То есть на этот раз я должен принять на веру, что этот самый Томас – нечто большее, чем просто очередная прихоть, которую ты затем намерена швырнуть мне под ноги?
– Да уж куда, куда большее.
Рэйвенскрофт натужно улыбнулся.
– Что ж, в таком случае мне тем более нужно разведать об этом твоем Томасе побольше. Ты случайно не знаешь, откуда он родом, или хотя бы что у него за родня? Для начала было бы неплохо. В конце концов, я должен убедиться, что твой Том не просто играет в хитрую игру, втихомолку охотясь за нашим поместьем.
Потрясенная словами отца, Джанет бросила в ответ:
– Для этого мне придется вновь с ним встретиться.
Рэйвенскрофт нахмурился.
– Джанет, я лишь хочу оградить тебя от любых неприятностей. Я посвятил этому всю свою жизнь.
Гнев Джанет отбросил всякий страх перед какими бы то ни было таящимися в ночи монстрами.
– Оградить меня? Ты просто заточил меня в моем же собственном чертовом доме!
Рэйвенскрофт пристально оглядел ее, прежде чем ответить:
– Что бы я ни делал, я всегда старался для твоего же блага.
Однако под недоверчивым взглядом Джанет отец отвел глаза, впервые выказав некоторую неловкость. Когда он наконец заговорил снова, его голос был мягким и успокаивающим; Джанет смутно припоминала этот тон из своего детства (отец им теперь почти никогда не пользовался):
– Дочура, сколько раз тебе повторять, что, вопреки всем твоим домыслам, я действительно тебя люблю?
Джанет открыла рот для очередной колкости, как вдруг машина впереди внезапно накренилась и опрокинулась набок, словно по ней садануло что-то большое и очень тяжелое.
– О нет! Только не снова!
– Снова?
Водитель дал по тормозам, затормозив в считаных сантиметрах от перевернутого внедорожника, и крикнул:
– Всем лечь!
Выхватив из наплечной кобуры пистолет, он изготовился к схватке, лихорадочно высматривая угрозу. Рэйвенскрофт тотчас принялся отдавать по мобильному телефону команды своим подчиненным в другой машине.
– Нет, я не видел, кто это сделал! Выйдите из своей машины и выясните! Повторяю: в полицию не звонить, пока мы не выясним, что здесь происходит! Я ясно выражаюсь?
Отец с дочерью напряженно смотрели на хаос вокруг передней машины. Поблизости не было видно ничего, что могло бы нанести столь мощный удар, от которого внедорожник вмялся между створкой ворот и каменным столбом, к которому она уже не крепилась.
В этот момент на Джанет накатила мутная тошнота, и в поисках облегчения девушка припала лицом к прохладному стеклу.
«Нет, нет! Только не сейчас. Мы же были почти в безопасности…»
И тут, неизъяснимым образом, она уже взирала на окружающую вакханалию глазами Королевы. Темень, что еще несколько мгновений назад окутывала машины, уже не была черной, а наполнялась мягким свечением сумерек. Живая изгородь вдоль подъездной дорожки и статные деревья за ней, опрокинутый головной автомобиль и человек, пытающийся из него выбраться – все казалось перенасыщенным неестественно мерцающими цветами.
Джанет успела лишь вздрогнуть, прежде чем ее полностью поглотило чуждое присутствие, вновь заявив о своей власти над ее телом. Осколки бренного человеческого существа презрительно закинули глубоко в тайники запредельного разума. Оставалась только Королева, выжидательно наблюдающая, как дюжина гигантских зверей-охотников обступила три внедорожника.
Она улыбнулась, когда один из зверей Охотника раскромсал бок перевернутой впереди машины. Не зная, кто на них напал, люди внутри начали яростно стрелять в воздух. Но одного за другим их вытаскивали через зияющую брешь, разрывая на кровавые полосы о зазубрины искореженного металла. Люди ненадолго подвисали в воздухе, размахивая конечностями, как какие-нибудь перчаточные куклы. После этого звери бесцеремонно разрывали их на части. Вид брызжущей на асфальт и траву крови вызывал у Королевы смех; эта бойня ее забавляла.
* * *
В ужасе от этого хохота, Джон Рэйвенскрофт с тревожной подозрительностью воззрился на край сиденья. Увиденное убедило его, что внутри тела дочери засело кто-то или что-то; какой-то непрошеный гость, пусть и с чертами Джанет. Но это определенно была не его дочь. Глянувшее из ее глаз существо едва ли даже сознавало его присутствие. Лишенное мягкости девичье лицо было исполнено неумолимой жестокости, куда большей, чем мог бы изобразить даже сам Джон Рэйвенскрофт.
– Кто ты? Что сделала с моей дочерью? – в отчаянии прошипел он безвестной узурпаторше-самозванке.
Его вопросы остались без ответа: в эту секунду последний в очереди автомобиль резко оторвался от земли и грянулся обратно с такой силой, что разбились все окна, брызнув по подъездной дорожке стеклянным дождем. Резко обернувшись на эту жуткую картину, Рэйвенскрофт в ужасе наблюдал, как людей оттуда стала выдергивать все та же незримая чудовищная сила.
Заслышав над собой глухой удар по крыше, Рэйвенскрофт поднял глаза, готовясь к худшему. А секундой позже сквозь забрызганные кровью окна увидел фигуру, знакомую ему по записи с камер наблюдения: Томас Линн, который сейчас прыгнул к остаткам третьего внедорожника.
– Что он здесь делает? – оторопело воскликнул Рэйвенскрофт.
Рядом с ним Королева Летних Сумерек с мрачным восхищением взирала на своего Рыцаря Розы, невозмутимо стоящего в ожидании схватки среди хищно кружащих зверей. С надменной улыбкой Королева обернулась к вжавшемуся в сиденье встрепанному человеку:
– Зри моего рыцаря – сторонника и консорта, прибывшего исполнить свой клятвенный долг: защитить свою Королеву!
Джон Рэйвенскрофт, который никак не мог видеть ни этих бестий, ни насылающего их Охотника, эти слова истолковал как сущий вздор и гневно рявкнул поверх безумных криков гибнущих:
– Что? Эта бойня – дело рук этого безумца, и я его сейчас остановлю! А ну!
Существо, что когда-то было его дочерью, ухватило его за руку и зашептало:
– А сейчас ты видишь их, бренный? Моего сторонника и остальных? С этой минуты нас ждет невероятное развлечение.
При ее прикосновении Рэйвенскрофт тотчас увидел бестий, что с легкостью раздирали его натренированных бойцов.
– О боже… Так это все на самом деле? Маири говорила правду, когда божилась, что существует мир, отличный от нашего? А я ни секунды ей не верил. И только сейчас… а… Томас пытается нас спасти…
Схватившись за ручку замкнутой двери, он рванул ее со всей своей недюжинной силой, но тщетно.
Снаружи дюжина зверей, из алчных челюстей которых капала кровь, рыскала по грудам изуродованных тел, разбросанных вокруг машин. В этот момент на крыше перевернутого сзади внедорожника Рэйвенскрофт заметил фигуру: высокий худой мужчина в облегающем черном облачении из кожи; в каждой руке по сверкающему мечу.
Охотник небрежно подбросил один клинок в воздух, воскликнув при этом:
– Держи! С моей стороны было бы неподобающе сражаться с тобой, не вернув то, что ты считаешь своим.
Томас без колебаний поймал летящий клинок и
