Читаем без скачивания Ровно в шесть двадцать - Дэвид Балдаччи

пончики, хот-доги, фалафель, текс-мекс, стейки, барбекю и суши. Если вы чего-то не найдете, значит, такой еды не существует в природе. Строители таскали трубы и кирпичи, несли лопаты и ведра, курили «кэмел» и порой прикладывались к стаканчикам с утренним кофе или чем-нибудь покрепче.

Небо было ясным, сквозь высотки сочилось тепло. К обеду здания, слепленные из миллиардов тонн бетона и стекла, разогреются настолько, что поднимут температуру на улицах до вулканических масштабов; по крайней мере, так будет казаться жителям, которые пытаются заработать на жизнь или насладиться отдыхом.

Думая обо всем этом, Дивайн размышлял и о своих личных проблемах. К родителям Юс ездить не стоило, он лишь вызвал подозрения у скорбящей матери. Еще не давало покоя загадочное письмо, которое невозможно отследить и которое, судя по всему, прислали ему одному.

В анонимке не говорилось, что Сара покончила с собой. Дивайн сам так решил. В ней лишь упоминался факт смерти и описывались ее обстоятельства. Про самоубийство сказала Ванда Симмс. Она якобы подслушала разговор полицейских. Детектив Хэнкок подтвердил версию во время первой встречи.

Чтобы найти отправителя загадочного письма, придется искать свидетелей, потому что отследить его не получится. Дивайна немного радовало, что не все проблемы можно решить с помощью технологий. Иногда беготня, личное обаяние и удачно сформулированный вопрос могут сделать то, что не под силу искусственному интеллекту и терабайтам данных в виртуальных облаках. Впрочем, анонимка напрямую связана с убийством, а значит, и с гнусными делишками, которые творятся в компании. Именно их надо разоблачить, если Дивайн не хочет отправиться в тюрьму. Приказ Эмерсона Кэмпбелла ясен и однозначен.

Дивайн знал охранника, дежурившего в вестибюле. Его звали Сэм: лет шестидесяти, с всклокоченными волосами, бледной кожей, покатыми плечами, большим животом, на котором едва сходилась рубашка, и приятной улыбкой. В общем, типичный образ любимого дедушки, который охотно возится с внуками, не забывая прихлебывать пиво из банки.

Дивайн подошел к стойке и поставил на нее кожаный портфель, вытирая со лба капельки пота.

– Привет, Сэм.

– Привет.

– Хреновые у нас дела творятся, да?

– Не то слово. Полиция целыми днями шныряет. Надо ж было такому случиться…

– Да, слышал. Говорят, ее убили, никакое это не самоубийство.

– М-да, дела… Ты ее знал? – спросил Сэм.

– Немного. Сам-то ее видел?

– О да! Она всегда улыбалась, здоровалась. Милая девочка, чертовски ее жаль.

– Кажется, ее нашел кто-то из рабочих?

Сэм покачал головой и скорчил гримасу, словно съел какую-то отраву.

– Джерри Майерс. Сперва я решил, бедняга вконец рехнулся. Прибежал сюда с воплями: мол, в кладовке висит девушка. Бред полнейший. Чтобы у нас, в этом здании – да покойники?!

Дивайн напрягся.

– Погоди, он что, спустился и сам тебе рассказал? Не позвонил, не вызвал полицию?

– Нет, не догадался – в шоке был. Бедняга никогда не видел трупов. Пошел в кладовку что-то взять, и тут бац – висит труп. Я и сам запаниковал бы. В общем, я не стал его ругать. Позвонил в полицию, потом мы с Джерри поднялись на этаж. Я надеялся, что парню просто померещилось спьяну. Но там и впрямь висела девушка. Бедняжка. Я в свое время работал в полиции, но даже меня порядком замутило.

– Не сомневаюсь. Начало дня, на этаже, наверное, было полно народу…

– Поэтому я и рванул туда, как только позвонил в службу спасения. Посадил вместо себя другого охранника, велел впустить полицию – а сам наверх. Это же потенциальное место преступления. Есть регламент, все такое. Мало ли почему она умерла, надо в любом случае сохранить улики.

– Повезло, что ты добрался туда первым и никто не заглянул в кладовку.

Сэм покачал головой.

– По правде говоря, я за это не ручаюсь.

– То есть?

– Джерри оставил дверь открытой. По крайней мере, когда мы пришли, она была распахнута.

– Он ее не запер? – уточнил Дивайн.

– Парень был в таком ужасе, что собственное имя не вспомнил бы. Полицейские приехали минут через пять.

– Что было потом?

– Я остался на тот случай, если понадоблюсь.

– Говорил с кем-нибудь?

– Только с Джерри и с полицией.

– Из сотрудников никто не появлялся?

– Люди поднимались, но полицейские не выпускали их из лифта. Сам я никого не видел.

– Самое начало рабочего дня. В такое время на этаже полно народу.

– Я никого не видел, – повторил охранник.

Плохо. Вспомнилась Ванда Симмс, которая якобы выводила людей из кабинетов. Это не вязалось с тем, что рассказывал Сэм.

– Джерри, наверное, уволился после того, как нашел тело? Или, по крайней мере, взял отпуск?

Сэм махнул рукой и отхлебнул кофе из кружки с эмблемой футбольной команды «Нью-Йорк Джайентс».

– Нет. Джерри тот еще отшельник; ни жены, ни подружки, а работа слишком хорошая, чтобы ее бросать: зарплата, всякие льготы… Он, кстати, сейчас здесь. На тридцать четвертом этаже меняет лампочки. По крайней мере, он мне сам так сказал.

– Ясно. Ну, держись!

Сэм улыбнулся.

– У меня-то работа простая. Это ты надрываешься. Ради чего, спрашивается? Все, что нужно человеку для счастья, – вкусный ужин, крыша над головой, пара кружек пива, футбол по телевизору, девушка под боком, и наслаждайся жизнью.

Подумав, что Сэм, скорее всего, прав, Дивайн зашел в лифт и отправился на тридцать четвертый этаж.

Глава 27

Кабинеты руководства до сих пор пустовали. Эти люди получают зарплату вне зависимости от отработанного времени. Если не грядет апокалипсис, они приходят в девять, а уходят в пять.

Рядовые сотрудники понемногу собирались, но народу пока было мало. Из-за закрытых дверей кое-где доносился шелест клавиатур. Работникам полагалось быть трудоголиками: приходить чуть свет, а уходить ближе к ночи. В «Коул и Панч» не любили бездельников. Трудиться надо с полной отдачей сил, пока в кабинете не погаснет свет.

Джерри Майерс нашелся в одном из коридоров. Он стоял на стремянке и вкручивал лампочку.

– Мистер Майерс?

Мужчина повернулся и посмотрел на Дивайна сверху вниз. Он был довольно высок, с бочкообразным торсом, лет сорока пяти, с густыми темными волосами.

– Да?

– Я Трэвис Дивайн. Работаю здесь. Мы с Сарой Юс дружили…

Майерс закончил с лампой, надел плафон и слез со ступенек.

– Как вспомню, в дрожь бросает… – пробормотал он.

– Понимаю. Не самое приятное зрелище.

Майерс сложил стремянку и взял коробку с лампочками. Посмотрел на Дивайна и буркнул:

– Что-то спросить хотели?

– Сэм рассказал, это вы ее нашли.

– Допустим. Что с того?

Дивайн мимоходом подумал, как бы все не испортить.

– До сих пор не верю, что Сара мертва. Сначала сказали, это самоубийство, теперь – что убийство. Какого черта вообще происходит, а?

Майерс посмотрел на него с сочувствием.

– Да, всех тряхнуло… Как по мне, больше похоже на самоубийство. Но кто меня будет