– Да-да, я все понял, не волнуйся, передам. Хорошо. Ладно, пока. – И он положил трубку.
– Звонил Александр. Возникли непредвиденные обстоятельства, и он задерживается, – объяснил Димитриос и метнул взгляд в сторону бабушки.
Мелани огорчилась. В воскресенье он должен был уже вернуться, но теперь будет отсутствовать еще пару дней.
– А он не объяснил, что случилось? – спросила Кристина, и Мелани снова перехватила взгляд, брошенный на бабушку Димитриосом.
– Нет. Просто сказал, что прилетит попозже, и все.
– А я рассчитывала с ним поговорить, – задумчиво произнесла Мелани. – Время идет, у меня подходит к концу отпуск, да и мама ждет нашего возвращения.
– Я пытался уговорить Стефани, но она и слышать ничего не хочет о столь быстром возвращении. Но, мне кажется, она просто не желает объясняться с миссис Харт, – сказал Димитриос и развел руками.
Еще бы! Стефани всегда ухитрялась улизнуть в нужный момент. Она не любила серьезно разговаривать с матерью.
– Ничего удивительного. – Мелани прошла в кабинет и присела на краешке дивана. На столе стоял полный стакан с фруктовым соком, и она с удовольствием сделала из него глоток, утоляя жажду. – Она привыкла, что я отчитываюсь за нас обеих. С этим бороться бесполезно.
Димитриос счастливо улыбнулся. С тех пор как они снова были вместе, а если выражаться точнее, поженились, с ним произошли заметные изменения к лучшему. Исчезли круги под глазами, он перестал быть хмурым и отрешенным, стал набирать потерянные килограммы.
– Да, она немного избалована, но торжественно обещала мне исправиться.
Мелани хмыкнула. Посмотрим. Хотя… все возможно. Ты на нее хорошо влияешь, – игриво сказала она.
– Не считая внешнего сходства, – произнесла Кристина, постукивая рукой по кожаному подлокотнику кресла, – ты полная ее противоположность. Но знаешь, о чем я сейчас подумала? Александр задерживается, а поскольку ваша мама сейчас очень беспокоится, не слетать ли тебе за это время в Лондон, поговорить с ней, после чего быстренько вернуться?
Мелани задумалась. В ее словах был здравый смысл. Все это мероприятие займет от силы дня три-четыре, так что она вполне успеет вернуться до приезда Александра.
– Да, пожалуй, – неуверенно проговорила она.
Кристина недовольно причмокнула губами.
– Почему ты сомневаешься? Из-за денег? Не беспокойся, мы все оплатим.
– Вы правы, Кристина. Раз Александр задерживается, то я не вижу причин откладывать поездку. Как думаете, мне удастся на завтрашнее утро зарезервировать билет? – спросила она.
На секунду ей показалось, что в глазах Кристины промелькнуло торжество.
– Я помогу, – сказал Димитриос. Он выглядел довольным, но на это Мелани не обратила внимания. У него было много причин для хорошего настроения. В конце концов, он только что женился. – Сейчас же свяжусь с секретарем и вечером билет будет у тебя на столе.
Она кивнула.
– Тогда договорились. И еще… – Мелани замялась. – Если вдруг снова позвонит Александр, то не говори ему, что я улетела, он может все неправильно истолковать. Я постараюсь вернуться пораньше.
Нет, что-то здесь не так, подумала она.
Мелани долго колебалась, собирать ей вещи или нет, но потом все-таки решила, что их нужно забрать с собой. Какой смысл их здесь оставлять?
Как Димитриос и обещал, к вечеру он принес билет на самолет, улетающий утром. Она попрощалась со всеми с вечера, ей нужно было выезжать из дома рано утром. Стефани старательно избегала ее взгляда, ей не сиделось на одном месте, она ерзала, как маленький ребенок, и держалась подальше от сестры.
– Мы с нетерпением будем ждать твоего возвращения, – сказала ей напоследок Кристина. – Долго не задерживайся.
– Постараюсь. – Она была благодарна ей за внимание.
Мелани легла спать рано и встала около пяти утра. Внизу ожидал шофер, который отнес ее багаж в машину.
На этот раз Мелани вез в аэропорт роскошный черный «роллс-ройс». Дорога ей показалась бесконечной, и она даже немного вздремнула.
В аэропорту, сидя в зале ожидания, она не могла отделаться от чувства внутренней тревоги. Ее что-то беспокоило, но она никак не могла понять, что именно. В том, что она покидает Грецию одна, или в том, что об этом ничего не знает Александр? Он не хотел, чтобы она уезжала до его возвращения. Она даже думать боялась, что будет, если он неожиданно приедет раньше. Он решит, что она его предала или – того хуже – сбежала, передумав. Его месть будет ужасной, если он, конечно, захочет ее видеть.
Да о чем я думаю? Все будет нормально, я поговорю с мамой, а потом мы встретимся с Александром и наконец-то разберемся в наших отношениях. Он не вернется раньше меня, что я так переполошилась? Да если даже и так, что в этом страшного? Димитриос или Кристина все ему объяснят.
Объявили о посадке на ее рейс.
В Лондоне было прохладно и сыро. Мелани знобило после удушающей афинской жары. На ней был легкий летний костюм. Теплый свитер сейчас совсем бы не помешал.
Такси удалось поймать не сразу, и она с облегчением вздохнула, когда открыла ключом дверь своей квартиры.
Она не спеша оглядела знакомую обстановку, и ей показалось, что она приехала вовсе и не домой. Ее дом там, за сотни километров, рядом с Александром, в далекой южной стране.
Расслабляться ей было некогда. скинув туфли, она прямиком направилась к телефону и позвонила на вокзал.
Всю ночь она ворочалась и плохо спала. Долгое время не могла уснуть, а потом ей снились кошмарные сны.
Утром, надев белые брюки и бежевый свитер, связанный матерью, она вышла из дома. Всю дорогу до вокзала молодой таксист весело рассказывал об отпуске, который провел в Италии, но Мелани не прислушивалась к его словам.
Они попали в пробку, и она едва не опоздала на поезд. Вагон оказался полупустым, а по мере продвижения на север пустел все больше и больше.
Поезд останавливался только на больших станциях. По вагону постоянно возили тележку со всякой снедью, но Мелани только выпила кофе – она хорошо позавтракала.
Всю дорогу она провела, глядя в окно на сменяющие друг друга пейзажи. Сначала за окном проплыли черные трубы Лондона, потом – нескончаемая череда черепичных крыш, укрывающих крошечные домики, а затем – поля да частоколы, и так до самого сердца Англии.
Как давно она здесь не была. Год, а может, чуть поменьше. Из-за постоянной загруженности работой ей редко удавалось съездить домой.
Со станции до их маленького домика с чудесным садом она добралась быстро.
Тихо приоткрыв дверь, Мелани вошла в дом и почувствовала, как сердце защемило от тоски по домашнему уюту и теплу. Внутри все было по-прежнему. Тот же старенький диванчик, тот же самый ковер на полу, неизменная ваза с живыми цветами, от которых комната наполнялась едва уловимыми сладковатыми ароматами.
Терезу Харт она обнаружила на кухне. Та стояла к ней спиной и что-то помешивала в кастрюле. На столе стояла тарелка с фруктовым пирогом и большая миска с клубникой.
Склонив голову набок, Мелани невольно залюбовалась матерью. На юношески стройной фигуре прекрасно сидели узкие брючки и коротенький свитерок.
– Как все-таки здорово оказаться дома, – сказала Мелани, и Тереза сразу же обернулась.
Увидев дочь, она радостно вскрикнула и обняла ее.
– Я не слышала, как ты вошла. Когда ты приехала? – спросила она и отошла назад, чтобы получше ее рассмотреть. – А ты нисколько не изменилась, разве что здорово похорошела. А это что – загар? Давай раздевайся и садись, я сейчас налью тебе крепкого липового чая, и ты мне все расскажешь. А где Стефани? Она что, так и не появится у меня?
Повесив ветровку на вешалку, Мелани села за стол и мелкими глотками стала пить только что заваренный чай из маленькой фарфоровой кружечки. Тереза приготовилась слушать дочь.
– Я и сама точно не знаю, мама, все произошло слишком быстро, – начала Мелани.
– Я заметила, – сурово сказала Тереза. – Не сказав мне ни слова, не пригласив на свадьбу, моя младшая дочь вышла замуж за иностранца? Как это понимать?
