class="p1">Который старше меня на шесть лет.
Но возраст — это всего лишь цифра. Я знала, что он мне нравится, с самого детства. Сначала я думала, что это потому, что он такой крутой, красивый и похож на всех сказочных принцев, о которых я читала.
Повзрослев, я начала сравнивать с ним всех мальчиков, актеров и музыкантов.
Все они, кстати, не смогли сравниться с моим Илаем.
Это не безнадежная влюбленность, как говорили Лэн и Реми, и не нездоровая одержимость, как любит напоминать мне Сеси.
Это судьба.
Иначе Вселенная не поставила бы его на моем пути.
Отведя плечи назад, я иду к нему и Кайли, которую я бы, возможно, уволила из маминого НПО8, если бы не знала, что она хорошо справляется со своей работой.
Я не свожу с него глаз, и чем ближе подхожу, тем ослепительнее он становится. Мне трудно дышать из-за того, как он прекрасен. Высокий, смуглый, мужественный, пахнущий таинственными облачными ночами.
Он очень хорошо сложен — мускулистый, но не громоздкий. Принц насквозь.
— Привет, извини, что прерываю, — объявляю я своим обычным бодрым тоном и касаюсь бицепса Илая, стараясь не задеть напряженные мышцы. — Тебя ищет тетя Эльза.
Незаметно, но он выскальзывает из-под моей руки, делает шаг назад и улыбается Кайли.
— Было приятно поговорить с тобой.
— Надеюсь, мы сможем сделать это снова в ближайшее время?
— Надеюсь.
Она улыбается мне, вероятно, не видя во мне угрозы, и я отвечаю ей пластиковой улыбкой.
Однако у меня нет возможности сосредоточиться на ней, потому что Илай уже уходит.
Я бегу трусцой, стараясь не споткнуться на своих шпильках, и догоняю его длинные шаги.
— Она не у бассейна, — говорю я, зная, что она с моей мамой и мамами других моих подруг, которые, вероятно, делятся историями о своих мужьях.
Его взгляд, серый и загадочный, переходит на меня, и мне требуется нечеловеческое усилие, чтобы не съежиться.
Почему ему удается без особых усилий вывести меня из равновесия? Я очень надеюсь, что наступит день, когда я не буду так страдать от его внимания. Это одновременно пугающе захватывает и утомляет.
Он приподнимает бровь.
— И где же она?
— Следуй за мной.
Он ничего не говорит, но идет в нескольких шагах позади меня, пока я веду его к заднему саду. Некоторые люди выходят сюда покурить и поболтать. Многие из них — мои друзья из средней школы.
— Она там, — говорю я своим счастливым тоном, махая рукой некоторым одноклассникам.
— С Днем Рождения, розовая принцесса! — говорит Вэнс и посылает мне воздушный поцелуй.
Я делаю вид, что ловлю его, и кладу в карман.
— Спасибо, Ви!
Я бросаю взгляд на Илая, но он, кажется, даже не слышал этой беседы.
В груди занозой засело разочарование, но я игнорирую чувство отверженности. Я все еще не поразила его своим секретным оружием.
Хаос затихает позади нас, и мы продолжаем идти, пока не доходим до небольшой оранжереи, которую мама помогла мне украсить розовыми цветами и розами.
Я проводила поздние ночи в мечтах о том, как приведу его в свое тайное место, и дни, когда у Сесили шла кровь из ушей от моих планов на наше будущее.
Нашего с Илаем, я имею в виду.
Трое детей, две собаки и три кошки.
Он подходит к нам, словно предвидя это место, останавливается у клумбы с цветами и смотрит на меня, засунув руки в карманы.
Я вижу свое отражение в его черных глазах и чувствую, как под кожей проносится тепло.
Когда он заговорил, его грубый голос заставил меня покрыться мурашками.
— С какой целью ты это делаешь?
— Ты знал, что тети Эльзы здесь нет.
— Отчасти потому, что по дороге сюда я видел, как она пила с тетей Ким.
Я вздрагиваю, но скрываю это за улыбкой.
— Разве ты не собираешься поздравить меня с Днем Рождения?
— С Днем Рождения. Мама принесла тебе подарок, который, по ее мнению, понравится детям твоего возраста.
— Я не ребенок. Мне семнадцать.
— Что доказывает, что ты ошибаешься.
— Возраст согласия — шестнадцать лет.
— Спасибо за информацию. Если это то, зачем ты меня сюда привела… — он начинает обходить меня стороной, но я встаю перед ним и раскрываю руки.
— Мне есть что сказать.
— Не хочу слушать, — его холодный, бесстрастный тон словно кусок стекла впивается мне в кожу.
Но я зашла слишком далеко. Теперь отступать нельзя.
— Просто дай мне десять минут.
— Нет.
— Пять минут. Только пять.
Он впервые смотрит на меня, действительно смотрит, а не просто глазеет сквозь или воспринимает меня как невидимку. Его взгляд проделывает дыру в моей раскаленной коже, и мое дыхание сбивается, а легкие горят.
— Ответ — нет, Ава. Избавь себя от лишних хлопот и возвращайся праздновать с детьми своего возраста.
Я не ребенок.
Прекрати говорить, что я ребенок.
Просто прекрати.
Я бросаюсь на него, готовая доказать, насколько я уже взрослая. Его твердая грудь прилипает к моей, когда я хватаю его за волосы, провожу пальцами по ним, как всегда мечтала, и прижимаюсь губами к его губам.
Мой первый поцелуй, о котором я всегда мечтала, будет с ним.
Мое первое все — это он. Только он.
Его губы имеют вкус крепкой мяты и нотки алкоголя. Он на вкус как моя вечность, человек, который заставит меня забыть о том, что я душевно больна.
Огненный взрыв начинается там, где мы соединяемся, и распространяется по всему моему телу, опускаясь к животу, сотрясая пальцы, губы — все мое существо.
Я не могу дышать, и на какую-то долю секунды даже не хочу.
Сначала его губы не двигаются, а я продолжаю прижиматься к его рту, облизывая и поглаживая. Я понятия не имею, что, черт возьми, я делаю, но я позволяю инстинкту руководить мной.
Несмотря на просмотр видео и тренировки на неодушевленных предметах, ничто не могло подготовить меня к чистому напряжению, которым является этот момент.
Его губы наконец шевелятся, и я могу спокойно умереть здесь и сейчас.
Ласка его нижней губы — жесткая, неумолимая, заставляющая меня задыхаться, но затем все внезапно меняется.
Боль вспыхивает на моей коже, когда он впивается зубами в мою нижнюю губу и сильно кусает. На языке появляется металлический привкус, когда его рука скользит по моему затылку, грубо сжимает волосы и тянет меня назад.
Я ахаю, когда кровь заливает мой язык, губа болит, а кожа головы горит. Но давление длится всего секунду, прежде чем он отпускает меня и вытирает кровь со своих губ, как готический вампир.
