Развернув Джа за плечи, Джен выпроваживает его из мастерской и тщательно запирает за собой ворота.
В терпении Аристократу не откажешь, вежливый стук — имитация какой-то смутно-знакомой мелодии — все еще доносится от входной двери. Прежде чем выйти из дома, Джен в щель между шторами оглядывает округу. Никаких подозрительных личностей, все припаркованные машины — местные. Переобувшись в садовые шлепки, Джен выходит к калитке и прежде чем отворить ее, просит Джа остаться в доме, но пророк демонстративно облокотился на перила крыльца, хлопает по талии, показывая, что и сам припрятал за поясом полезную игрушку.
Спорить с ним — бесполезно.
Щелкнул замок. Джен открывает калитку и выходит навстречу незваным гостям.
— Приветствую, — здоровается он, прикрывая за собой дверь. — Байк присматриваете или в ремонт сдать хотите?
Секунду Аристократ недоумевает, затем поднимает взгляд на вывеску над мастерской.
— Нет. Мы с вами встречались. В баре неподалеку. Я адвокат. Мы говорили…
— А-а-а. Ну да, — обрывает Джен. — Без костюма и не признал.
Аристократ нервно улыбнулся, будто извиняясь за худи и кроссовки.
— Так чем могу помочь?
— Нам нужно поговорить об одном из убийств, — Аристократ понизил голос. — И хотелось бы это сделать не на улице.
Джен хмурится.
— Я, конечно, могу проконсультировать по мототехнике, если это надо для дела, но у меня нет никаких сертификатов или разрешений…
— Вы. Там. Были, — чеканит Аристократ, снизив голос почти до шепота. И тяжело глядит исподлобья.
Тренированная выдержка Джена справляется с атакой, но отмахнуться от визитеров не получится — Аристократ не отступит. И если врага нельзя устранить, значит, его силу нужно обернуть себе на пользу. Потому Джен сам делает шаг в сторону и пропускает их во двор.
— Я не совсем понимаю, о чем речь, но похоже, это важно. Заходите.
В дом первым входит Хирург, неловко топчется на пороге, пока Аристократ не подтолкнул его, чтобы войти самому. Джа здоровается с обоими, пожимает руки с видом радушного хозяина.
— Я слышал разговор, — он кивает на приоткрытую створку окна. — Поможем, чем сможем. Присаживайтесь на большой диван, да, можно сюда. Не сочтите за наглость, но можно посмотреть ваши документы? Мы все же не знакомы.
— Конечно, — Аристократ протягивает пророку паспорт. — А ваши?
— Вы и так знаете, кто мы, раз приехали, — невозмутимо парирует Джа, раскладывает паспорта на столе перед собой и набирает чей-то номер. — Детка, привет. Можешь пробить пару имен? Романов Андрей Дмитриевич, восемьдесят второго года, с адвокатской лицензией, и… Соколов Игорь Павлович, семьдесят первого года. Да, прописка местная. Спасибо, тигр. Целую.
Закрыв оба паспорта, Джа с милой улыбкой возвращает их владельцам. Гостям неуютно. В большом мягком диване оба утонули, тогда как Джен и Джа устроились на стульях напротив.
— Может, вам кофе или чаю? — продолжает играть в радушного хозяина Джа.
— Не надо, спасибо, — Аристократ отвечает за двоих. — Давайте лучше перейдем к делу. Вас дважды видели на месте преступления. Что вы там делали?
Без прелюдий и прощупываний, сразу под дых. Джен удивляется искренне.
— Это вы сейчас о чем? — спрашивает инквизитор. — Давайте, для начала, расскажите о каком месте и каком преступлении идет речь, и с чего вы взяли, что мы там были. В подробностях. Иначе, боюсь, я могу не вспомнить, где был и что делал.
Романов собирается возразить, но Хирург сломался.
— Андрей Дмитриевич, позвольте, — просит он и собирается с духом, прежде чем признаться. — Этим маем я напал на человека. Не знаю, как. Я пошел выгулять собаку как обычно, сразу после работы часов в десять вечера, уже темно было. У нас возле соседнего дома есть площадка, мы пошли туда. Я помню, как повернул за угол. А дальше… Дальше… моргнул, открываю глаза и как будто мир опрокинулся. Мутило страшно. Я вроде стоял, а уже сижу… стою коленями на груди какого-то парня. У него во рту моя кепка, у меня в руках швейцарский нож. Не швейцарский, конечно, китайская поделка, их в каждом переходе продают. Парень в крови весь. Я тоже, — он умолк. Сжатые в замок пальцы побелели. Заметно, как он сдерживает мелкую дрожь во всем теле. — Я подумал, что парень мертв. И… Я выбрался из ямы… Там теплотрассу перекладывали, разрыли канаву метров пятьсот, в ней я и очнулся. Это в трех кварталах от моего дома! Как я туда добрался вообще? Рядом была дорога, фонари светили, но никого не было. Я собирался позвать на помощь, вышел на дорогу, пошел по ней. А потом услышал, как с другой стороны подъехали два мотоцикла. И я испугался, спрятался за деревья вдоль дороги. Увидел, что мотоциклы остановились, один человек с мотоцикла слез и спустился туда, где я парня оставил. А потом я услышал сирены и убежал.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Игорь Павлович пришел к моему коллеге как свидетель по делу о пожаре, — Романов поерзал на диване, стараясь сесть поудобнее, но даже при его гигантском росте смотреть на Джа и Джена приходится снизу вверх. — На выезде из города сгорел сарай с человеком внутри. Пока тушили, в полицию пришел человек и рассказал, как инопланетяне завладели его разумом и заставили спалить сарай. Сначала его отправили домой, потом в сарае нашли труп, и мужика — его фамилия Баранов — закрыли. Адвокатом ему назначили моего коллегу.
— Я в газете увидел статью про поджигателя, захваченного инопланетянами, потому и пришел к Коробову, его как адвоката упоминали.
— Интересно другое, — Аристократ прекратил борьбу с мягким монстром и развалился, вытянув длинные ноги почти до стула Джена. — Два моих клиента с железными доказательствами вины повторяют слово в слово симптомы Игоря Павловича и Баранова — провал сознания, тошнота, сладкий привкус во рту. А еще Баранов рассказывает, что когда он очнулся неподалеку от пожара, он видел двух мужчин на черных мотоциклах с золотистыми надписями, которые подъехали, постояли и скрылись. Я заметил два черных мотоцикла, которые были припаркованы у бара. Они ваши. Игорь Павлович тоже видел двоих мотоциклистов. Хоть опознать не сможет, но довольно любопытное совпадение получается.
— И вы решили, что это мы, потому что после энной кружки пива я в ваш разговор встрял? — Джа взведенным курком откинулся на спинку стула, готовый в любой момент выбить в сторону посетителей заряд негодования и насмешек.
— Согласись, вероятность этого в разы выше участия инопланетян, — отвечает Романов.
— Бред какой-то.
Телефон Джа вибрирует, подпрыгивая на столе. Сначала Джа читает сообщение сам, затем показывает его Джену.
— Олька Тигр? Серьезно? — тихо спрашивает Джен, увидев имя контакта рядом с фото Саввы.
— Ты только это прочитал?
Остальное Джена не удивило. То, что Романов на самом деле адвокат, а Соколов — образцовый гражданин с парой штрафов за превышение скорости, ему и так понятно.
— Послушайте, — Романов сгруппировался на самом краешке дивана, выпрямил спину. — Я к вам пришел не обвинениями бросаться. Мне самому это боком выйдет. Но… Какая-то чертовщина творится! И не только в нашем городе. Я поспрашивал коллег в других регионах, там два из трех извращенных маньяка, Игорь Павлович, простите, ссылаются на амнезию. И очень складно ссылаются. Но вместо сопоставления фактов между делами и детального изучения, этих бедолаг просто сажают на таблетки для подавления агрессии, а после них докопаться до истины уже анрил. Как обычно, распиздяйство убило расследование.
— Повальное беспамятство и неспособность сопоставить факты? — пророк усмехается. — Что ж, в нашей стране совсем плохо с когнитивными функциями.
— Поэтому я и готов хвататься за любую теорию, за любую зацепку, чтобы разобраться.
— Ты мне вот что скажи, — Джен наклоняется к Романову, упираясь локтями в колени. Так близко, что ловит ненавязчивый шлейф дорогого парфюма. — То, что ты сейчас расписываешь детали дела посторонним, это вообще нормально?
— Статья 310 УК РФ, — чеканит Аристократ, отстраняясь — Штраф немаленький. Но я хочу понять. Парни, у меня семья есть. Дочке два года. Можете издеваться, но я в адвокаты пошел, чтобы защищать залетевших по ошибке, чтобы реальные асоциальные твари уйти не смогли.
