Читаем без скачивания Дочь таксидермиста - Кейт Мосс

задворках сознания. Что-то такое, что он заметил, но значения не придал. Гарри наскоро припомнил все, что делал сегодня утром, вызвал в памяти каждый шаг: тревогу Льюиса, то, как отец вчера отослал Пирса домой и оставил контору незапертой, стул, лежащий на боку в отцовском кабинете, письменный стол…

Гарри резко выпрямился. Вот что это было! Вернее, чего не было. Того, что он должен был увидеть в ящике отцовского стола, – его старый армейский револьвер – и не увидел.

Начался дождь.

Глава 18. Блэкторн-хаус. Фишборнские болота

Конни смотрела в окно на первые капли дождя.

Надежда на теплую погоду пришла и ушла в один день. Все вокруг вновь погрузилось в бесконечную серость. Черные тучи неслись над самым лиманом, а резкий порывистый ветер так и взрезал поверхность воды. Прилив отхлынул далеко, однако ручьи все еще были переполнены, а на тропе стояли лужи соленой воды.

Поскольку погода, видимо, не собиралась улучшаться, Конни решила сейчас же отправиться в Фишборн. Галка, ожидающая ее под стеклянным колпаком, может подождать еще. Конни хотелось осторожно выведать, не видел ли кто-нибудь отца. Кроме того, поскольку весть о найденном рядом с Блэкторн-хаус мертвом теле должна была уже распространиться, Конни подумала, что лучше знать, какие ходят слухи, и смотреть правде в глаза, чем оставаться в неведении.

Она надела пальто.

– Я иду в Фишборн, Мэри, – крикнула она. – Нужно кое-что купить.

Девушка сейчас же выбежала в холл.

– Вы уверены, мисс Гиффорд? Может, лучше я схожу? Дождь как раз начинается.

– Я возьму зонтик.

– Если вы уверены, мисс, – сказала девушка, теребя в руках кухонное полотенце.

– Я не жду посетителей, Мэри. Но если кто-нибудь все-таки зайдет – может быть, в связи со вчерашними событиями, – прошу передать мои извинения и сказать, что я буду дома после обеда.

– Попросить их подождать, мисс?

Конни задумалась. Ничто не указывало на то, что женщина, которая следила за их домом, может появиться вновь, однако Конни не хотелось бы во второй раз упустить шанс поговорить с ней.

– Да, попросите. Я ненадолго.

– Очень хорошо, мисс. А хозяин?

– Я не хочу, чтобы отца беспокоили, – ответила Конни, надеясь, что отсутствие Гиффорда в доме не обнаружится.

Мэри беспокойно теребила свой фартук.

– Можно мне кое-что спросить, мисс?

Конни потянулась к крючку, на котором висел ее ключ, и тут заметила, что ключа от ле́дника на обычном месте нет.

– Мэри, вам что-то нужно было в кладовой мистера Гиффорда?

– Нет, мисс, но…

– Ключа нет.

Мэри ее не слушала.

– Уже все судачат про то, что мы нашли в реке Веру Баркер, – выпалила она. – Это не я, мисс Гиффорд! Честное слово, я никому не говорила. Ну, правда, мама все-таки вытянула это из меня, а больше я ни одной живой душе не обмолвилась. – Она еще раз глубоко вздохнула. – Мой друг Арчи был среди тех, кто приходил вчера с мистером Пайном. Он-то мне ничего не сказал, он человек добрый, но потом, когда я утром по дороге зашла забрать белье у мисс Бейли, она сказала, что ее подруга миссис Гослин – это Кейт Гослин, у нее еще сестра замужем за мистером Пайном…

Конни вскинула руки, пытаясь остановить поток слов.

– Мэри, я…

– Говорит, по словам мисс Бейли так выходит, что они положили ее в сарае. Потом явился старый Томми, кричал, чтобы ему дали увидеть дочь, а мистер Кроутер…

– Мэри, – громко сказала Конни, – прошу вас, остановитесь.

Девушка примолкла на секунду.

– Но это правда? Это Вера Баркер была? Мама еще говорила, что-то такое в газете было про то, что она пропала. Я-то ее знать не знала. Она давно уехала из Фишборна, еще до того, как мы переехали сюда, но мама всегда знает…

– Мэри, все, что я могу вам сказать, это то, что один из молодых людей, которые приходили с мистером Кроутером вчера вечером, сказал, что это Вера Баркер, и остальные, очевидно, с ним согласны.

– Арчи, – покраснела Мэри. – Я же говорю, мы с ним старые друзья. Но он, правда, мне и не говорил. Мистер Кроутер велел им всем молчать. И я ни одной живой душе не говорила.

Конни вспомнила группу мужчин в сумерках.

– Все в порядке, Мэри. Не беспокойтесь. И все же, я думаю, будет лучше, если мы не станем об этом говорить. Вы же знаете, как распространяются слухи. Подождем, пока не узнаем что-то наверняка.

– Да, мисс.

Конни надела шляпу, приколола ее булавкой покрепче, а затем достала перчатки из кармана пальто.

– И о ключе, Мэри.

– Мисс?..

– От ле́дника, – сказала Конни терпеливо, как только могла.

– Про ключ я ничего не знаю, мисс, но замок прошлой ночью валялся на земле.

– И что же вы с ним сделали?

– Обратно заперла. Должно быть, кто-то оставил его открытым.

– А дверь была открыта?

– Нет. Закрыта, как всегда.

Конни подумала, уж не зашел ли отец зачем-нибудь в кладовую, но тут же отбросила эту мысль. Обычно он там не бывал – говорил, что там все слишком сильно напоминает о потере их прежней жизни. Хотя с другой стороны – в последние дни у них все идет не так, как обычно.

– Где-то должен быть запасной ключ, Мэри, – скорее всего, в каком-нибудь кухонном ящике. Не могли бы вы поискать его, пока я буду в Фишборне?

* * *

Уходя, Конни бросила взгляд на ле́дник, но вид у него был вполне безобидный. Можно пока оставить так. Как только Мэри найдет запасной ключ, она возьмет лампу, пойдет и убедится, что все в порядке. Конни не могла припомнить, когда в последний раз заходила в кладовую – в этом никогда не было необходимости. Однако проверить на всякий случай не мешает.

Она взглянула на небо и поняла, что нужно поторапливаться. Дождь уже не капал, а лил по-настоящему, и черные тучи сгущались над бухтой Делл, предвещая худшее.

Чувствуя, как после бессонной ночи слегка кружится голова, Конни зашагала по тропинке, то есть уже сплошь по лужам и стоячей морской воде. Она шла осторожно, стараясь не поскользнуться в грязи.

Ворота шлюза у Фишборнской мельницы были открыты, и через них хлестала вода. Мельничный пруд плескался у края дороги и медленно приближался к палисаднику Слей-Лодж и дому Пендриллов. Вот беда, если мистера Кроутера опять затопит. В апреле и без того много домов пострадало, все двери были подперты мешками с песком и соломой, а коврики и мебель разложены для просушки прямо на дороге.

Конни услышала шум крыльев, а затем резкий стрекот сорок. Она подняла