Я должен ему рассказать. Сказать, что с ним все в порядке. Что тени, слуги темного волшебника, захватили его тело, поэтому он ничего не помнит. Тони фыркнул, проталкиваясь мимо вешалок с костюмами. Конечно, он сразу успокоится, когда решит, что не только он теряет память, но и я рассудок .
Иногда ложь действительно бывает во благо.
Пословица этого тысячелетия, честное слово.
Подойдя к мониторам, он отдал Питеру правку. Режиссер быстро просмотрел ее, после чего вернул Тони два экземпляра, отдав остальное Тине:
— Передай это папаше и мамаше. И скажи, чтоб выходили через… Сордж!
Режиссер- постановщик отвлекся от рассчетов траектории ходьбы Алана, которую он обеими руками чертил в воздухе длиными прочерками.
— Сколько еще?
— Vingt, — Сордж, не знавший, что стоит под вратами в другой мир, пожал плечами. — Vingt-cinq.[2]
— Лучше двадцать, — Питер снова повернулся к Тони. — Скажи, чтоб выходили через двадать минут. И передай, что фактически они уже знают все новые реплики.
— Правда? — это звучало подозрительно.
— Будь подипломатичней.
— А, конечно, — значит, нет.
— И проследи, чтобы они пришли вовремя.
— Конечно.
Он умел быть дипломатичным. Сверив часы с временем, бегущей строкой показывавшимся на мониторе, он направился обратно к гримеркам. Скорее всего, с макияжем уже закончили, да и все равно гримерки были по пути.
Воспоминания заставили его сердце застучать чаще. Тони напомнил себе, что тени больше нет, позавидовав при этом амнезии Ли. Тень, которая пришла сюда, была уничтожена. Им лично.
Дверь в гримерку Кэтрин — Никки — так никто и не повесил на место. Мамаша и папаша — он даже не стал смотреть их настоящие имена, все равно после обеда их здесь больше не будет, если все пройдет нормально — заняли две крайних комнатки. К счастью, обе двери были открыты, потому что Тони внезапно осознал, что не смог бы в них постучаться. Папаша читал газету. Мамаша засела за ноутбук.
Их тени были серыми и размытыми.
Он прочистил горло и протянул им страницы:
— Вот правки диалогов. Режиссер хочет, чтобы вы это запомнили и пришли на на площадку через двадцать минут.
— За двадцать минут? — мамаша выглядела перепуганной.
Тони взглянул на верхнюю страницу:
— Большая часть изменений касается реплик Алана. Детектива Чанга. Он обычно все разъясняет, поэтому сценаристы меняют его реплики. Скорее всего, они сменили пар ваших ответов, — он успокаивающе улыбнулся, отдавая им листы. — Ничего такого.
— Я-то знаю свой текст.
Газета резко опустилась:
— Хочешь сказать, что я — нет?
— Я не о тебе говорила. Господи, Фрэнк, хватит уже, — она просмотрела страницы и нахмурилась, грим на ее лбу пошел трещинками. — Мы снимаем все четыре страницы сегодня?
— И желательно до одиннадцати утра, — ответил он, проверяя список. Ее звали Лаура. Раз уж он услышал одно имя, то ради справедливости надо уточнить второе. — Затем еще три до обеда и семь днем. Только постучите по дереву, — он протянул руку к стенке комнатушки. — Мы и так опаздываем.
Оба актера посмотрели в сторону дальней гримерки.
— Из-за… нее?
— Никки Ваг.
— Да, конечно, — Фрэнк вышел из гримерки, чтобы посмотреть поближе, — это произошло там, да?
Тень вылилась в павильон, лужицей растекшись по бетону, заполняя все выемки и трещинки.
— Да.
— Она ведь не умерла от чего-то заразного?
Ее голова ударилась об бетон, слегка отскочив от него.
— Нет. Ничего заразного.
— Я слышала, ее всю перекосило, — Лаура встала рядом со своим временным мужем. — Тоже мне, сердечный приступ.
— А я слышал, это из-за наркотиков.
Тони взглянул на часы. Еще пятнадцать минут до того, как ему предстояло отвести их на площадку. Он не выдержит пятнадцать минут этих трагических перешептываний. Потому что он знал . Черт, да даже если бы он не знал:
— Извините, мне надо еще кое-что сделать. Я вернусь за вами.
— Конечно, Томми…
— Тони.
— Да, конечно, — Лаура повернула голову в сторону, откуда раздавался голос Сорджа, его безошибочно узнаваемая смесь английского и французского эхом отдавалась от высокого потолка. — Полагаю, не заблудимся.
— Это входит в наши услуги, — он кое-как выдавил улыбку и сумел сохранить ее на лице, пока не добрался до выхода. За его спиной мамаша и папаша — Лаура и Фрэнк — перешли к активной болтовне, за сплетнями забыв о правках диалогов.
На фоне людей Повелители теней начинали казаться не такими уж и плохими. Оглядываясь и проверяя, нет ли поблизости Ли, он продрался через вешалки с костюмами, прошмыгнул через производственный отдел, выбрав момент, когда Эми отвернулась, и начал спускаться в подвал.
Он не хотел идти в подвал.
Да и незачем ему это было делать.
Если ему требовалось поговорить с Аррой, он мог просто позвонить ей и попросить подняться в павильон звукозаписи.
Пройдя половину ступенек, Тони остановился. Развернулся, приподнял ногу, чтобы начать подниматься и застыл.
Он хотел пойти в подвал.
И на то у него была веская причина.
Через две ступеньки его замутило.
Кто знает, что за химикаты она там использует? Одна половина наверняка взорвется, если на них не так посмотреть, а вторая наверняка была ядовитой. Нет, лучше он поднимется обратно и позвонит ей.
Да иди ты, старуха!
Когда ему оставалось четыре ступеньки, волоски на шее зашевелились, бока вспотели. Он подумал про себя: «а пошло оно все!» и прыгнул.
Как только он приземлился, сразу же почувствовал себя лучше.
Вытирая ладони о джинсы, Тони обошел ряд стеллажей и нос к носу столкнулся с разлагающимся трупом, который стоял, покачиваясь, посреди комнаты.
Отвисшая серая плоть рвалась под собственным весом, из ранок виднелись жирные личинки. Труп, пытаясь сфокусировать белые гноящиеся глаза на его лице, протянул к нему руку, на трех пальцах которой кости прорвали кожу. Темные обветренные губы приоткрылись и проговорили:
— А ты так просто не сдаешься, да? Ну ладно, хорошо. Раз уж ты здесь, то можешь сказать, не перестаралась ли я с личинками.
— Л… л… л… — казалось, что связь между мозгом и ртом потеряна навеки.
— Личинки, Тони. Их не многовато? Я подумала, что они придадут трупу дополнительной выразительности, но не всем такое может понравиться.
— Арра?
Труп вздохнул и внезапно вновь стал невысокой пожилой волшебницей — без всяких личинок.
— Это просто иллюзия, — сказала она, рассматривая свои ногти. — Через пару недель Рэймонду Дарку придется бороться с злодеем, оживляющим мертвецов, поэтому мне надо успеть проработать детали. Держать иллюзии на трех движущихся актерах не так-то просто, как кажется. Хорошо, что ЧБ слишком большой скряга, чтобы нанять больше трех трупов. Итак… — одна бровь приподнялась, — чем могу помочь.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
