просто здоровенные щи, которые шире широкоформатного монитора, стоящего на столе.
И да, ниже груди тоже виден мощный пузырь. Сальные копи царя Мамона! Да жечь меня живьем на костре. Что ж так не везет-то в последние дни? Ольга, продавщица мороженного, директора… Ууу, рыдать хочется.
Будь она помоложе хотя б на полцентнера, я б легко исчерпал наш конфликт, применив мутировавшую странным образом магию внушения. Точней, уже магию женского возбуждения, да.
Но теперь… Придется, держать эрну под строгим контролем. Ведь повторения инцидента с мороженным мне точно сегодня не надо.
Потому веду себя скромно, пытаясь изображать прошлого Диму. Директриса сначала орет, а дальше предлагает присесть и да, орет снова. Потом орет еще малость, затем немного, затем чуть побольше.
Лишь спустя какое-то время до ее микромозгов вдруг доходит, что мои «ужасные преступления» выглядят весьма странно.
— Ты не просто подвел академию, Волков! Ты угробил все свое будущее. Просто пойми это раз и навсегда, иначе… — вопит, тряся какими-то бумагами. Но тут резко замолкает, кашляет, отпивает воды из стакана и говорит уже поспокойнее: — Постой, а как ты вообще это сделал? Ты ж раньше вроде кхе-кхе, не особенно хулиганил.
— Что? — наконец-то поднимаю взгляд я и чувствую, как в ушах чуть звенит. — Вот именно, госпожа, раньше я не особенно хулиганил. Зато хорошо огребал. А те, кто как раз хулиганили, не получали за это даже мелких взысканий, не так ли? — Говорю пытливым голосом, сверля дамочку взглядом.
Директриса немного мнется, понимая, что я ее затыкаю. Еще бы, тут даже нечего возразить. Потому толстуха вздыхает, громко хмыкает и выдает:
— Хватит! Что было то было. Я конкретный вопрос задал!
— Конкретный? А раньше что-то не задавали, — ядовито бросаю ей. — Но ладно, если конкретный, то я конкретно отвечу. Давайте по порядку, что вы хотите узнать?
Алевтина не привыкла к моему новому образу. Вместо мямлящего заики перед ней сидел сильный парень, который мог заткнуть кого хочешь. Потому дамочка заметно смутилась, но старалась не показывать вида.
— Туалет! Ты там все разнес… Мне пришлось вызывать специальную службу. Знаешь, сколько это стоит? — сказала, нервно поправляя блузку, которая плотно облегала огромные дыни.
— Туалет? Хмм, ну сантехнику надо вовремя ремонтировать, чаще чем раз в сто лет. Я даже не был в том туалете. Понятия не имею… — сказал максимально отрешенно, кося под полного олуха.
— Волков! — по слогам процедила Антоновна.
— Что? — вытаращил глаза.
— Волков, а Волков?
— Что, что, что?
Мы уставились друг на друга, как два барана перед столкновением лбами. Директриса пыталась давить, выбивая чистосердечное. Но я действительно ничего не делал. Применил одно мощнейшее заклинание, да. Только доказательств тут точно не было. А без доказательств в своих грехах сознаются разве что ангелы, к которым я точно не относился.
— Ладно, черт с ним! — вдруг выдает Алевтина, не зная, как надавить. — Зачем ты толкнул в окно двух одноклассников и чуть не выбил глаз девочке?
Во, это уже ближе к делу. Теперь у директорки были письменные жалобы двух терпил… и одной терпилки. Плюс пара свидетелей из класса, которые за них подписались. Еще Антоновна показала мне видео, где я всех умело разматываю.
Это раззадорило барышню. Она тут же заулыбалась, на лице появился румянец, а грудь начала вздыматься.
— Ну вот, Волков, все. Так мы с тобой и кончили, — смеясь, сказала мне напоследок.
— С вами? Пожалуй, не надо.
— Что?
— Да так, ничего.
— Волков! Слушай внимательно! — резко став серьезной, выпалила директорка. — Теперь ты никак не поспоришь. Все карты против тебя. Так что, либо признаешься нормально и просто уходишь из академии. Либо подключаем полицию, со всеми вытекающими последствиями.
— Со всеми вытекающими последствиями для вас, — хищно бросаю в ответ и меняю позу в гостевом кресле.
Потому делаю паузу, наблюдая за выражением лица Алевтины, а дальше начинаю крыть ее не по-детски. Итак, во-первых, у меня был конфликт с одноклассниками долгое время. Это много кто может подтвердить. Значит, ссылаться на жалобы и свидетельства глупо.
На видео видно, как меня матерят и даже угрожают убийством. Так что я всего лишь веду оборону. Единственная моя вина в том, что не позволил себя отмудохать и выкинуть как-раз-таки в то же окно.
Насчет пенала, все просто. Я вернул его странной отличнице. Да, кинул довольно сильно. Но видео такого момента никто не снял. Так что силу броска определить очень сложно. Девочка не поймала пенал, досадная случайность, бывает.
Но это еще не все. За действия учеников несет ответственность директриса. Именно поэтому местную гопоту не наказывали, чтоб не выносить всякий сор из избы.
А тут массовая драка в выпускном классе с разбитыми окнами и переломами конечностей. За такую Антоновну точно уволят. Да, меня кстати могут отчислить или даже оштрафовать, но не больше. А вот ее многолетняя карьера будет полностью перечеркнута.
— Ну вот, как-то так, госпожа. Еще раз напоминаю, я не знаю, что вы хотите. Я просто защищал свою честь на том видео. А все, что не попало на видео — это жалкая клевета тех учащихся, что годами меня не любили. Надеюсь, вы хорошо это поняли. И инцидент полностью исчерпан, — говорю напоследок, учтиво склоняю голову и уже готовлюсь вставать. Но Алевтина явно не хочет сдаваться.
Она морщится, будто ест что-то мерзкое, пялится на меня диким зверем, а после начинает медленно говорить. Да что там, даже шипеть как змея, давясь собственным языком.
— Слишком умный стал что ли? Все ясно, — вырывается из большого жирного рта. — Думаешь, научился болтать, и все можно? Не волнуйся, дорогой, я знаю, как с такими справляться. Теперь каждый твой шаг будет под полным контролем. Хочешь жить по правилам, тогда без проблем, поживешь. Малейшее нарушение дисциплины, порядка, формы одежды… Все это будет записано куда надо. Ты вылетишь из академии перед самым выпускным вечером, и больше никуда не поступишь. А там, можешь корчить из себя хоть самого императора. Зря ты со мной связался, ой зря…
Ух, какая ярость, какая хитрость. Она прям демонесса коварства! Хотя нет, скорее больше обжорства. Ну ладно.
Другой ученик мог бы сильно посыпаться. Иметь в списке личных врагов саму директрису — это то еще испытание. Только не для демона Тени! Я знал, что дамочку нужно сломать, иначе она не отстанет. При этом желательно не убивать, чтоб не попасть за решетку. При этом действовать нужно быстро, чтоб не растягивать сопливый конфликт на сто лет.
Отлично, раз уж на то пошло, применяем тяжёлую артиллерию!
— Ой, страшно-то как! — театрально пугаюсь я, специально корча рожу. — Но вы ведь не хотите мне зла? Вы ведь пошутили, не так ли?
— Я? Знаешь, что, мальчик мой!
