как я узнала о проблеме Влада и до сегодняшнего дня, я не решалась залезть в интернет и почитать, с чем же столкнулась. Мне до сих пор кажется, что если начну копаться в этом, назад пути не будет. А сейчас все так хорошо, что портить идиллию совершенно не хочется. Да и откровенно говоря, мне просто страшно.
— Ты знаешь? — достает трубочку и начинает сгибать ее.
— Пока только название “дефекта”, — показываю пальцами кавычки в воздухе и возвращаю руки на бедра.
— Он сказал? — Руслан поднимает бровь.
— Нет, Игорь Юрьевич, — тяжело вздыхаю.
— Ну что ж, значит все не так хорошо, раз тренер вмешался, — Руслан опускает плечи и немного горбится. — Влад… А знаешь, лучше спроси у него. Не хочу испытать его гнев на себе, — он кидает трубочку на стол. Берет бокал и залпом допивает остатки коктейля.
Внутри роится тревога. Руслан выглядит обеспокоенным. Логично предположить, что все намного сложнее, чем я думала. Хочу отмахнуться от этой мысли, убедить себя, что все не так страшно. Но вот она реальность — даже друг боится гнева Влада. Сжимаю сильнее кулаки, впиваясь ногтями в ладони.
— Как дела? — Влад целует меня в макушку, чем выводит из ступора. Я не заметила, как он подошел. Слишком увлеклась своими мыслями, или он намеренно подкрался, как кот к добыче? Не важно.
— Хорошо, — кидаю мимолетный взгляд на Руслана. Тот умоляюще смотрит в ответ.
— О чем болтали? — Влад садится рядом и берет меня за руку.
— О том…, — делаю паузу, — что у нас с тобой все хорошо в отношениях, и я счастлива, что ты рядом, — улыбаюсь и краем глаза замечаю, как Руслан облегченно выдыхает.
Олеся возвращается спустя пару минут. И мы решаем, что пора по домам. Расплачиваемся по счету и выходим на улицу. Прохладный воздух приятно остужает кожу. Ждем, пока за ребятами приедет такси. Затем идем к машине, которую оставили на парковке. Большой плюс, что Влад не пьет — всегда машина под боком. Он помогает мне залезть в Рендж Ровер, потому что я все еще немного пьяна. Сам садится на водительское сиденье и тянется через меня, чтобы пристегнуть.
— Ты приятно пахнешь, — утыкаюсь носом в его шею.
— Пьянчужка, — усмехается он и вставляет ремень безопасности в защелку.
Мы выруливаем на шоссе. Будни прекрасны тем, что ночью почти нет пробок. Я решаю ехать к себе, потому что завтра на работу, а у Влада мало моей одежды. Да и спать он мне точно не даст. Доезжаем быстро. Паркуемся под деревом на углу дома. Свет фонарей сюда не доходит.
— До завтра, — я отстегиваюсь и смотрю на Влада.
— До завтра, — он слегка наклоняет голову и больше не двигается.
Так ничего больше и не дождавшись, выхожу из машины, кивая на прощанье. Делаю пару шагов. Досада покалывает кончики пальцев. Останавливаюсь. Нужно проучить этого засранца! Разворачиваюсь и направляюсь к машине. Странно, что Влад до сих пор не завел двигатель. Сажусь на заднее сиденье, громко хлопнув дверью. Влад разворачивается ко мне. Смотим друга на друга. Приподнимаюсь, задираю платье до пояса и сажусь обратно на кожаное сиденье. Влад вскидывает брови. Молчит. Сдвигаю трусики в сторону и глажу себя между ног. Откидываю голову на сиденье и негромко стону, прикрыв глаза. Под пристальным взглядом Влада быстро намокаю. Вожу пальцами вверх-вниз вдоль клитора. Другой рукой сжимаю грудь. Распахиваю глаза …и вижу, как Влад выходит из машины.
Глава 9.3
Недоуменно вскидываюсь. Волнение неприятным холодом прокатывается по позвоночнику. Щеки наоборот начинают гореть. Но не успеваю дотянуться до ручки, как дверь распахивается с другой стороны, и Влад забирается внутрь. Сразу же наваливается на меня. Берет за затылок и грубо целует. Второй рукой сжимает грудь.
— Весь вечер бесился, что на тебе нет лифчика, — рычит, задевая мои губы своими, опускает лямки платья. Помогаю ему стянуть их с рук. Влад тут же опускает ткань вниз, освобождая грудь. Отодвигает меня с противоположной двери, наклоняется и лижет сосок, играет с ним языком, покусывает. Берет меня за бедра и закидывает ноги на сиденье. Рукой придвигает к себе за талию и снова кусает сосок, только теперь на другой груди. Свободной ладонью проникает под трусики. Гладит. Стону, выгибаюсь, ерзаю на сиденье. Кажется, что Влад везде. Вцепляюсь дрожащими руками ему в плечи, царапаю ногтями ткань футболки. Гадкий голосок в голове напоминает, что мы на парковке. Но я отмахиваюсь от него — окна в машине затонированы, и мне сейчас до одурения хорошо. Тянусь к ширинке Влада. Он отодвигается, рычит. Сам расстегивает брюки, приспускает их вместе с боксерами. Проводит ладонью по вставшему члену.
— Презервативы в бардачке. Сможешь достать? — говорит с придыханием.
Киваю и лезу через переднее кресло. Достаю пачку. В этот момент Влад спускает мои трусики до колен и проникает пальцем внутрь. Давлюсь воздухом, когда он добавляет второй. Двигаюсь назад, он входит еще глубже. Затем убирает руку. Вынимаю фольгированный пакетик. Передаю Владу. Он рвет упаковку зубами и раскатывает латексное колечко по члену. Это слишком сексуально. Дрожу от желания. В нетерпении сама сажусь на колени Влада. Беру член в руку, круговым движением глажу по всей длине. Влад рычит, втягивает воздух, сжимает мою попу. Приподнимаюсь. Насаживаюсь сначала на головку, затем медленно скольжу вниз. Влад не выдерживает и резко подается бедрами вверх, входя до упора. Судорожно выдыхаем в унисон. Опираюсь руками на спинку сиденья.
— Двигайся, — цедит он сквозь зубы.
Подчиняюсь. Медленно поднимаюсь и резко опускаюсь. Постепенно увеличиваю темп, сжимаю Влада внутри. Он шипит. Сильнее хватает за бедра, кусает за шею. Откидываю голову назад. Влад начинает двигаться мне навстречу мощными толчками. Еще немного. Чувствую, что уже близка.
— Пожалуйста, — наклоняюсь к нему и шепчу на ухо.
Он хмыкает. Но не спешит выполнить просьбу. Больно щипает сосок. Я вскрикиваю. Это слишком остро. Влад проводит рукой по животу. Проходится по клитору, касаясь почти невесомо. Останавливается на том месте, где мы сливается воедино. Я чувствую, как его палец пытается проникнуть внутрь. Член Влада итак длинный и толстый, а тут еще это...
— Нет, — мотаю головой.
Капелька пота течет по спине, противно щекочет кожу. Страх заставляет сжаться. Влад все равно протискивается внутрь. Кажется, что меня распирает изнутри. И
