и если Роланд, всё-таки, нас нагрел… Да просто безответственно трепался, например: вряд ли, но и такое бывает. В общем — в худшем случае мы не останемся без штанов, сможем припарковаться к Атомиуму и будем иметь время для поиска работы.
И Энерида направилась к звезде Сигма. Вообще с названиями выходило довольно забавно: видимые с Земли звёзды своё название сохранили, а вот новые названия… Чёрт знает, вроде и были, судя по двучтениям в данных информаториума. Только в звёздных атласах эти названия не печатали, обозначая звёзды буквами мёртвых алфавитов с добавлением созвездия (и региона созвездия). Я вот как-то раньше думал, что созвездие — не просто видимые звёзды, а расстояния между ними огромные, так что созвездиями определять регионы — глупо. Да и ребята из отряда — примерно так же считали, из тех кто задумывался, само собой. А оказалось — так, да не так. Видимые звёзды «видимы» недалеко друг от друга, ну и относительно друг друга более или менее стационарны. То есть, созвездие — пусть и не самые близкие друг к другу, но в большинстве своём самые яркие звёзды, находящиеся в некоторой связанной группе хотя бы в одной из перспектив… В общем: регионы делили по созвездиям или, иногда, по звёздным скоплениям. И не из традиций, хотя и они играли роль, но и из-за фактического взаиморасположения звёзд.
А нашей целью была звезда Сигма Лебедя, голубой гигант, на довольно внушительном расстоянии от которого была вполне обитаемая планета Сигма-Шестая, шестая планета от звезды. Рональд передал пакет данных, вплоть до имени и названия организации, куда нам продавать товар, но… Я подумал и решил: выйдем и поступим по рекомендации для торговых операций. В смысле, трансляция на планету данных о корабле, месте приписки ( в данном случае — Атомиум), ну и товары, которые мы желаем продать. Может, Виссасуалий (ядовое имечко!), которого порекомендовал Рональд, и купит наш груз. Но может, кто-то предложит больше. А деньги нам нужны критически, кроме того, мы — не наёмники владельца Аукциона, чтобы его рекомендации и советы принимать за приказы.
За время перелёта разбирались с обвесом и оружием, не только в искреле. Впрочем, последнее — скорее дань нашей недоверчивости (коллективной, скорее всего). А по факту, как выглядело, так и было: техника, оружие и прочие моменты были гораздо «реалистичнее» вирта, именно реальные, хоть и искусственные. И никаких «общих моментов», с отшибанием памяти, чтобы боец не замечал нескладушек — не было — потому что не было самих «нескладушек». И особых принципиальных отличий от привычного… да не было. Броня имела управляемые от нейроимплантов усилители — это да. То есть делала то, что НСП творил с моей экзобронёй в обычном, штатном режиме. Обладала более чувствительными сенсорами в большем количестве диапазонов, была прочнее, имела генератор «отклоняющего поля» и «гравикомпенсатор» на каких-то запредельных физических принципах… И всё. То есть лучше, конечно, самой лучшей экзоброни, но отличия «количественные» в смысле показателей, а не принципиальные, в смысле использования.
А так — весь отряд с тау-метателями, даже Самсон — правда, последний получил безоговорочно стационарную, спаренную модель, которую шары-техроботы Энериды смонтировали на тяжёлый костюм техника, для тяжёлых планет и условий повышенной опасности. И наш плазмомётчик остался в роли тяжёлого, неповоротливого, но убойного бойца).
А вообще, вышла довольно занятная картина, у нас даже с отрядом разговор небезынтересный вышел:
— Не понимаю, — ворчал Андрей, просматривая данные о вооружении от Мозга и из информаториума. — И вот на кой боевые костюмы⁈
— Чтобы повысить выживаемость и боевую эффективность, — невинно похлопала ресничками Колючка.
— Я неплохо знаю историю, — проигнорировал колючесть пилюлькин. — И эти тяжёлые, с кучей наворотов доспехи — практически антропоморфные машины, в ряде случаев! — неэффективны!
— Не так, Андрей, — покачал я головой, потому что сам задумался об этом моменте.
Ну, потому что, например, то же вооружение в Идигене — это челноки с навесным оружием, тактические ракеты и экстерминаторы. Никакой особой техники, колёсной или шагающей, нет. Даже опорная база — не столько оружие, сколько именно опорная база, только в этом качестве и используемая. И техники нет из-за специфических условий, ну и относительной малочисленности населения города. Просто «не тянет» в смысле производства-экономики Идиген самоходные пушки и мобильные ракетные платформы. Ну а стационарные или для экстерминаторов, или нахрен не нужны.
Но оказалось, что для «космической пехоты», бойцов с базированием вне планет, работали абсолютно те же «правила». И — экономика. На место какого-нибудь танка на магнитной подушке, что приводилось как бессмысленный курьёз, в корабль берётся пяток бойцов в этих «почти антропоморфных машинах». Каждый из которых этот «танк» не только разделает в бою, но и гораздо более тактически гибок.
— А экономика, отряд, тут вот в чём: есть «человекоместо», которое тоже довольно велико. Пища, энергия — понятно, в общем. Так вот: тащить на корабле смертника, выстрелившего пару раз и сдохшего — невыгодно. Вот и получается, что всё упирается в максимальную индивидуальную эффективность ради снижения вероятности потерь. И выходит выгодно — иначе бы текущей ситуации просто не было, — развёл руками я. — Максимум техники — скоростные платформы со средним оружием, как у этих Шушпунчиков, — поморщился я, но как пример более чем подходило. — И трансорбитальники, само собой, — уточнил я, потому что Ирка с ехидной физиономией совершала этакие «бяк-бяки» ладонями.
— Вроде и причины разные, а всё как у нас в итоге, — хмыкнул Майкл, и в общем, был прав.
— А боевые роботы? — уточнил Андрюха.
— Не знаю, Мозг не знает. Данных с Атомиума — тоже нет. Купим базы, будем разбираться, — пожал плечами я под понимающие кивки.
Ещё порадовала Мила. Первое — что разобралась в начинке трансорбитальника и уверенно работала с его сенсорами в искреле. И второе — что освоила системы контроля боя до уровня «пользователя». Что было очень и очень немало — в отличие от бойцов, у оператора-аналитика были принципиальные отличия в инструментах. Причём, место Милы, как основное, вообще выходило именно в челноке. Потому что личное присутствие в бою от неё не требовалось, по крайней мере, на Сигме, где мы от челнока не отойдём ни в каком из вариантов — точно.
А через шестнадцать дней после старта Энерида вышла на границе системы Сигмы Лебедя. И я, и сгрудившийся в дверях рубки отряд, начали с интересом разглядывать первичные
