родителей. И поэтому я не хочу потерять ещё и Криса. Я обязательно выберусь отсюда, и найду его!
≪И кажется, ему ещё хорошенько врежут. За то, что заставил нервничать, ≫ — с лёгкой улыбкой подумалось полицейскому, видя, как взгляд напарницы наполнился решимостью.
В воздухе вновь повисла неловкость, которая развеялась от тихого скрипа открывающейся входной двери.
* * *
— Итак, мисс Вонг. Судя по всему, нам придётся очень часто видеться, поэтому не могли бы вы рассказать, какая же причина привела вас в наш город в столь тёмное время? — спросил у девушки, возвращая ей пистолет. Опасно? Возможно. Но лишний пистолет и человек, отлично им владеющий, не помешает.
— Расследую деятельность Амбреллы, офицер Мэтисон, — приняла пистолет Вонг, всем своим видом продолжая показывать превосходство. — Я должна была встретиться со своим осведомителем, однако он так и не вышел на связь.
— Интересно даже, почему? Кхм. И что будете делать теперь?
— Искать информацию из других источников, — оттолкнувшись от машины, девушка пошла к двери, что вела к тиру, моргу, тюремному блоку и клеткам, где сидели собаки. — И здесь должен быть один человек, который может что-то знать.
— М? Но все люди эвакуировались ещё вчера! — проговорил я, но её это не остановило. — Мисс Вонг?
Дверь за девушкой закрылась, заставив громко чертыхнуться. Забрав своё скромное оружие, побежал следом за ней, но из-за того, что замешкался — потерял след. И куда она могла пойти? Так, подумаем логически. Либо сам тюремный блок, либо открыла переборку, которая находится между моргом и тюремным блоком. Оттуда можно попасть на первый этаж участка восточного крыла. Но если правильно помню — там многие двери закрыты, только если на крышу выход остался открытым.
Кивнув самому себе, отправился к блоку, по пути свернув в сторону проверяя переборку. Но нет — она была закрыта, так как генератор был повреждён, и не хватало проводов. Значит — тюрьма. Не про морг же она говорила в самом деле?
Тюремный блок встретил меня отвратительным запахом разлагающихся тел. Вспоминаю тот день, когда пришлось зачищать это место с одним из недавно поступивших на службу — как же хочется набить морду тому, кто посчитал хорошей идеей забирать укушенных и сажать в камеры. Почти во всех были зомби, и они начинали разлагаться. Ох, во имя Деметриуса. Какая же тут вонь!
— … я всё сказал, — услышал я голос в отдалённости, куда и направился.
Возле самой дальней камеры стояла агент Вонг, и разговаривала с кем-то. Помолившись Богу (а я знал пока только одного), медленно прошёл ближе, и увидел, что внутри реально сидел мужчина. И я даже знаю, кто это такой. Не раз приходилось встречаться, пока этот придурок крутился рядом, пытаясь выявить коррупцию в нашем департаменте. Да и я сам с ним имел дела, когда надеялся накопать на кое-кого побольше грязи. И вроде, с ним можно было бы работать, но его методы и его характер…
— Да ладно. Вы, блядь, издеваетесь! — с жалобным стоном проговорил я, хлопнув себя ладонью по лицу. — Я думал, ты погиб ещё во время атаки на западное крыло, а ты оказывается… Каким надо быть идиотом, чтобы закрыть себя здесь, Бертолуччи?!
— Здесь безопаснее, чем в любом месте этого мёртвого города, Мэтисон, — ответил мне мужчина, поправив очки. — Я уж лучше останусь здесь, и дождусь помощи, чем выйду наружу. Тем более, что правопорядка в городе уже нет.
— Так понимаю, вы с ним знакомы, офицер? — подала голос Вонг. Мне кажется, или у неё на лице промелькнуло удивление?
— К сожалению, да. И теперь меня интересует один вопрос — как тебя, идиота, взяли в репортёры? Мы ещё вчера эвакуировали последних гражданских на фургоне RPD. Теперь выхода из города нет, и его надо искать.
На лице репортёра Бена Бертолуччи медленно начало проявляться понимание того, что я сейчас ему сказал. В глазах отчётливо был виден страх.
— Ты сейчас шутишь?
— А по мне видно, дебил, что я шучу? Мне пришлось остаться, чтобы обеспечить отход, и если до этого шанс выбраться был — сейчас его нет!
Мужчина начал ходить по всей камере, и было видно, как его била дрожь. Однако спустя минуту ходьбы, он остановился, что-то вспомнив.
— Нет. Есть ещё выход. Я могу помочь вам обоим, но мне нужно, чтобы вы помогли мне выбраться отсюда!
— О чём ты? — начал было я, когда внезапно раздался нечеловеческий вой.
Я начал озираться по сторонам, пытаясь понять, откуда идёт вой, что пробирал до самых костей, этим же занималась и Вонг. Бертолуччи от страха отошёл от решётки, прижавшись к стене. Повторный вой раздался очень близко, и сквозь этот вой я услышал нечто, похожее на хруст. Нет, скорее треск, словно…
— На пол! — громко закричав, разворачиваюсь и прыгаю на пол, в прыжке сбивая Вонг и прижимая её к полу.
Раздаётся громкий треск ломающейся кирпичной стены, вместе с криком боли репортёра. Пыль попадает в рот и нос, отчего с трудом удаётся сдержать чих и кашель, а вой прекратился также внезапно, как и появился.
Поднимаясь на ноги, заодно помогая встать Вонг (очки с которой слетели, и теперь можно было увидеть её карие глаза), я услышал слабый стон боли, идущий из камеры.
— Мать вашу, — подбежав к решётке и заглянув внутрь, увидел лежащего на полу Бертолуччи. Не знаю, что за существо это сделало, но оно пробило кирпичную стену, и проткнул мужчину насквозь то ли когтём, то ли трубой. На полу, вокруг репортёра уже была лужа крови, что постепенно становилась только больше. — Блядь, Бен! Сука, да откройся!
Я безуспешно дёргал дверь, пытаясь открыть её несмотря на то, что понимал — эта рана смертельная. Меня остановила Вонг, схватив за руку. Бросив на неё взгляд, увидел, как она покачала головой и указала кивком на стену, отпуская. Да, система открытия была повреждена, а без неё двери не открыть. Если только выломать дверь, что не так легко.
— Канализация… — прохрипел Бен, пытаясь зажать рану, но кровь продолжала течь сквозь его пальцы. Из его рта шла кровавая пена. — Там… лаборатория Ам…бреллы… и выход… из города… Кхах!
Бертолуччи стошнило кровью, после чего он посмотрел на меня мутным взглядом. Лицо стремительно становилось бледным.
— Мэтисон… ты… был прав… Айронс… вместе с Амбреллой… на его совести… жизни людей… Бумаги…в моём чемодане…
Дёрнувшись ещё несколько раз, Бен вдохнул в последний раз и обмяк, перестав дышать. Я только и мог, что беспомощно ударить по решётке, пытаясь справиться со злостью. Чёртова Амбрелла! Чёртов Айронс! Что б
