почему. В памяти я не нашёл чего-то аномального происходящего по ночам в этом мире. О монстрах не слышно, по крайней мере Касперу, или он ими просто не интересовался.
Какое-то время всё же заняла поездка, и чтобы не скучать, думал, зачем в этом мире магия. Ведь она всегда для чего-то нужна. Пока вывод был один. Она нужна для межфракционной войны. И всё развитие в этом мире это для этих нужд. Но Граница Сумерек как экватор, опоясывает этот мир. И Тёмная Империя занимает половину мира. Больше или меньше, это уже детали.
Но эту философию то и дело прерывали панические мысли о том, как теперь запускать Систему... Может я уже под колпаком, только у меня перед глазами развернётся интерфейс, богиня меня тут же покарает?
Да не, бред же! Она же меня проверила, и я оказался чист. Компьютер, из которого вынули флэшку с программой. Вставил, поработал, изъял обратно, следов не оставил. Такой подход мне больше нравится. А не то, что мне пришлось пережить в прошлом перерождении. Хотя плюсов там было больше.
Меня высадили на тротуар недалеко от моего съёмного домика. Улица оказалась пустынной, фонари вполне неплохо разгоняли обступившую со всех сторон тьму. Никуда не спешил, дождавшись пока фургончик скроется за поворотом, я мысленно обратился к советнику Системы Баланса, ожидая подвоха буквально с любой стороны!
«Парвест! Запускай!» — мысленно крикнул я. И будь что будет!
Глава 10
Дворец Костей.
Иргизис и Тремош.
Верховная богиня, глава Тёмного пантеона Орделона появилась в тронном зале Дворца Костей. Это был божественный план Тремоша, созидателя магии на костях.
И владелец всего окружающего пространства сейчас сидел на троне, развалил свои кости. На то что перед ним появилась глава пантеона, он хоть и обратил внимания, не придал этому значения. Даже не выказав должного уважения.
— А, Ирги, проходи, располагайся. — прогудел этот костяной голем, даже не изменив позы.
— Тремош, мы хоть и равны по силам, но правила приличия хоть раз задержались в твоей черепной коробке? — фыркнула она, подойдя к нему ближе.
— В какой из?.. — гулко рассмеялся он, и эхо продолжило гулять под сводами. — Это не я к тебе пришёл, а ты. Причём без предупреждения... — лениво отозвался он, но всё принял подобающий вид. — Что-то случилось? А то у меня там — указал он вниз, — скульпторы пытаются нарушить некоторые законы мироздания при сборке новых големов. Очень знаешь ли занимательное зрелище!
— Я к тебе по делу, Костяшка. — сложив руки на груди, произнесла она. — Ты вообще наблюдаешь за своими? Ищешь среди них героев?
— А чем я, по-твоему, чем только что занимался? — возмутился он. — Я только что же говорил... а! — отмахнулся Тремош. — Ты кого-то из моих приметила?
— Да... — поднялась она к его трону. — Один из твоих. Из тех что впали в немилость твою.
— Даже так? — в голосе бога костей прозвучало неподдельное удивление. — Ну-ка...
По правую руку от него, на расстоянии нескольких метров находились чаши на высокой тонкой ножке. Костяной ножке, в полном анатомическом соответствии обычной ноге. В десятке этих чаш воспылало синее пламя, а затем появились духи людей.
— Кто-то из вас поделился со своим потомком моим Даром. — строго произнёс костяной. — Хотя ваши потомки ещё не искупили вину за ваш род! Кто это сделал? Скажите сами, пока я не проверил...
— Тремош, вот вечно ты не дослушаешь! — помотала головой верховная. — А потом удивляешься. Модар, это он пробудил отголосок Силы.
Все факелы с душами погасли, остался лишь один.
— Твоё последнее слово? — обратился к нему Тремош.
— Великий! — призрак Модара поклонился ему. — Я дал лишь каплю твоих сил, лишь слабый отголосок. Как вам известно мой потомок проклят Светом. И если бы Каспер не поступил в академию, Дамиан принёс бы его в жертву тебе, о, Великий! В надежде, что ты наградишь род ещё одним потомком. А если нет, то род Модар будет прерван, а вместе с ним утерян и божественный дар.
Божество в виде костяного голема задумалось. Тремош что-то подсчитал, загибая пальцы, что-то прикидывал.
— Хорошо Модар, можешь передать мой Дар потомку. — ответил он. — Твой род уже в достаточной мере искупил свою вину.
— Великий... — поклонился «в пол» призрак Модар, и исчез.
— Твоя благосклонность не знает границ, Костяшка! — с деланным восхищением произнесла Иргизис, и запрыгнула к нему на коленки. И тот сразу же её обхватил.
— Ну, Алвеис Модар продолжит страдать. — мягко произнёс Тремош. — Его душе ещё четыре поколения свою вину искупать. — хохотнул он, прижимая главу пантеона к себе.
— Ты проверил это род? — спросила она. — Это Каспер всем рассказывает, что его именно твой Дар спас.
— Десять лет назад? — уточнил он. — Сама знаешь, какие у меня механики на этот счёт. Но что восхваляет меня, это несомненно плюс. Но Модар еще ни разу даром не пользовались с того момента как он заснул.
— Как ты тогда объяснишь то, что проклятый светом не только выжил после огромного урона Светом, но и создал сразу скелета пятого ранга.
— Героем вырастит этот Модар! — хмыкнул Тремош. — А как он выжил, мне до сих пор непонятно...
— Мой бывший до сих пор не признаётся кто из пантеона использовал запрещённое божественное заклинание. — произнесла Иргизис. — Мы с ним почти договорились по некоторым вопросом. Но после этого снова поругались. Он даже парочку Сумеречных поймал, и казнил.
— А как там Предвестник? — сменив тему, спросил Тремош. — Всё ещё крутится рядом?
— Он уже здесь, на наших землях. — ответила она. — Он не прячется, не скрывается. Ходит как к себе домой. Изучает наш мир... мы для них оригинальный материал, что вдруг попался, который интересно изучать. И пока ему интересно...
—
