— Глупый вопрос?
— Ужасно глупый. — Он опять стал покрывать ее тоненькую шею томными приятными поцелуями.
Она почувствовала, что желание вновь просыпается в нем.
— Тебе не надо отдохнуть?
— Некогда.
— Взглянув на Сорчу, Руари вновь заметил в ее глазах налет печали. Боль сожаления пронзила и его. Пришлось признать, что Сорче удалось пробудить в его душе непредусмотренные чувства. Но Руари прекрасно понимал, что завтра, когда выкуп будет уплачен, он без колебаний покинет Дунвер, и гнев вернется вновь. Сейчас же не хотелось думать об этом.
— Милая, ненаглядная Сорча, — проговорил он, слегка теребя губами ее пухлую губку. — Ты очень устанешь к утру.
Когда девушка улыбнулась в ответ, он поцеловал ее с голодной страстью, даже не пытаясь скрыть силу чувства, и постарался не вспоминать, что это в последний раз.
ГЛАВА 10
Не спеша одеваясь, Сорча внимательно разглядывала Руари. Он лежал на спине и сладко спал. Как же ей хотелось заснуть рядом с ним! Глаза слипались от бессонной ночи, все тело ломило от любовных утех. Но девушка знала, что должна исчезнуть раньше, чем мужчина проснется. Нельзя позволить разговорам о плене и выкупе хоть немного омрачить их счастье.
Сорча неслышно выскользнула за дверь. Повернув в сторону большого зала, чтобы позавтракать, она внезапно столкнулась лицом к лицу с Маргарет. От неожиданности Сорча едва не вскрикнула — хорошо, что успела зажать рукой рот. Схватив кузину за плечи, она отвела ее подальше от двери, за которой спал Руари.
— Ты напугала меня до полусмерти, — наконец укоризненно прошептала Сорча.
— Почему ты шепчешь? — сердито поинтересовалась Маргарет, пытаясь освободиться.
— Не хочу разбудить его.
— Почему? Он же сегодня уезжает.
В словах Маргарет звучали обида и гнев. В душе у Сорчи что-то сжалось. Она ведь совсем не обращала внимания на кузину. Не только Руари покинет сегодня Дунвер. Несмотря на все уговоры родственников, нежная дружба Маргарет с Бэтэмом продолжалась. Сорча знала: они надеются, что их любовь победит все и всех, когда-нибудь неожиданно придет удача и поможет им соединиться. Но сейчас у Сорчи не было сил утешать кузину: она сама слишком глубоко страдала от предстоящей разлуки с Руари.
— Да. Мы знали, что этот день настанет. Он должен был прийти.
Хозяйка замка стала спускаться по узким каменным ступенькам.
— Ты же прекрасно знаешь, как мы с Бэтэмом относимся друг к другу. Как ты можешь отослать его? — Маргарет упрямо шла вслед за кузиной. — Разве ты не можешь придумать новый план?
— Новый план? Какой? Отдать Керрам только Руари, а Бэтэма оставить в плену? Подумай хорошенько, девочка. Этим мы вызовем откровенную вражду Керров. А тогда уже не избежать крови.
— Бэтэм не останется пленником. Он будет со мной.
— Его клан этого не поймет. Да и не захочет разбираться. Они потребуют его возвращения, а мы что ответим? «Простите господа, но кузина Маргарет хочет оставить его себе».
— Зачем ты насмехаешься надо мной?
Девушки спустились с лестницы. Сорча остановилась и вздохнула. Ей неприятно было даже обсуждать все это. Необходимо запереть на замок сердце, освободить ум и проводить Руари как можно достойнее. Но невозможно и не обращать внимания на Маргарет: ее настроение может оказаться опасным. Нет никакой уверенности, что пылкая девушка поведет себя так, как того требует жизнь. Придется напомнить ей, чем она рискует.
— Прости меня за резкость. Мне самой сегодня очень трудно вести себя хоть с каким-то подобием спокойствия и достоинства. Думаешь, мне легко расстаться с Руари?
— О нет. Конечно, нет. Может быть…
Сорча подняла руку, чтобы не дать Маргарет продолжать:
— Не надо придумывать никаких вариантов, выходов и возможностей. Ни один из них к добру не приведет. Мы заключили с Керрами сделку. И должны ее выполнить.
— Тогда давай прекратим эту проклятую игру. Я не хочу, чтобы Керры оставались нашими врагами и Бэтэм уезжал.
— Ты готова удержать его даже ценой чьей-то жизни? Например, Дугала?
Маргарет побледнела. Стало ясно, что она наконец-то осознала, насколько важно вернуть пленников. Сорча сжала ее руку в знак поддержки:
— Бэтэм и Руари не смогли бы здесь остаться даже независимо от денег, которые принесет нам выкуп. Если мы не заплатим англичанам за Дугала, как это решено, его убьют. Если же попытаемся оставить Бэтэма здесь, а освободить за выкуп Руари, тем самым восстановим против себя клан Керров. Погибнут люди. И много.
— Нужно было слушаться советов, — прошептала Маргарет, смахивая слезы.
— И мне надо было лучше управлять своими чувствами. Но ведь сердцу не прикажешь. А теперь нам обеим придется пережить это расставание, как переживали подобное многие и многие женщины.
— Надеюсь, мне удастся быть такой же сильной, как ты. Но с Дугалом я больше даже разговаривать никогда не буду. — Маргарет не смогла договорить. Зарыдав, она бросилась прочь.
— Как жаль, они так подходят друг другу, — проговорила, подходя, Нейл. Она внимательно посмотрела вслед племяннице.
— Очень подходят. Но за этой парой нужен глаз да глаз.
Нейл рассмеялась. А потом повернулась к Сорче:
— Ну, а ты как, девочка?
— Не беспокойся. От этой раны я не умру.
— Иногда смерть может показаться желаннее, чем жизнь.
— Я знаю. Да нет, все будет в порядке. Единственное, что меня волнует, — удастся ли прожить свою жизнь с достоинством, не поранив гордость проявлением истинных чувств.
— А ты уверена, что твой мужчина тоже этого хочет? Вдруг ему уже необходимо нечто большее, чем просто страсть?
— Он вполне ясно сказал, чего именно от меня ждет, и больше не заводит об этом разговоров. — Сорча печально улыбнулась и взглянула на Нейл. — Но все-таки хочется верить, что он меня запомнит. Да уж! Сэр Руари Керр не скоро забудет Дунвер.
Руари посмотрел в узкое окно. Все, что он видел, не рискуя вывалиться из него, — это небольшое пространство за воротами. Уже миновал полдень, и рыцарю не терпелось увидеть своих. Он проснулся в пустой кровати, и настроение стало таким мрачным, какого и не мог припомнить. Единственное, о чем он сейчас мечтал, — это поскорее покинуть Дунвер и навсегда забыть и эту крепость, и ее маленькую хозяйку.
Скрип двери отвлек рыцаря от печальных мыслей. Проклиная себя самого, он вдруг осознал, что надеется еще хотя бы одно мгновение побыть наедине с Сорчей. Но это оказался Бэтэм. Он осторожно вошел в комнату, и Руари опять не смог сдержать проклятья — так остра оказалась боль разочарования.
— Мне велели ждать здесь, с тобой, — голос Бэтэма звучал тихо, чуть хрипловато от волнения. Юноша осторожно взглянул в лицо кузена. — Гонец сообщил, что наши люди лишь в часе езды отсюда, а может быть, и еще ближе.
