дождь. Кровь, смешавшись с водой, ручьями потекла по близлежащим переулкам. Ужасающий запах распространился по городу. К месту казней собрались собаки и вороны.
В субботу, 10 ноября, трупы погрузили на телеги, а отрубленные головы затолкали в бочки, и страшный кортеж двинулся по переулкам Старого города на юг. Поравнявшись с кладбищем, датчане выкопали тело Стена Стуре, похороненного здесь уже девять месяцев назад. На Сёдермальме разожгли гигантский костер, и в нем сгорели тела казненных и бочки с их головами. Сегодня на этом самом месте высится церковь святой Катарины (XVII век). Однако считают, что земля под ней проклята, и костер того далекого дня 10 ноября 1520 года время от времени вспыхивает вновь. Так, в 1990 году пожар принес церкви большие разрушения, а до этого он бушевал не раз и в прошлые века.
К историям о «кровавой бане» относится предсказание, сделанное Кристиану Тирану. Некий ученый человек, Кристофер из Равенбурга, еще до стокгольмских событий напомнил королю о пророчестве святой Биргитты, которая говорила о шести скандинавских королях и о том, что шестой и есть Кристиан. Он прольет много невинной крови, и его постигнет несчастье. Кристиан Тиран не прислушался к предсказанию, а между тем, его пребывание на шведском троне закончилось уже через год после «кровавой бани». В Швеции против него восстал Густав Васа, в Дании – собственное дворянство. В 1523 году король был вынужден бежать в Нидерланды. А когда попытался вернуться и собрать войско, то был разбит в 1531 году в Норвегии и провел в заключении двадцать восемь лет, вплоть до своей смерти.
Преступления и наказания
Мест, где в прошлом совершались казни, в Стокгольме немало. Но особенно стоит выделить Сёдермальм. Между прочим, музей истории Стокгольма расположен в здании XVII века на Сёдермальмсторг, где раньше устраивались процессы над ведьмами и где содержались осужденные на смерть. Здание это называлось тогда Южной Ратушей. Швецию не миновала охота на ведьм, и в 1675 году начались первые процессы. Одиннадцатилетний мальчик обвинил нескольких женщин, живших рядом с церковью святой Катарины, в колдовстве. Восемь из них были объявлены ведьмами и казнены. Распространился и миф о горе Блокулла, куда, по шведским поверьям, ведьмы слетались на шабаш. Но в Швеции истерия по этому поводу длилась недолго и имела весьма ограниченные последствия, тогда как в Европе судебные процессы над ведьмами проходили с середины XV века, и с жизнью расставались миллионы людей. В Швеции, в целом, были осуждены на смерть несколько сотен колдунов и ведьм на протяжении XVII века. В 1779 году была отменена смертная казнь за колдовство.
Фьелльгатан на Сёдере – это фешенебельная улица, с которой открывается великолепный вид на город. Но так было не всегда. В XVI–XVII веках она называлась не как-нибудь, а Гальгбергсгатан (улица Виселиц), и именно здесь устраивались казни через повешение. Другая улица в южной части Стокгольма, мастера Микаэля, носит имя Микаэля Рейсуэра, стокгольмского палача в 1635–1650 годах. Сам он тоже окончил жизнь на виселице, повешенный своим преемником.
Сёдер знаменит и тем, что здесь встречали тень духовидца и мистика Эмануэля Сведенборга (1688–1772). Он был ученым, асессором Горной коллегии и членом Королевской академии наук. В 1740-е годы Сведенборг пережил религиозное обращение, стал мистиком и написал сочинения о своем общении с духами. Тогда он и поселился на Хурнсгатан, где разбил сад с экзотическими растениями, с кустарниками, подстриженными в форме зверей, с лабиринтами. В саду стоял его летний восьмиугольный домик, отведенный под библиотеку. Умер Сведенборг в Лондоне, а в Стокгольм начали приезжать многие его почитатели из разных стран, чтобы взглянуть на рабочий кабинет духовидца. Сад пришел в запустение, постройки разрушились, но летний домик уцелел и сегодня стоит в музее Скансен. В 1908 году прах Сведенборга был перенесен из Англии в Упсальский кафедральный собор.
Но вернемся к смертной казни. Виселицы стояли не только на Сёдере. Еще в XVII веке Брункебергская гряда была примечательной особенностью северной части Стокгольма, – настоящий горный кряж, крутой и высокий, он змеился на север вплоть до Бруннсвикена и делил город пополам. Его прозвали «спиной дракона», и он вздымался на целых двадцать метров над нынешней площадью Брункебергсторг. До наших же дней от него остался лишь жалкий участок рядом с Кунгсгатан.
У Брункеберга кровавое прошлое: гора была природным опорным пунктом при осаде Стокгольма, поэтому здесь происходили многие битвы. А кроме того, здесь же долгое время было место казней. Более цивилизованный вид этот район приобрел только в середине XIX века, когда гору стали срывать, развернув строительство. Там, где теперь стоит Центральный вокзал, было озеро святой Клары, по берегам его валялись груды мусора и отходов. Трупы животных издавали страшное зловоние. Из озера частенько вылавливали утопленников, как описывал Август Стриндберг в романе «Сын служанки».
Через озеро святой Клары был перекинут деревянный мост, самый длинный в тогдашней Европе, – в 800 метров. По мосту можно было перебраться из Норрмальма на Кунгсхольмен. (Сегодня на этом месте – Стадсхюсбрун). Конечно же, мост не освещался, и в сумерках место становилось опасным, здесь нередко совершались преступления. На улице Хантверкаргатан, начинавшейся за мостом, в начале XIX века проживали, в основном, полицейские, судьи, тюремщики. На Хантверкаргатан находился в то время и Каролинский институт, изначально предназначенный для обучения военных врачей. Постепенно он превратился в крупнейшее во всей Швеции медицинское заведение. Соответственно, рядом с больницей имелся морг. В романе Стриндберга «Красная комната» Арвид Фальк идет через мост на Кунгсхольмен, где в морге лежит тело его друга, утопившегося несколько дней назад. Во времена Стриндберга местный морг служил местом, куда привозили горожан, умерших прямо на улице, или самоубийц и утопленников. Писатель Ивар Лу-Юханссон в своем произведении «Стокгольмец» описал посещение этого морга. В 1920 году, когда автору было девятнадцать лет, он прочитал в газете о смерти своего кумира, поэта Дана Андерссона, тело которого привезли в морг для вскрытия.
Сегодня же комплекс зданий, прежде принадлежавший Каролинскому институту, используется мэрией города.
Места, где стояли виселицы, всегда считались плохими: здесь властвовали темные силы, сама земля под виселицей казалась проклятой. Чаще виселицы возводились на окраине города, и они являлись постоянным сооружением, тогда как казни через обезглавливание происходили при большом скоплении народа на центральных площадях города, на временных эшафотах, которые затем убирались. Даже в Старом городе, как уже упоминалось, есть мрачный тупик, который еще в XIX веке назывался «Адским». В Средние же века весь квартал за улицей Прэстгатан именовался «Адом». В XIII веке здесь жил палач, а рядом с его жилищем находилось «место работы» – виселица. Впоследствии ее перенесли на Сёдер. С палачом не хотел иметь дела ни один приличный человек. В Средние века палач был обязан носить особое одеяние, чаще всего ярко-красного цвета, чтобы его издали можно было узнать на улице. В трактире у палача была своя отдельная кружка, из которой больше никто не пил. И, как правило, палач оканчивал свои дни на виселице, будучи казненным своим преемником.
