Через минуту дверь в его кабинет распахивается и на пороге появляется Скалаев собственной персоной. Мимо него протискивается сексапильная блондинка и под ошарашенный взгляд секретарши семенит дальше по коридору. Краем глаза я замечаю, что помада на ее губах слегка смазана, а общий внешний вид оставляет слишком мало разгона для фантазии. По крайней мере, цвет нижнего белья точно не остался ни для кого загадкой. Как противно-то… Никогда не думала. что Скалаев — один из тех придурков, что спят со своими работницами.
Не дожидаясь приглашения и прохожу в его кабинет, нахально оттеснив его от двери. Не хочется устраивать скандал на глазах у девушки из приемной, судя по ее выражению лица, она никак не может отойти от шока, в который ее повергло увиденное зрелище. Что, кстати, странно… По идее, если Скалаев регулярно вызывает своих подчиненных на ковер, чтобы так сказать, их на нем же и поиметь, то она должна была уже привыкнуть.
Перевожу подозрительный взгляд на Марата и отмечаю, что выглядит он вполне нормально. Дыхание ровное, зрачки не расширены… после нашего поцелуя пару дней назад он выглядел совсем по-другому, я уже молчу о том, что когда мы встречались, я буквально упивалась его реакцией на себя и наши поцелуи.
— Я даже не знала, что псевдоотношения вызывают зависимость, — с усмешкой закатываю глаза. — Одних тебе мало, что ли? На будущее, у твоей фейковой любовницы стойкая помада и если бы ты, действительно, предавался с ней плотским утехам, следы были бы на твоем лице, а не пальцах, — киваю на его правую руку.
— Принцесска, — его губы расплываются в самодовольной улыбке, и я сразу понимаю, что не ошиблась — блондинка была лишь очередным показательным выступлением. Вот только чего он пытался добиться этим? Ревность ему вызывать резона нет, наказывать меня сейчас вроде как не за что…. — Как мало ты знаешь о поцелуях. Но если хочешь, чтобы я в качестве доказательства снял штаны, только скажи…
— Иди к черту, — выдавливаю сквозь зубы и понимаю, что начинаю густо краснеть. Господи, зачем я, вообще, затронула эту тему? И хоть я на сто процентов уверена, что сцена с помадой была не особо тщательно спланированной постановкой, боюсь, я еще не скоро смогу вытравить из памяти картинку, которую сейчас с живым воодушевлением рисует мое подсознание… По-хорошему бы, напомнить ему его же слова про “крутить задом перед другими пока действует наш договор”, но Марат, наверняка, воспримет это как прямое доказательство того, что я поверила в их спектакль. Тем более, я помню чем это закончилось в прошлый раз, поэтому достаю ключи из кармана и протягиваю ему:
— Я, конечно, понимаю, что ты скоро пополнишь свое состояние на пару заводов и успешную немецкую фирму, но не стоило тратиться. Мне твои подачки не нужны.
— Автомобиль — это не подачка, — хмурится Марат, игнорируя ключи. — Ты постоянно отказываешься от того, чтобы я тебя подвозил, а ждать пока ты сама доберешься на общественном транспорте долго.
— Насколько я помню договор, следующая наша встреча должна быть уже в ЗАГСе, так и быть, можешь прислать за мной белый лимузин. А пока уж извини, побегу на маршрутку.
Так как он все еще не предпринимает попыток забрать у меня ключи от новенькой ауди, которую утром подогнали к моему подъезду, я делаю шаг навстречу и сама хватаю его руку с намерением вложить в нее брелок. На мгновение он дергается, будто от удара током, но вместо того чтобы отпрянуть и выдернуть руку, вцепляется в мои пальцы и накрывает наши переплетенные ладони второй рукой.
— Принцесска, — хрипло произносит он. — Не дури. Твоя машина в ремонте, а без нее передвигаться по большому городу совсем неудобно.
— Ты все еще не понял, Марат? — усмехаюсь, пытаясь не показать как на меня влияет наша близость. Жар от его ладоней растекается по коже и отдается легким покалыванием прямо в сердце. — Та машина не моя, я одалживала ее лишь в исключительных случаях. А на общественном транспорте я по большому городу передвигаюсь уже шесть лет, так что не переживай, я привыкла.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
После этих слов я пытаюсь вырвать свою руку, но она зажата словно в капкане и когда я перевожу взгляд с наших пальцев на его лицо, вижу там все то, над отсутствием чего усмехалась несколько минут назад: серые глаза в обрамлении густых ресниц стали почти черными, а дыхание, слетающее с его губ сложно назвать ровным. И мне бы сейчас испытывать чувство неимоверного удовлетворения от того, что одним лишь прикосновением руки я добилась того, чего его фейковая любовница не смогла добиться предполагаемыми оральными ласками, но вместо этого я испуганно отшатываюсь назад и с силой вырваю свои пальцы из его захвата.
Брелок при этом падает на пол, но ни один из нас не спешит его поднимать. Марат продолжает завороженно следить за мной взглядом, я же спиной пячусь к двери. Видимо, срабатывает какой-то первобытный инстинкт самосохранения, который подсказывает, что не стоит поворачиваться к хищнику спиной. Потому что именно так сейчас выглядит Скалаев. Как самый настоящий хищник, который не собирается упускать свою жертву.
Глава 31 Марат
Я догоняю Алису уже в приемной и думаю, лишь присутствие Ксении заставляет ее все-таки остановиться, когда я в третий раз зову ее по имени.
— Ты что-то еще хотел? — она озадаченно смотрит на запястье, на котором отсутствуют часы, но тем не менее, выдает: — Я опаздываю на работу.
— Согласно твоему расписанию, — напустив в голос меду, напоминаю, — следующее занятие у тебя только вечером.
Алиса стискивает зубы, но покосившись в сторону секретарши не рискует послать меня прямым текстом.
— Администратор утром звонила, попросила подменить инструктора пол-данса, — елейно заявляет она. — Танцы на шесте, другими словами.
Она невинно улыбается и хлопает глазами в сторону Ксении, давая тем самым понять, что разыгрывает этот спектакль исключительно для нее. Если бы в приемной я находился один, то она бы точно меня проигнорировала.
По-хорошему, мне бы действительно ее сейчас отпустить. Она права, в обществе мы засветились, в прессе фото должны появиться уже сегодня, следующая остановка — фейковая свадьба. Но не могу. Не могу отпустить. Как заядлый наркоман ищу возможность раздобыть очередную дозу. Дозу принцесски.
Сам не знаю с каких пор я стал таким мазохистом, Алиса явно дает мне понять, что мое общество ее не то что не радует, оно ей крайне неприятно. Не то чтобы до этого наши отношения были теплыми, но после визита к Булавиным, ее словно подменили. По сравнению с ней, даже айсберг покажется грелкой. Но тем не менее, я сейчас смотрю на раздражение, застывшее на ее лице и понимаю, что просто не готов ее отпустить. Не готов к тому, что встретимся мы уже только в ЗАГСе.
Идея приходит ко мне так же спонтанно, как и решение отвезти ее к Дарье в прошлый раз. Тогда я тоже не хотел соглашаться с ее “просто отвези меня домой, Марат”. Вот и сейчас, вместо того чтобы попрощаться, я предлагаю:
— Тогда давай я отвезу тебя на твой пол-данс, а потом поедем выбирать свадебное платье.
— Платье? — удивленно переспрашивает.
— Конечно, — киваю как ни в чем ни бывало. — Пышное. Белое. Все в лучших традициях.
— Может, лучше красное? Или черное, скорее, — ядовито заявляет она. — Белый — цвет невинности. А я, смею заметить, давно не невинна.
— Я помню, — мечтательно протягиваю, — Лучшая ночь в моей жизни, как я мог забыть?
Ксюша, о существовании которой я успел забыть, громко ойкает, а Алиса поджимает губы и густо краснеет. Я же улыбаюсь. Искренне. Не то чтобы меня радовало ее смущение, но это лучше чем равнодушие. Любые, мать их, эмоции, лучше чем равнодушие. Я даже не против, чтобы она злилась. В прошлый раз наша пикировка в МиКрейте неплохо закончилась, я совсем не против повторить и сейчас. Даже на присутствие секретарши мне наплевать, я плачу ей неплохие деньги и уверен, что в нужный момент она тихонько ускользнет из-за своего стола и оставит нас одних.
