печально известной деревни Гнилушка. На этот раз чуйка Старого и Стинга молчала. Встали прямо возле церквушки. Всё-таки теперь нас уже 8 и что называется понюхавших пороха бойцов. Надо было привести в порядок оружие, зарядить ленты и магазины, слить топливо в бак из припасённых канистр ну и просто перевести дух, перед серьёзным броском на юг.
Мы были уже близко к Орешку, по крайней мере муровские земли скоро останутся за спиной. Стинг назначил дежурных и все свободные тут же принялись распаковывать еду. Старый обнаружил, что его Гаечка исчезла. Никто не заметил, как ушла миниатюрная блондинка, оставленные на часах Коп с Медведем развели руками. Даже Белка не могла сказать в какой момент потеряла из виду свою подружку.
Старый, собрав в кулак все остатки самообладания принялся раздавать приказы.
- Расходитесь двойками. Первая Вереск и Кран на юг, вторая Коп и Медведь ваш восток, Стинг твой запад, я на север, Белка с оптикой общий контроль с колокольни.
****
На базе группы Стинга, стаб Орешек.
Лист долго просидел у стабовского минтата, а потом почти столько же в нашей ванной отмокая намыливаясь и шоркаясь мочалкой, переведя бутыль шампуня и вот перед нами предстал нормальный рейдер средних лет, только невероятно худой и бледный. Мы терпеливо ждали рассказ спасённого, а он всё ел и ел, периодически издавая урчащие звуки. Наша сердобольная хозяюшка Панда, как заряжающий подносила всё новые тарелки. В какой-то момент Лист снизил обороты жратвы и принялся рассказывать.
- Группу, с которой я давно ходил в рейды обложили муры, мы трофеили недавно перезагрузившийся город - начал свой рассказ рейдер.
- Расслабились, тишина и не единого звука, а тут разом со всех сторон начали щёлкать по бетону пули, нашу коробочку сразу подорвали с РПГ, короче мы просто по-быстрому откатывались, не глядя по «сомалийски» (1) накидывая в сторону откуда прилетало к нам. Не смогли мы сразу понять, что нас теснят к определённому месту. Забрались в эту грёбанную девятиэтажку, заняли круговую оборону, а из её подвала повалил газ.
Очнулся уже на разделочном столе у Лепилы.
Редкостный садист, полностью отмороженный мур, режет людей и поддерживает их в сознании, чтобы рассказывать о своих «успехах». У этого мудака сразу три фермы нонстопом вокруг Колоды по кластерам ездит, помогает быстрее органам отрастать и новых несчастных попутно собирать.
Большие грузовики, обшитые стальными листами с многоярусными стеллажами, а в них иммунные, старожилы Улья те, что с дарами прикованы к полкам по рукам и ногам, под наркотическим раствором изобретённым Лепилой. Свежакам просто конечности отрубают и те валяются под капельницами с живцом, не прекращая кричать днём и ночью. Он меня несколько раз потрошил, рассказывал и даже предупредил, что скоро передаст меня в перемолку на питательный экстракт. Потому, как больше трёх потрошений подряд «пациент» не вывозит и качество отросших органов теряет продажную ценность.
Представляете, что такое понять, чем там кормят?
Банда у него подобрана из таких же уродов, веселиться умудряются под крики бедолаг. Женщинам там страдать приходиться больше, хотя мурам порой и гендер не важен. Лепилу, как он выражается, простые удовольствия уже не радуют, собственный аттракцион придумал, эксперименты проводит, конечности от заражённых иммунным приживляет, «удачные» экземпляры в личном зоопарке потом выставляет.
Сойка давно выскочила из комнаты, забрав с собой Муху, не в силах больше слушать откровения Листа. Панда охала, заливаясь слезами и причитала.
- Как же носит гадов таких по свету?
Рейдер продолжал рассказывать, спокойно повествуя о вещах, которые и слушать то было противно и страшно.
- Я тогда очнулся на разделочном столе, раствор наркотический отходил, чтобы чувства вернулись для полноты ощущений так сказать. Лежу, жду, остаётся немного потерпеть и всё закончиться. Услышал, как забарабанили пули по металлическим листам обшивки кузова, потом заработал пулемёт и ферму насквозь начали прошивать очереди складывая без разбора всех, и муров и «пациентов».
На самого Листа упало два мертвых мура которые и приняли на себя весь свинец.
- Повезло, что меня тогда не закончили крепить, а ещё слышал, как муры орали про то, что их свои, какие-то «бубновые», атаковали - продолжал рассказывать Лист.
- Не знаю, сколько я пролежал так на столе изображая труп. Сил для активных действий не было, но и валяться бесконечно нельзя, скоро по всем законам Улья должны были прийти твари, надо было стараться и шевелиться шустрей. Чуть не сдох пока сталкивал с себя муров ставших моим щитом. Потом удалось отстегнуть пряжки удерживающих ремней на второй руке, дело потихоньку заладилось, и я наконец-то оказался полностью свободным впервые за многие месяцы, даже не знаю за сколько.
Двигаться по началу получалось только ползком, перелезая через заваленный трупами и скользкий от крови пол. Пришлось взять грех на душу и добить ещё живую женщину с отрубленными ногами и руками. Стянул форму с какого-то мура и первый раз напился живчика, это помогло наконец встать на ноги. Муровский камуфляж был прострелян в нескольких местах и насквозь пропитан кровью, прополоскал его в тазике с формалином этого тут было не меряно, решил пусть уж лучше от меня воняет химией. Потом нашёл целый «Калаш», пару банок тушёнки, фляжку с живцом и рванул в лес.
Ну на сколько это у меня тогда получилось.
Долго шёл, не выходя на дороги, ел ягоды и грибы, живец закончился, а я всё боялся опять нарваться на муров. С голодухи всё-таки решился заскочить в только что перезагрузившейся город, тут меня какой-то мент и принял. Саданул в челюсть без разговоров, а во мне тогда, итак, еле душа держалась. Пришёл в себя уже в наручниках. Ошалевший ментяра орёт, обвиняет в каком-то воровстве… или ограбил кого-то, причём до моего Калаша ему и дела нет.
Наверно уже обращаться начинал.
Думал поначалу повезло, что от бешенного идиота отделался и в камере оказался, а потом весь участок в тварей перекидываться начал и про меня забыли. Дар у меня есть, или был…, не суть, ослаб к этому времени настолько, что уйти не смог, помирал короче. Ну а дальше вы уже сами знаете.
Когда закончил говорить Лист, в гостиной повисла немая пауза.
- Уважаю твоё право на тайну дара, но, если решишь с нами в команде быть, своим стоит открыться - сказал
