Для достижения этой цели необходимо прибегать к воинственному вмешательству. Позиция освободителей относительно акций, в рамках которых активисты избегают насилия, заключается в том, что освободители считают такие акции менее эффективными, но это все же лучше, чем ничего. Тем не менее, не следует уповать на ненасильственные акции, надеясь изменить общество, потому что никто и никогда не сможет существенно изменить общество так, чтобы это пошло на пользу животным. Ненасильственные методы следует использовать, говорят освободители, с намерением разрушить систему, а не изменить ее. Чем больше людей будет чувствовать, что ненасильственные методы способны изменить систему, тем меньше у них будет желания восстать против нее. Поэтому освободители считают, что ненасильственные методы могут быть опасными, если их применять в неправильных целях.
Тщетные надежды, возложенные то, что такие ненасильственные рейды сработают, в долгосрочной перспективе навредят животным. Эти надежды поддерживают веру в систему и привычку мирно решать проблемы с жестокими людьми и их жестокой системой. Коротко говоря, освободители просят, чтобы зоозащитники внесли свой вклад в движение за освобождение животных и поддержали тех, кто может быть более радикальным в своих действиях. Поддерживая их, мы поддерживаем животных, которых они спасают.
Освободители оптимистично смотрят на свое будущее и свой подход к поставленной задаче. Они надеются, что их оптимистичное отношение заразительно, поскольку причин позитивно смотреть на вещи, предостаточно. Мотивация действий освободителей базируется на их чувствах, в частности на их сочувствии всем существам, составляющим нашу семью. Освободители — любящие люди. Но любовь проявляется не только в наших страданиях за угнетенных членов семьи. Освободители сопереживают и свободным, счастливым созданиям. Сочувствие и сопереживание являются гибким связующим звеном. Они позволяют нам чувствовать боль и радость других. Как сопереживающие существа, освободители чувствуют, что могут найти настоящее счастье в мире, даже если они работает над тем, чтобы уменьшить страдания.
Если подойти к этому с другой стороны, чем больше боли ты чувствуешь, тем большее счастье ты способен ощутить. Сопереживание делает освободителей страстными людьми. Они могут плакать с угнетенными и смеяться со счастливыми. Способность сопереживать и чувствовать связь с окружающими важна для того, чтобы иметь возможность любить, потому что любовь — это высшая форма взаимосвязи. Освободители говорят, что нет необходимости ограничивать себя и любить лишь тех, кто страдает. Вот пример, который они используют для объяснения: если у тебя много братьев и сестер, и некоторых из них истязают и убивают, ты посвятишь себя их освобождению, но это не помешает тебе быть счастливым, получая любовь от взаимодействия с теми братьями и сестрами, которые находятся на свободе и радуются жизни.
Все это говорится для того, чтобы показать, что освободители считают нормальным быть счастливым и радоваться жизни даже несмотря на то, что их окружает. Сопереживание дает им возможность чувствовать настоящую любовь. Освободители чувствуют себя самыми реализованными, любящими людьми на планете. Для тех, кто хочет стать частью движения, освободители сказали несколько ободряющих слов. Вот они:
«Ваши эмоции сильны не только в том, чтобы сделать вас чувствительными к любви и страданиям, но и в поддержании вашей преданности делу освобождения. Многими людьми движет только логика. Они стали настолько отчужденными от своей природы, что позволяют себе угодить в ловушку разума и слушают его больше, чем сердце.
Сердца заставляют людей полагаться на интуицию, в то время как интеллект нуждается в доводах и объяснениях, которые не может интуиция не в состоянии предоставить. Такие люди читают «Диету для новой Америки» Джона Роббинса и понимают, что необходимо стать веганом. Они даже могут попытаться в течение нескольких недель перейти изменить свою систему питания, но потом откажутся от этой идеи, потому что веганам слишком сложно питаться в ресторанах или потому что им нравится вкус индейки на День благодарения и Рождество. Некоторые опять начнут есть мясо, читая уже другую книгу, написанную самопровозглашенным экспертом, в которой будет сказано, что для хорошего здоровья есть мясо необходимо. Такие люди лишены стойкости. Потому что разум непостоянен.
Мы не ждем, что люди, мотивированные разумом, когда-нибудь станут освободителями. Для нашего дела требуются преданность и смелость. Если у вас хватит этих качеств для борьбы, гордитесь собой и своей способностью чувствовать.
Вы можете чувствовать себя одиноким в вашей преданности делу освобождения. Но вы не одиноки. По правде говоря, мы ожидаем, что большинство людей не примет большинство посылов, изложенных в этой книге. Люди ущербны! Нечего ходить вокруг да около. Но появятся другие, похожие на нас, которые согласятся с этой правдой и присоединятся к нашему делу. То, что нас мало, делает каждого из нас важным и особенным. Но наши ряды будут пополняться по мере того, как наши усилия будут вдохновлять тех, кто чувствует то же, что и мы. Много тысяч людей чувствуют то же, что и мы.
То, что мы не освещаем наши действия, как это делают другие группы, делает невозможным установить нашу численность. Когда параноидальные умы угнетателей пожинают то, что посеяли, один освободитель может считаться за сотню. Гордитесь вашей храбростью и не сомневайтесь в вашей эффективности. Вы приносите пользу животным. Мы несем им не много не мало разницу между жизнью и смертью. Каждый освободитель — настоящий герой».
Эта книга была написана для того, чтобы объяснить точку зрения людей, которые верят в освобождение животных. Как вы уже поняли, принять эту точку зрения непросто. Я попробовал представить ее лаконично и ясно. Пожалуйста, перечитайте эту книгу, поймите, что именно в ней было сказано, и решите, насколько это ценно. Я считаю, что все мы должны задуматься о послании и методах освободителей. Все условия для увеличения масштабов жестокости к животным уже созданы, и ситуация будет усугубляться по мере все большего отчужденности людей от животных из-за их причастности к процессам, протекающим в системе.
В то же время рост популяции людей гарантирует рост эксплуатации животных. Ситуация становится критической. Тем временем миллионы наших братьев и сестер умирают каждый день. Правильно или нет, но освободители наделили себя полномочиями действовать так, как они посчитают нужным. Для них война уже началась!
1
Animal Liberation Front (Фронт освобождения животных, далее ФОЖ) — основанная в 1976 году в Великобритании организация. Не имеет единого центра управления: акции прямого действия совершаются от имени Фронта по всему миру примерно в 40 странах (единственное условие — не причинять вред ни одному живому существу, включая человека). Главной линией борьбы активисты ФОЖ избрал причинение экономического ущерба, как ключ к сердцу бизнесменов, зарабатывающих на эксплуатации животных. В данный момент ФОЖ считается самой опасной организацией в Великобритании: по состоянию на 2006 год только в Туманном Альбионе активисты ФОЖ совершили около 6 тысяч акций, в том числе поджогов.
2
Фуа-гра — паштет из гусиной или утиной печени. Из всех наиболее популярных деликатесов требует наибольшей жестокости к животным в процессе приготовления. Несколько раз в день гуся или утку насаживают на трубку в течение месяцев и стреляют в желудок высококалорийным кормом. При этом птицу специально перекармливают, чтобы печень заплыла и пожирнела насколько это возможно (что неминуемо приводит к циррозу, а птица становится в 10–15 раз толще нормы). Иногда стенки желудка не выдерживают и рвутся от излишнего количества еды. Любые движения птиц все это время скованы (в интересах ожирения) настолько, что иногда их заживо съедают крысы, так как те не в состоянии сопротивляться. По достижении определенного возраста и размеров птицу убивают, а из ее печени делают лакомство для гурманов. В 2004 году губернатор Калифорнии Арнольд Шварценеггер подписал закон о запрете на продажу и производство фуа-гра в штате. Годом спустя деликатес табуировали 11 стран Евросоюза. Кроме того, фуа-гра вне закона даже в таких рыбно-мясных странах, как Израиль, Аргентина, Норвегия и Швейцария. В Великобритании запрет на фуа-гра существует уже много лет. Английские врачи давно признали не только неэтичность, но и вред этого паштета: «Гусиная печень — канцерогенный продукт, в котором количество ядов, жиров и холестерина в сотни раз выше нормы». Тем не менее Франция отказывается вводить запрет, мотивируя тем, что фуа-гра — такой же символ Пятой республики, как Эйфелева башня, Елисейские Поля и Лувр. В России производство и продажа фуа-гра не ограничено, встретить его можно в любом французском (и не только) ресторане и почти в каждом дорогом супермаркете.
