Замечаю выбегающего из дворца Поллукса и двух стражников. Они меня не замечают, смотрят на кортеж. А этот высокомерный тип, удовлетворённо хмыкнув, поднимает стекло аэрокара.
– Стоять! – рявкаю я, когда эти трое синекожих пробегают мимо меня. Те сразу же тормозят. – Кто приехал?
– Его Высочество Процион, второй наследный принц наших ближайших соседей планеты Минтак, – отвечает Поллукс. – Они немного рановато. Если бы мы знали, не закрывали бы ворота. Простите, Ваше Величество.
– Не извиняйся, Поллукс. Он сам виноват. Раз приехал рано, пусть ожидает.
– Я правильно вас понял? Ворота оставить закрытыми? – осторожно уточняет мужчина.
– Да, идите. Я за вами. Быстро! И не кланяйтесь мне! – тихо цежу.
Ахернарцы ничего не говорят, но, развернувшись, возвращаются во дворец.
– Ты что им сказала?! – яростно орёт как потерпевший этот высокородный принц.
– Они красную дорожку забыли постелить. Напомнила. Всё-таки второй наследный принц. Почёт и уважение, иначе ведь работы лишатся, – поднявшись, склоняю голову, сажусь в реверансе и, развернувшись, иду к себе.
– Попадись только мне, мелкая! Так отлуплю, сидеть не сможешь! – рычит мужчина.
***
* Минтак - одна из ближайших планет, но отличная по погодным условиям с Ахернаром. Минтакийцы считаются благородными защитниками. Они хранители знаний и чаще остальных рас выступают судьями в спорах. Они редко участвуют в войнах, а если вступают в схватку, то всегда на стороне слабых. Также они берегут свою планету, и хоть она считается открытой для посещения, минтакийцы – закрытый народ. А их раса очень похожа на сказочных эльфов. Благородные, светлокожие, высокие гуманоиды с остроконечными ушами. Они хладнокровные, сдержанные и уравновешенные.
Глава 19
В холле меня за локоть ловит папа. И всем своим видом портит только поднявшееся настроение. Пытаюсь выдернуть конечность и гордо исчезнуть в коридорах дворца. Но и папа держит крепко и без всякого почтения перед королевой тащит в кабинет.
– Папа! – рявкаю, беспомощно оглядываясь на собственных стражей.
– Я не отниму много времени. Поговорим, и побежишь по своим королевским делам, – хмыкает папа Стей.
– Ненавижу, – бурчу и перестаю сопротивляться.
– А я тебя очень люблю. Даже больше, чем Софи, только ей это не говори.
– Ты кроме себя никого не любишь, – специально задеваю, очень хочется обидеть его.
– Ох, если бы это было так, – тяжко вздыхает родитель и, наконец, заводит в помещение. Громко хлопнув дверью перед носом у теней, папа сажает меня на диван и устраивается на журнальном столике. Чтобы полностью запереть меня собой.
– Я тебя слушаю, но не рассчитывай, что услышу, – скрещиваю руки на груди и высокомерно смотрю на папу.
– Если бы я знал, во что выльется ваше общение с этим варваром… – после долгого молчания тянет папа Стей.
– Никогда бы не нанял его? – с сарказмом перебиваю я.
– Нет, – качает головой мужчина, вызывая недоумение. – Выслушай меня внимательно, дочка. Я всю жизнь готовил тебя именно к этому. И всегда считал, что кроме тебя никто больше не справится. Единственное, к чему не подготовил, это к сердечным ранам. Тебе сейчас очень больно, но боль затихнет. Она не исчезнет, но притупится. Он не мог остаться с тобой по многим причинам. Твои будущие мужья – это твоя стена. Опора и поддержка. Они наравне с тобой вершат судьбами и помогают тебе удержать власть. По их прошлому будут судить тебя. По их деяниям будут оценивать твоё правление. Их ошибки, прошлые или будущие – это твои ошибки.
– Ахернарцы и Федерация не примут наёмника моим мужем?
– Не примут, родная. А Сириус не скрывал своё прошлое. Он зарабатывал на своём имени и прошлом. И ему придётся постараться, чтобы изменить отношение разумных к себе. И что-то мне подсказывает, он сможет найти путь к тебе.
– Вряд ли он будет искать этот путь. Его миссия завершилась. С него сняли все обвинения и деньги заплатили, – бурчу обиженно, и грудь опять ноет.
– Просто поверь мне, Ведана. Я ведь тебе никогда не врал.
– Ладно, – вздыхаю, закатив глаза, – пусть ищет свой путь, а когда явится, я ему пущу пулю в лоб.
– Договорились, – усмехается папа. – Кстати, ты зачем не впустила Проциона?
– Как ты увидел? – удивлённо таращусь.
– Большое око следит за всеми, – хмыкает папа Стей и пересаживается на диван. Теснее жмусь к боку отца, он обнимает и целует в макушку.
– Этот Процион – один из кандидатов?
– Да, – кивает мужчина.
– Он мне уже не нравится. Напыщенный болван. Как можно было не узнать меня? Или даже не удосужился посмотреть на мою фотокарточку? Лишь бы под мой толстый бок присосаться! А когда узнает, кто я, будет слащаво улыбаться, как Чжанг, и комплименты сальные отвешивать. Может быть, стоит изменить отбор?
– У тебя совершенно не толстый бок. Ты очень похудела и бледновата. Что очень беспокоит твою маму, – перебивает папа.
– Алькор тоже сказал, что похудела, аж наряды пришлось ушивать. Льстил, синекожая ледышка, – фыркаю я. – Не меняй тему, пожалуйста.
– Ладно, открою тебе секрет. Чжанг завтра утром поедет со своим королём домой, – шепчет в волосы папа.
– Правда?! – подскакиваю и смотрю в лицо родителя.
Мужчина кивает и снова обнимает: – Нам тут змеиные шпионы не нужны.
– Вот так и знала, что он шпион! – бурчу, подгибая под себя ноги.
– А по поводу изменения отбора – интересная мысль. Я переговорю с твоими советниками и с Федерацией. Возможно, стоит будущим претендентам вообще не знать королеву в лицо хотя бы пару дней. Присмотришься, как кто себя ведет, и отсеешь половину. Правда, с ахернарцами задачка та ещё, они ведь тебя уже знают.
– Мы можем замаскировать меня! Волосы покрасить, бородавку на нос прицепить, – опять вскакиваю, и папа громко смеётся надо мной. Тоже хихикаю. И меня отпускает.
Папа Стей берёт свой коммуникатор и, набрав папу Даниэля, спрашивает о некоем проекте «Энигма». Через пару минут к нам заходит второй родственник. Поджимаю губы и отворачиваюсь к первому.
– Зачем вам маскирующий модуль? – хмуро шипит папа Дани. – Это разработка рурков и на ахернарцев из-за разности геномов не сработает.
– А нам он как раз нужен для одного предприимчивого рурка, – хмыкает папа Стей. – Так у тебя есть прототип?
Мой змеиный папа очень долго и пристально осматривает нас. Решает, похоже, уравнение: какому рурку князь-кесарь собрался показать столь засекреченную разработку? Но всё-таки через пару минут выуживает из внутреннего кармана пиджака обычную армиллу.
– Ну-ка, примерь, – просит папа, а второй родитель падает в кресло, с интересом разглядывая собственные наработки в действии.
Надеваю почти прозрачный браслет. Слегка мигнув, он сливается с кожей и ничего не происходит.
– Не работает? – поднимаю голову и замолкаю.
Родители очень удивлены, разглядывают меня внимательно. Папа Стей даже волосы трогает и за щёку тянет. Отбив конечность, бегу к зеркальной дверце шкафа и замираю. Вот это я понимаю – высокие технологии.
Дверь в кабинет распахивается и на пороге появляется моя мама. Обводит убийственным взглядом все присутствующих и замечает меня.
– Софи! Как ты тут оказалась?! – женщина, изумлённо охнув, подходит ближе и заглядывает в глаза.
Да, каким-то чудом этот модуль решил даровать мне внешность сестры-двойняшки. Волосы, фигура и одежда, конечно, не изменились. Но вот на внешность я вылитая Софи. Вместо серых глаз – ярко-зелёные глаза папы Стейбека. Губы пухлые, нос курносый и очаровательные щёки.
– Софи здесь нет, – вздыхаю, немного погрустнев. Очень хочу увидеть сестру.
Снимаю браслет, мама в изумлении переводит взгляд на отцов. Вспоминает, что игнорирует их, снова поворачивается ко мне и обнимает крепко.
– Мы тебя очень любим, Веда.
– Я уже не злюсь на вас, мам. Ты правильно сказала вчера: если бы любил, остался бы. Так что всё нормально. Мы там на прогулку не опаздываем?
