— Тетя, ты стала мне матерью, заменив ту, что бросила свое дитя, — великодушно ответила Аллегра. — Я от всего сердца желаю, чтобы ваш брак удался!
Она расцеловала тетку в обе щеки и крепко обняла.
Послышался стук в дверь. Лорд Морган осторожно заглянул в комнату.
— Дорогие, пора ехать в церковь. Сирена, надеюсь, ты не хочешь напугать жениха, опоздав к началу?
Церковь Святого Георга была не так далеко от Беркли-сквер. Они уселись в открытую коляску и уже через четверть часа были там. У входа их встречал Огастес Роули, которому предстояло сегодня быть посаженым отцом.
Его жена уже сидела на первой скамье. Лорд Морган проводил леди Эббот в церковь. Под ее молчаливым пренебрежительным взглядом Шарлотта смущенно подвинулась и уступила место свекрови и лорду Моргану.
По другую сторону прохода восседали отец жениха, граф Пикфорд, со своей сестрой леди Карстерз и ее мужем. Сзади виднелись головы двух молодых Карстерзов, двоюродных братьев Оки, графа Астона, лорда Уолворта и их нареченных. В третьем ряду устроился Уиггинс, верный камердинер жениха.
Второй ряд со стороны невесты занимали лорд и леди Беллингем и Чарлз Трент. За ними смущенно перешептывались Онор и Дамарис.
В то время считалось чрезвычайно престижным устраивать свадьбы в церкви Святого Георга, построенной совсем недавно, в начале 20-х годов XVIII столетия. Красивый изящный портик, украшенный шестью устремленными вверх колоннами, был единственным в своем роде. Псы из литого железа сидели по обе стороны от двери. Восточное окно украшал витраж XVI века, спасенный из церкви, уничтоженной во время гражданской войны почти сто пятьдесят лет назад. Алтарная роспись была выполнена художником Джеймсом Торнхиллом на сюжет Тайной вечери.
Аллегра с букетом из белых роз и сиреневых левкоев шествовала по проходу под торжественные звуки Баха. Позади шла Сирена под руку с братом. У алтаря уже стояли виконт Пикфорд со своим шафером, герцогом Седжуиком. Священник равнодушно улыбался молодой паре. В этом месяце они были уже пятнадцатыми, и до конца июня ему предстояло обвенчать еще двадцать пять пар. Это время было самым хлопотным за весь год.
— Возлюбленные чада… — начал он.
Аллегра украдкой огляделась: Да, храм изумительный, но она жалела, что не сможет обвенчаться в своей приходской церквушке.
— ..боготворю телом своим…
Аллегра почувствовала, что краснеет при воспоминании о поцелуях Куинтона в ночь бала. С тех пор они не целовались.
Интересно, как может Мужчина боготворить своим телом?
Она постаралась выкинуть из головы грешные мысли, как только Сирена сунула ей свой букет из белых роз и плюща, перевязанных серебряной лентой, и встала на колени у алтарной решетки.
Аллегра постаралась сосредоточиться на церемонии венчания. Как только священник провозгласил брачующихся мужем и женой, щеки ее снова порозовели, особенно когда жених с невестой увлеченно целовались, не обращая внимания на гостей. Она неожиданно встретилась глазами с герцогом. Его лицо было серьезным, а во взгляде — ни тени насмешки.
Девушка облегченно вздохнула. Поцелует ли он ее так же нежно, когда они отойдут от алтаря?
Сирена и Оки поспешили выйти из церкви. Оба весело смеялись и не замечали никого, кроме друг друга. Герцог подхватил Аллегру под руку и проводил к дверям. Новобрачные уже отъехали. Остальные последовали за ними в дом лорда Моргана, где уже накрыли столы.
Повар-француз приготовил множество изысканных блюд.
Слуги разносили яйца в сливках, розовую деревенскую ветчину, бекон, бараньи отбивные, семгу в укропном соусе с лимоном, крошечные булочки, посыпанные кунжутом. Все это запивалось великолепной мадерой. На десерт подали сыры. французский бри, острый английский чеддер и швейцарский, с большими дырками, самый любимый сыр Аллегры. К ним принесли фруктовый салат из испанских апельсинов, ананасов и бананов, хрустальную чашу с клубникой и еще одну, со взбитыми сливками. И наконец, появился свадебный торт с сахарной глазурью и украшениями. Гости подняли бокалы с шампанским за счастье жениха и невесты.
Вскоре невеста с кузиной незаметно выскользнули из комнаты и поднялись наверх. Дамарис помогла Сирене снять подвенечное платье и переодеться в дорожный костюм, хотя ехать предстояло не дальше городского дома Пикфордов.
— Мама и дядя еще не открыли свою тайну, — вздохнула Сирена. — Как по-твоему, они не передумали?
Аллегра покачала головой.
— Отец сказал, что они сделают объявление перед твоим отъездом.
— Все бы отдала, только бы посмотреть на Шарлотту, — хихикнула Сирена. — Бедняжку будут одолевать сразу радость и ужас при мысли о том, что мама выходит замуж «в ее-то годы», как она выразится. Вот увидишь, она изведется от зависти, что мама нашла себе такого богатого жениха.
— А сколько лет тете-маме? — поинтересовалась Аллегра.
— Наверняка за сорок. Она вышла за папу в пятнадцать, а в шестнадцать уже родила Гасси. Ему теперь двадцать пять, так что маме, должно быть, больше сорока.
— Сорок один, — с улыбкой уточнила Аллегра. Кузина никогда не была сильна в арифметике.
— Ну вот, миледи, готово, — объявила Дамарис, громко всхлипнув. — Поверить не могу, что вы уже замужем. — Она жалостно шмыгнула носом и вытерла глаза краем фартучка. — Кажется, только вчера играли в детской.
— Ну же, Дамарис, — уговаривала Сирена, обнимая горничную. — Ты по-прежнему будешь со мной, и кроме того, я видела, какими взглядами ты обменивалась с камердинером Оки. Скоро ты сама станешь замужней дамой, и что я буду делать, когда ты меня покинешь?
— Ни один мужчина не сможет разлучить меня с вами, миледи! — упрямо объявила Дамарис. — А теперь бегите вниз, к гостям. Я буду ждать вас в Пикфорд-Хаусе. — Она почтительно присела.
Сирена, совершенно очаровательная в белом муслиновом платье, отделанном розовыми шелковыми лентами, и в изящной соломенной шляпке, украшенной такими же лентами, улыбнулась горничной и под руку с Аллегрой спустилась по лестнице в холл, где уже собрались гости. Увидев дядю и мать, она немедленно подбежала к ним, обняла и прошептала:
— Скажите им сейчас, пожалуйста.
Обхватив за плечи Аллегру и Сирену, лорд Морган громко объявил:
— Сегодня один из самых светлых дней моей жизни. Я выдал замуж любимую племянницу. Свадьба моей дорогой дочери назначена на пятое октября. Но завтрашний день тоже будет радостным, ибо я сочетаюсь браком с женщиной, которая оказала мне честь, согласившись стать моей супругой, — с леди Олимпией Эббот. Вы уже высказали добрые пожелания Оки и Сирене. Надеюсь, что нам вы тоже пожелаете счастья.
