Неизвестная сторона плана Маршалла — это его экономические последствия. Речь идет о диктуемой им необходимости торгового либерализма и роста производительности в США, «чтобы гарантировать американизацию Европы, так как политическая и экономическая европейская элита оказалась связана с американскими коллегами, что делало невозможным никакое значительное экономическое или политическое развитие без участия США», — объясняет политический британский журналист Ричард Гривс в очерке «Кто в действительности правит миром?».
Foreign Assistance Act от 1948 года уполномочил Агентство по экономическому сотрудничеству осуществлять Программу восстановления Европы. В период с 1948 по 1951 год, во время которого осуществлялся план, Конгресс направил 13,3 миллиарда долларов в помощь 16 странам Западной Европы.
Политический обозреватель Майк Петерс в статье для журнала «Lobster 32» под названием «Бильдербергская группа и проект объединения Европы» пишет: «Этот беспрецедентный жест международной щедрости (расцененный Черчиллем как “самый благородный жест в истории”) был напрямую выгоден для ориентированных на внешнеэкономическую деятельность американских предприятий, которые этот план и продвигали.
К примеру, Уильям Клейтон (СМО), заместитель государственного секретаря США по вопросам экономики, чье турне по Европе и письма, отправленные в Вашингтон, сыграли ключевую роль в подготовке плана, и который защищал его в Конгрессе, получил личную выгоду в 700 тысяч долларов в год; а его компания “Anderson, Clayton & Со.” до лета 1949 года получила 10 миллионов в займах. “General Motors” таким же образом получила 5,5 миллиона долларов в займах в период с июля 1950 года по 1951 год (14,7 процента в общем), a “Ford Motor Company” — 1 миллион (4,2 процента всей суммы)».
Кай Берд, издатель и автор колонки признанного журнала «Natidn», описывает в книге «Цвет правды: Мавджордж Банди и Уильям Банди: братья по оружию» («The Color of Truth: McGeorge Bundy and William Bundy: Brothers in arms») скрытые стороны плана: [в 1949] «Макджордж Банди, бывший президент Фонда Форда, в Нью- Йорке совместно с СМО начал проект с целью изучения плана Маршалла […] Аналитическая группа включала некоторых представителей власти в сфере международной политики истеблишмента. Вместе с Банди над проектом работали Аллен Даллес, Дэвид Лилиенталь, Дуайт Эйзенхауэр, Уильям Клейтон, Джордж Кеннан, Ричард М. Биссел и Франклин Линдсей […], которые через некоторое время стали высокопоставленными чиновниками нового Центрального разведывательного управления […] их встречи считались такими деликатными, что обычная пометка “off the record” (“не для записи”) не распространялась на членов Совета. Для подобной секретности была веская причина. Они были, пожалуй, единственными частными лицами, которые знали о тайной составляющей плана Маршалла. В частности, ЦРУ [контролируемое СМО] присваивало себе часть из 200 миллионов долларов в год из фондов в валюте стран, которым оказывалась помощь в соответствии с планом Маршалла! Эти незаконные денежные средства были использованы ЦРУ для финансирования предвыборной антикоммунистической деятельности во Франции и Италии и на поддержку дружественных журналистов, профсоюзных лидеров и политиков».
Как появился план МаршаллаИстоки плана Маршалла следует искать в центрах политического образования, созданных СМО в 1939 году, накануне Второй мировой войны. Как пишут американские ученые Митно Каку и Дэниэл Аксельрод в книге «Одержать победу в ядерной войне: секретные военные планы Пентагона» («То win the Nuclear War. The Pentagon’s Secret War Plans»): «Протоколы тайных собраний Госдепартамента и СМО, которые начались в 1939 году, четко определяют роль США как вторгающейся силы, пришедшей на смену Великобритании».
Майк Петерс в книге «Бильдербергская группа и проект объединения Европы» («The Bilderberg Group and the project of European Unification»), одной из немногих, где в названии упомянута эта одиозная организация, пишет: «План, который Маршалл представил в своем выступлении в Гарварде, был разработан аналитической группой СМО в 1946 году под руководством адвоката Чарльза Спаффорда и Дэвида Рокфеллера, и был даже разработан проект под названием “Программа восстановления Западной Европы”».
Как объясняет Г. Уильям Домхофф в книге «Сильные мира сего» («The Powers that Ве»), опубликованной в 1978 году издательством «Vintage Books», через Комитет по реализации плана Маршалла, образованный в 1947 году, было предпринято еще одно усилие, «чтобы противостоять стремящимся к изоляции правым американцам». Во главе комитета находился Генри Л. Стимсон, бывший государственный секретарь и министр обороны, член СМО с 1920-х годов. Пять из семи его членов также были связаны с Советом.
Движение к единой Европе было частью более широкого плана по созданию мирового правительства. Кэррол Куигли, преподаватель истории Школы дипломатической службы Университета Джорджтауна, в книге «Трагедия и надежда» («Tragedy and Норе»), в которой объясняется эволюция истеблишмента (речь идет о будущем новом мировом порядке в XX веке), утверждал, что «интеграция Западной Европы началась в 1948 году, мотивируемая, в частности, планом Маршалла […] США предложили помощь в виде плана Маршалла при условии, что восстановление Европы будет проходить по схеме сотрудничества.
Это привело к Конвенции по европейскому экономическому сотрудничеству подписанной в апреле 1948 года и конгрессу в Гааге по вопросу создания Европейского союза, который состоялся в мае того же года».
На конгрессе в Гааге шла речь о создании Европейского союза, и на нем было принято семь резолюций по различным аспектам этого политического объединения. Седьмая резолюция гласила: «Создание Европейского союза должно восприниматься как основной шаг к созданию единого мира», как пишет Дэнис Бехриндт в номере от 6 сентября 2004 года журнала «The New American» в статье под названием «Шаг за шагом уничтожая нашу нацию».
Бехриндт объясняет, что «план Маршалла кроме того, что помогал поднять Европу, привел в 1950 году к плану Шумана. Министр иностранных дел Франции Роберт Шуман предложил, чтобы все производство угля и стали во Франции и Германии находилось под властью наднационального корпуса, что, в свою очередь, привело к созданию Европейского сообщества угля и стали (ЕСУС), а после к “Евроатому” и “Общему рынку”».
Преподаватель Куигли утверждал, что «речь шла о действительно революционной организации, которая обладала суверенной властью, правом изыскивать и не государственные средства, контролировать цены, направлять инвестиции, назначать поставки угля и стали в период нехватки и задерживать продукцию во времена избытка». В итоге, Европейское сообщество угля и стали являлось обычным правительством. Созданное в 1951 году сообщество объединило ресурсы этих материалов шести стран (Франции, Западной Германии, Италии, Бельгии, Люксембурга и Нидерландов) при единой власти, отменив все ограничения на импорт и экспорт, создав единый рабочий рынок, приняв совместную экономическую политику и уравняв уровень жизни стран-членов, что могло бы помочь предотвратить новую войну.
Генералом Маршаллом и людьми СМО был скрыт тот факт, что ЕСУС было первым конкретным шагом к политическому единению, первым камнем в строительстве империи, империи Единого мирового правительства. Подписание Римского соглашения, которое способствовало созданию Европейского экономического сообщества в 1957 году, стало следующим шагом на пути к будущему мировому правительству. Римское соглашение начало действовать 1 января 1958 года.
В статье Дэниса Бехриндта от 6 сентября 2004 года для журнала «The New American» вновь можно прочитать: «Межправительственные региональные организации и мировые регулирующие корпуса — это результат долгосрочного планирования и усердной работы группы интернационалистов…» Это совпадает с мыслями Эмброуза Эванса-Причарда в сентябрьской статье 2000 года для «Telegraph of London»: «…Аллен Даллес (ЦРУ, служба Рокфеллера) и генерал Уолтер Беделл-Смит (ЦРУ), оба влиятельные члены СМО, возглавляли кампанию в период 1950–1960-х годов с целью создания благоприятной для будущего Европейского союза почвы. В действительности они создали и возглавили федеральное европейское движение». Рискнем сказать, что современное европейское правительство было создано СМО через Американский комитет за единую Европу, возглавляемый Вильямом Донованом, бывшим главой Управления стратегических служб, предшественника ЦРУ.
Почему роль СМО в истории открыто умалчивается и постепенно вытесняется ложной версией событий? Почему нет университетов, центров американского либерализма, которые бы предоставляли кредиты для изучения этой наиболее влиятельной частной организации, так тесно сотрудничающей с правительством в разработке внешней политики на благо своих частных интересов? Разве возможно, что журналисты, специализирующиеся на расследованиях, обладатели Пулитцеровской премии, преподаватели университетов, историки, писатели, государственные деятели, политики и исследователи не замечают то, что происходит?
