— Подожди… — пробормотал Марк, вскочил с места и вышел из комнаты, незаметно прихватив мобильный.
То есть он пытался сделать это, не привлекая внимания, но у него не получилось.
Алиса обомлела. То есть она, разумеется, тоже вела себя непредсказуемо и глупо, но… Кому он хочет звонить в ту секунду, когда его бросает девушка?
Может, он психопат, сидит на литии, и побежал звонить психиатру — рассказать, что находится в пограничном состоянии и нуждается в дополнительной дозе транквилизаторов?
Маме?
В вытрезвитель?
Алиса пробралась в коридор, обнаружила полуприкрытую дверь в спальню, подкралась и прислушалась.
— И что делать? — нервничал Марик. — Мы не предполагали… Все шло как по маслу… Да. Хорошо. Ладно, подождем. Ты думаешь? Ну, возможно… А вдруг она… Хотелось бы надеяться… А когда я могу получить… Черт! Ну… А что еще мне остается?
Почувствовав, что разговор близится к концу, Алиса на цыпочках ускакала в гостиную, метнулась к сумке, отхлебнула еще виски — бутылку она так и не достала, чтобы не стало очевидно, что она набралась перед самой встречей, и плюхнулась на диван.
Марик вошел с довольно грустной физиономией.
Сел напротив. Сцепил руки.
— Алиса, ты взрослый человек, поэтому я не буду тебя уговаривать. Хотя и хочется, — он провел рукой по лбу. — Глупая ситуация. Ладно… Просто я бы хотел, чтобы ты знала — мне жаль, что у нас не получилось.
— Я пойду, — сказала Алиса, отводя глаза.
— Давай, — кивнул он.
Алиса тихо прикрыла за собой входную дверь, спустилась по лестнице — решила не ждать лифта и не думать о том, смотрит ли он на нее в дверной глазок (вряд ли, но она бы так и сделала), и вышла на улицу.
Дурацкая душная московская ночь. Хотя еще нет десяти и на улице не совсем темно. Но все же август. Алиса села в машину, включила кондиционер и вызвала такси. У нее было средство от опьянения, которое ей подарила Лиза, но трезвости не хотелось. Наоборот, очень нужно было напиться до бесчувствия.
И дело не в Марке. Что-то есть еще… Нечто неуловимое… На чем-то она никак не могла сосредоточиться — на чем-то важном, существенном, но мысль убегала, играла в прятки, оставляя лишь едва уловимый след из смутного беспокойства, отчего и хотелось напиться до изнеможения — и она сделала это.
Причем напилась дома, в одиночестве, и долго ползала потом от ванной до спальни и приняла все-таки эти жуткие таблетки, которые нужно жевать полчаса — они были зеленые и во рту превращались в резину, а когда вся эта мерзость упала наконец в желудок, так закружилась голова, что подогнулись колени — и Алиса часа два просидела в коридоре с закрытыми глазами. Правда, потом выяснилось, что прошло не два часа, а всего семь минут, но по ее ощущениям миновали сутки — и все эти сутки Алису так чудовищно мутило, что подобный опыт она вряд ли станет повторять. Смыв с себя пот и рвоту, изможденная Алиса рухнула на кровать и провалилась в сон со странными сновидениями.
Проснувшись, первый раз задумалась над тем, почему она ничего не рассказывает Елене о своей жизни, а та не спрашивает, ведь учительнице, наверное, интересно, как ученица воплощает в жизнь новые знания. Может, Елена в курсе? Надо бы спросить… Хотя… А как она воплощает в жизнь знания?
Последнее знание, примененное практически, было из книги «Магия в рекламе» — немного путаные заклинания, но работают отлично. Тут главное — правильно составить коды, сочетания букв и цифр. Основана вся эта байда на нумерологии, так что Алисе не составило труда самой, без помощи Лизы, хоть та и предлагала свои услуги, так хитроумно закодировать рекламные объявления, афиши и пригласительные, что результат себя оправдал на следующий же день после открытия клуба — и даже во время открытия оправдал, так как не было ни одного нужного человека, который бы проигнорировал премьеру нового клуба.
Лиза, казалось, была уязвлена — наверное, не ожидала, что Алиса так ловко без нее справится, но чувства Лизы никого не волновали — это ее проблемы, пусть сама разбирается. А она, Алиса, молодец — у нее все получается.
Хотя, признаться, было во всех этих «Магиях для бизнеса», «Магии в рекламе» что-то… фальшивое. Ну, как в знакомствах по Интернету — ждешь принца, остроумного и обаятельного, а получаешь стеснительного и нервного толстячка с потным лбом.
Но ведь ей же нужны деньги? На что бы она жила, если бы не Лиза, и все эти бизнес-планы, и все эти книги? У нее в кои-то веки все прекрасно, никаких интриг, никаких трудностей, а она опять недовольна! Конечно, жизнь — это поиск, но ведь имеет же она право на передышку?
Алиса приняла ванну, позвонила девчонкам и поехала в «Макикафе». Сегодня — только подруги.
Но когда она вошла в кафе, оказалось, что подруги-предательницы уже познакомились с какими-то перцами в модных майках и вовсю хихикают.
Перцы были ничего — правда, всего двое, зато красавцы.
Один — такой бледненький брюнет с пухлыми губами в морщинках, второй — здоровый загорелый блондин с густыми волосами чуть выше плеч.
Алиса усмехнулась. Ну, как обычно, девицы все в черном, несмотря на жару: на Марьяне платье с запахом, на Фае — топ и капри в облипку.
— Так я не поняла, чем ты занимаешься? — услышала Алиса, когда приблизилась к столику. Фая в своем репертуаре — терзает жертву. — А вот и наша подруга Алиса! — возвестила Фая. — Вы уже позвонили этому вашему… Гарику?
Блондин кивнул и придирчиво осмотрел Алису. Она ответила холодным взглядом и села рядом с брюнетом.
— Так чем ты занимаешься? — талдычила Фая.
— А какое это имеет значение? — надменно произнес блондин.
— Как это какое? — Фая в ужасе уставилась на него. — А вдруг ты продаешь наркотики или, еще хуже, преподаешь тантру?
— А почему это хуже? — на полном серьезе спросил блондин.
— Это Дима, — потом Марьяна ткнула пальцем в блондина, — это Рома.
Марьяна с интересом следила за молодыми людьми, но Алиса знала — она просто веселится, наблюдая за тем, как Фая щелкает кавалеров. Подобные экземпляры ее не волновали — ей подавай трагическую личность, с синевой под глазами, какого-нибудь циничного типа, которого ей придется добиваться, доказывать, что она — умная и необыкновенная, а эти образцовые самцы с чувством юмора, как у клизмы, с точки зрения Марьяны, годились только (и это в лучшем случае) для дурацкой беседы в кафе, чтобы потом хорошо над ними посмеяться в узком девичьем кругу. Алиса была уверена — с такими бы Марьяна не стала спать даже если бы к ее виску приставили автомат Калашникова. А мальчики тем временем упивались собственной неотразимостью и, наверняка, рассчитывали на продолжение. Впрочем, от Фаи можно было ожидать чего угодно — даже того, что она затащит в постель обоих и выгонит, едва те успеют снять штаны.
