и сами притихли, внимая Серому.
Но что-то проплыло в сознании Алекса, разбило твёрдость зеркальной глади, раскололо спокойствие стихии. Ломалось восприятие, как тонкая корка льда. Алекс ещё пытался держаться, сильнее стиснув ладонь Джейны в своей, но что-то разрушало его изнутри.
Как было перед первой грозой.
Пальцы невольно коснулись браслета с металлической пластинкой, словно он пытался зацепиться за реальность. А символы даори загорелись огнём, зашептали что-то, заглушая все другие звуки. Они звали его.
– Алекс, – донёсся далёкий голос Джейны.
Они должны обменяться цепочками. Он ещё помнил. Он даже держал одну в руках и принялся осторожно застёгивать на Джейне. Чуть качнулся, но сделал это. И она в свою очередь, слегка приподнявшись, обхватила украшением его шею.
Чуть дольше, чем положено, задержала руки, будто крепко обнимает его. Чувствует, что с ним. Защищает от Серого. Девочка любимая…
Она стояла перед ним, высокая, стройная. Родная. Синие глаза в тон синим цветам. Красное платье как румянец. Такая красивая. Чуть приоткрытые губы что-то шептали. Говорили? Он сосредоточился на этом всей силой воли. И хотел смотреть, смотреть. А мир плыл вокруг, качался на гигантских плавных волнах. Алекс никогда не страдал от морской болезни, но сейчас от качки начало мутить. И в какой-то миг он даже захотел, чтобы Доран спустился к ним и прекратил это своей магией. Он. Или Эрик. Или кто другой…
Темнел мир. Дышал, как громадное морское чудище. Выдох. Вдох. И снова выдох, с шумом обдающий лицо ветром и брызгами. Волна, мрак, вечная глубина. И где-то далеко – гонг раскатом грома.
9
Исчезающий знак
Джейна из последних сил делала вид, что всё в порядке.
Служитель Ариан с женой завершили обряд, благословив их с Алексом вскинутыми над головой ладонями и соединив кончики пальцев – жест защиты. Принесли два бокала насыщенно-терпкого красного вина, от пары глотков которого свело голову. И только Доран, не спуская глаз с покачнувшегося Алекса, направился к ним быстрым шагом.
Толпа обхватила их со всех сторон, дядя, тётушка, Танри и Бертвуд, матросы, Мейкдон – все бросились поздравлять, обнимали, касались плеч, и Джейна сильней обхватила Алекса, прижавшись к нему лицом. Похоже, только Доран понял, что что-то не так.
Быстро подойдя к ним, он коснулся сначала плеча Джейны, потом что-то шепнул дяде рядом и указал на дверь во внутреннюю комнату храма. Дядя только кивнул и вместе с ними дошёл туда. Кажется, все восприняли это продолжением обряда и вопросов не задавали. А кто-то уже шумел, предвкушая продолжение праздника.
Дверь закрыли. Внутри Доран усадил Алекса на тяжёлый церковный сундук и обхватил руками за голову, подняв лицом к себе. Дядя молча встал у двери и опёрся о косяк, но Джейна опасалась встречаться с ним взглядом. Понял, не понял – сейчас неважно. Главное, чтобы Алексу стало лучше. И сейчас она была готова довериться хоть Серому, хоть самому Тёмному, лишь бы всё закончилось хорошо.
– Здесь я не могу… ничего не могу сделать, – Доран покачал головой и отступил.
Алекс тяжело откинулся назад, упёршись затылком в стену, Джейна присела рядом. Дыхание у него было едва слышно, лицо побледнело, а на крепкой шее с выпирающим кадыком непривычно блестела серебряная цепь, зацепившись за вырез рубахи. Но не она была причиной – Джейна знала. Что-то с его магией началось ещё раньше.
– Что с ним? – раздался позади угрюмый голос дяди, точно он уже знал то, что ещё не хотел слышать.
– Это… магия, – призналась Джейна, не оборачиваясь. Просто не хотелось больше врать. И если дядя испугается, не примет – они уйдут. Не сдаст же теперь Доран – раз сам первый пришёл на помощь.
– Демоново… – выругался дядя и оборвал сам себя, шумно выдохнув, а Доран присел рядом на край каменной столешницы.
Джейна подняла глаза и встретила его пристальный взгляд. Сочувствующий. И какой-то ещё.
– Ему нужна помощь, – это был не вопрос.
Но какую помощь может предложить Серый Служитель тому, кого обязан обезвредить. Алекса либо казнят, либо… подчинят? Лишат воли? И неизвестно, что из этого страшней. Да только, судя по выражению лица Дорана, сделать он и правда ничего не может.
Джейна склонилась к Алексу, обхватила за рубаху и прислонилась лбом к груди, в которой слишком медленно сейчас билось сердце. Всё будет хорошо. Обязательно будет.
Алекс медленно выдохнул, приходя в себя.
Дядя сумрачно пересёк маленькую комнату в несколько широких шагов, остановился у крохотного окна – простого проёма в каменной кладке храма. Снова оглянулся на открывшего глаза Алекса, а затем и на Дорана.
– Придумай, что за обряд мы сейчас здесь провели. И надо продолжать, пока не хватились – нас ждут, – только и распорядился он.
Джейна взглянула на него с благодарностью. Конечно, староста. Он привык решать трудности, а не создавать новые. Только сейчас она поняла, как прежде его недооценивала, считая несправедливым. Но Алекс и его команда – они, рискуя собой, спасли деревню, – и дядя, и Доран не могли закрыть на это глаза, даже несмотря на эту страшную для них правду.
Доран деловито перебрал вещи на столе, достал из небольшого сундучка краску и кисть. Он что, рисует? Служитель подошёл к ним с Алексом, который уже сел, и, ни слова не говоря, принялся чертить им на тыльных сторонах ладоней символ щита и цепи, которая затем обвила запястье. Джейна как заворожённая наблюдала за его работой: так ловко, чётко и просто выходили у Дорана рисунки. И когда он обхватил уверенно её руку, стало даже не по себе от всего этого. Тёплые пальцы держали её запястье крепко, но мягко, а под широким рукавом серой накидки чёрным узором вилась татуировка с цепью.
– Надеюсь, она смывается, – хрипловато заговорил Алекс, пытаясь разрядить обстановку.
Доран взглянул на него.
– Лучше вам надеяться, что она поможет.
– У меня уже есть волшебные рисунки, – Алекс повёл левым плечом.
Дядя только хмыкнул и зачем-то засучил рукава.
И Джейна уже понадеялась, что всё обойдётся, как в комнату, без церемоний распахнув дверь, вошёл Служитель Ариан. За его спиной маячили лица родных и матросов.
Ариан, сердитый, насторожённый и временами ворчливый старик, сколько Джейна помнила, всегда мнил себя духовным отцом деревни. И вечно, отловив где-то на дороге, норовил читать нотации о её непослушном поведении.
– Что происходит? – вскинул он седые брови и подошёл к Алексу.
А за Арианом в тесную комнату пролез его сын, Фин, а потом и Мейкдон, бесцеремонно подвинув всех своим внушительным размахом плеч. И старпом вместе с парой матросов оттеснили остальных любопытствующих и заперли дверь.
– Покровитель дал мне знак, –
