Читаем без скачивания Акулья хватка - Джеймс Мэйо

Худ окинул взглядом остальную троицу. Те были наготове. Из-за стола поднялась массивная фигура Лобэра. Он небрежно направился к Эндрюсу и державшим его людям. Ему некуда было спешить, шел он неторопливо. При приближении Лобэра его люди попятились. Отступив, они смешались с толпой, словно выполнили порученное им дело, и все прочее их больше не касалось.

Эндрюс увидел Лобэра и нервно оглянулся по сторонам, не в силах пошевелиться. Лобэр подошел к нему вплотную и начал что-то говорить. Затем внезапно лицо его исказилось яростью. Такую резкую перемену Худ уже наблюдал на вилле "Оливье". Лицо и шея побагровели от прилива крови, ярко заалел рубец на шее. Лобэра била мелкая дрожь. Картина выглядела зловеще. Казалось, Эндрюс весь усох и сморщился под взглядом Лобэра, краска сошла с его лица и оно стало мертвенно-бледным. Он не поднимал глаз. Через секунду Лобэр оправился и пришел в себя.

Эндрюс незаметно отодвинулся. Лобэр невозмутимо обвел глазами присутствующих. Все были увлечены своими делами и заражены вирусом азарта. Никто не обращал на них ни малейшего внимания. Лобэр вернулся к столу и сел на место.

Почему он взбеленился? Худ ломал голову, не в силах найти причину. Покосился на Сью Трентон. Та держала бокал у рта, но не смаковала шампанское. Он видел, что начни он обсуждать с ней увиденное, Сью сделает вид, что ничего не заметила.

- Так, - сказала она, - настало время отыграться. Спасибо за шампанское.

- Надеюсь, вы сорвете банк, - заметил Худ.

Он видел, как она пересекла зал и села за стол "баккара" около Лобэра. Худ очень хотел проследить за Эндрюсом. Тот мог ещё быть неподалеку. Он кинулся к дверям. Краем глаза Худ заметил, что сидящий отдельно мужчина встал и пошел следом. Остановившись у стола, за которым играли в покер, он стал незаметно продвигаться вперед, огибая стол и прячась за спинами игроков. Но шедший за ним не отставал. Худ вернулся назад и тихонько шепнул ему:

- Почему бы тебе не прикупить немного фишек и не отыграться, Мак?

Мужчина смерил его взглядом, не проронил ни слова и отправился на свое место за игровым столом.

Худ шел к дверям. Дальний стол, за которым играли в рулетку, окружала толпа игроков и зевак. Когда он подошел поближе, двое из тех, под чьим неусыпным взглядом пребывал Худ, выступили из толпы, преграждая ему дорогу. Это были крепкие ребята, у одного заячья губа, обнажала зубы и десны. Мерзкий тип, с таким не поспоришь.

Оба молчали. Сбоку к Худу подступил третий.

На пути стояла группа игроков. Худ не мог пробраться между ними. Внезапно от этой группы, окружающей игровой стол, отделился ещё один, четвертый, которого Худ раньше не заметил. Он отличался от остальных: худой, лысый, с тонкой щелью губ и в очках. Все они потихоньку стягивались к нему, обступая его со всех сторон. В какой-то момент человек с заячьей губой наступил на ногу Худу, и тут же очкастый подозрительно сунул руку за борт пиджака. Худ мимолетно увидел, как у него что-то блеснуло за отворотом. Это был шприц иньекций. Худ стремительно соображал. Толпа была великолепным прикрытием для подобного рода экспериментов, проводимых скрытно и молниеносно, особенно, когда все вокруг были всецело поглощены игрой. Худ знал об одном таком убийстве, знаменитом в среде контрразведчиков, хотя и выдаваемом за случай естественной смерти. Его произвели с помощью маленького шприца в баре лондонского театра во время антракта, при большом скоплении народа.

Возникнет неразбериха, замешательство, на которое никто не обратит ни малейшего внимания, только через некоторое время послышится возглас удивления, когда кто-нибудь заметит его лежащим на полу. Чьи-то заботливые руки поднимут его, посадят не стул, принесут стакан воды и так далее. Не пройдет и минуты, как они поймут, что он мертв. Затем кто-нибудь грустно промолвит "- Вот черт! Не иначе выиграл крупную сумму и от счастья сыграл в ящик."

И в толпе понесется торопливый шепот:

- Надо пересесть, Рауль. Говорят, чтобы тебе повезло, нужно сменить место, когда увидишь мертвеца.

Только через несколько часов, а возможно, и дней, пронесется слух, что смерть наступила не от инфаркта, если, конечно, этому вообще придадут значение.

- Господа, ставки сделаны. Тишина.

Худ отступил и прислушался к движениям на игровом столе. Он почувствовал, как кто-то взял его за руку. Он слышал легкое жужжание вертящегося костяного шарика, подброшенного крупье, и дребезжание вращающегося колеса рулетки. Затем пощелкивающие звуки, когда шарик скачет по ячейкам. Худ вырвал руку и освободился, но его окружала плотная стена громил.

Очкастый достал шприц.

- Тридцать, красный, четный, - провозгласил крупье.

- Мой номер! - выкрикнул Худ. - Пропустите, мне нужно забрать выигрыш - С этими словами, мощно орудуя локтями, он вырвался из кольца и начал пробираться вперед. Протискиваясь среди игроков, он добрался до стола, и начал собирать фишки и жетоны. Он ещё не успел выпрямиться, как послышались громкие крики негодования и возмущения.

- Эй, мсье...!

- Это моя фишка!

- Да как вы смеете! Это моя.

- Мсье крупье!

- В чем дело? Что происходит?

- Это мои фишки!

- Ваши, мадам? Я положил их сам. - Худ вел себя возмутительно. В мгновение ока его окружили игроки.

- Отдайте!

- Как вы смеете, мадам?

- Она моя жена!

Разразился настоящий скандал.

Худ стоял, отбиваюсь одновременно от крупье, помощника крупье, пяти игроков и распорядителя, наблюдающего за игрой.

- Вы лжец, мсье!

- Что! Боже праведный...

- Это неслыханно.

- А вы, мсье, вы меня оскорбили. Я требую проводить меня к директору! Я требую...

Они яростно спорили, пререкались и перебивали друг друга. Худ старался изо всех сил, провоцируя их и играя на тонких струнах.

- Самое главное, я вам доложу, мсье распорядитель, что эти люди сообщники. Вот эти двое или трое. Я за ними наблюдал. Они профессиональные шулеры.

Игроки, на которых указывал Худ, вытаращили глаза и посинели от праведного гнева. Единственный путь, который, по мнению Худа, мог разрешить спор и показать всем, кто есть кто - это встреча с директором. Худ на этом настаивал. Послали курьера. Началась беготня вверх и вниз. Бледный от бешенства распорядитель бросил:

- Следуйте за мной!

- Непременно! - ответил доблестный Худ.

Он возглавлял процессию, не отступая ни на шаг от распорядителя. Удрученные игроки, крупье и дюжина зевак шествовали сзади. Они прошли через весь зал, провожаемые удивленным взглядами присутствующих. На другом конце зала находилась дверь с табличкой "Посторонним вход воспрещен". Распорядитель повернулся лицом к маленькому отряду борцов за справедливость и поднял руку.

- Прошу вас, по очереди. Не все сразу. Это невозможно!

Раздался ропот и протестующие возгласы.

- Нет, нет! Я не могу просить мсье Казимира, такого занятого человека и высокопоставленного руководителя... Сначала со мной пройдет этот мсье, он коснулся рукой Худа и, приоткрыв дверь, кивком пригласил пройти его и крупье. Когда Худ входил в дверь, один из людей Лобэра, проталкиваясь среди стоящих, вырвался вперед.

- Я партнер этого мсье, - сказал он, и, не дожидаясь реакции инспектора, который не успел его удержать, ворвался внутрь. Это был очкастый. Инспектор пропустил крупье, хлопнул дверью перед носом остальных и запер её на ключ.

Они оказались в коридоре, который вывел в мраморный холл. Вверх вилась винтовая лестница. Распорядитель шел впереди. Очкастый немедленно ухитрился пристроиться к Худу. Шествие замыкал крупье. Когда они подошли к лестнице, очкастый начал теснить Худа сзади. Худ метнулся вперед, пытаясь придерживаться середины ступеней.

Распорядитель яростно мчался вперед - Худ пытался не отставать от него ни на шаг. Он мог бы справиться с пистолетом, приставленным к спине. Но при мысли о том, что в любой момент его может уколоть смертоносная игла, он панически содрогался.

Когда они приближались к верхней площадке, он услышал, что человек Лобэра прибавил шагу. Он почти нагнал Худа. Существовал только один шанс рвануться в рукопашную, моля Бога, чтобы не оступиться. Худ прыгнул вперед и стремительно развернулся. Его локоть, зайдя сбоку, с размаху врезал по руке очкастого. Тот отлетел назад, хватаясь свободной рукой за перила. В другой он держал шприц.

Худ понимал, что это мгновение решало все. У него было одно преимущество: он стоял на одну ступеньку выше. Отступив немного назад, он размахнулся, оттопырив перпендикулярно большой палец, напряг все мышцы руки так, что на ней выступили бугры, и ударил очкастого по гортани, сразив его наповал. Худ не вкладывал в удар всю свою силу, иначе тот оказался бы смертельным. О подобных приемах было известно по нашумевшим делам об убийстве.

Глаза очкастого закатились, голова дернулась и он сорвался вниз. Шприц просвистел в воздухе. Падая, очкастый рухнул на крупье, и они вместе покатились вниз, пересчитывая головой ступеньки. Худ помчался следом за ними. Инспектор громко закричал.