Читаем без скачивания Земство (апрель 2008) - журнал Русская жизнь

При таком государственном устройстве исключительно велика роль посредников; вообще рискну сказать, что именно проработанность всяких смазок, прокладок, посредничеств и прочих промежуточных звеньев служит существенной особенностью местного мира. Напиток, который мы «квасили», - форма смазки между суровой местной природой и мягкосердечными, кроткими людьми; взятка - смазка между трущимися частями социальных машин; между народом и государством есть свои посредники, уважаемые в народе и терпимые в государстве. Они доносят до государства пожелания народа и транслируют назад отказы и обещания. Поскольку эта роль требует огромного напряжения и часто сопровождается позором, посреднику горячо сочувствуют и пылко уважают. В этой роли может быть крупнейший национальный поэт (для которого она почти всегда кончается гибелью), а может - знаменитый врач, помогавший детям во время террористического акта. В последнее время из таких посредников пытаются создать целую Социальную палату, что уже само по себе есть знак окончательного расхождения между двумя здешними государствами.

Другим знаком является бурное обсуждение в интернете одного девичьего «поста» (слово «пост» означает здесь церковное воздержание и одновременно охрану важного объекта; пост в интернете соединяет эти функции, ибо охраняет самостоятельность автора и обозначает его воздержание от других видов государственной деятельности, то есть переводит всю общественную жизнь в режим флешмоба). Девушка подробно изложила способы взаимодействия между народом и государством: обман, натравливание более крупных чиновников на мелких, коллективные письма, манипулирование посредниками, формы бойкота государственных мероприятий и т. д. Некоторые возразили, говоря, что это неэффективно, - но другие привели убедительнейшие примеры успешной борьбы с государством в последние годы. Так, у государства удалось отбить нескольких неправедно осужденных, а также одно кардиологическое отделение, созданное на спонсорские деньги. Я не говорю уже о том, что спасение больных детей давно осуществляется здесь «всем миром» (у чего есть несомненные минусы, но и столь же несомненные плюсы: попытки заставить государство заниматься больными детьми до сих пор не увенчались успехом, несмотря на процветание вследствие распродажи недр). Эти обсуждения доказывают, сколь далеко на самом деле зашла эмансипация народа от власти и сколь иллюзорно их сосуществование под одной оболочкой. При этом свергать государство никто не намерен, ибо тогда перерождаться придется всем, кто сегодня тихо делает свое дело, защищая бренд страны как интеллектуального центра и артистический Мекки.

…Еще одно свидетельство их полного расхождения - неизменность народной веры при более чем сомнительной популярности официальной Церкви. Здешняя вера - по преимуществу сектантская, и недавний массовый уход пейзан в пещеру подтвердил бессмертие именно этого религиозного типа. Народные учителя веры возникали всегда и привлекали под свои знамена десятки тысяч истовых поклонников. В этом существенный минус местной демократии, поскольку в отсутствие официальных институтов почти любое местное сообщество - вплоть до сообществ, помогающих больным детям, - очень быстро структурируется как секта и распадается по тем же хорошо известным причинам. Однако в последнее время, с развитием горизонтальных связей и прежде всего открытых интернет-сообществ, сектантской зашоренности все меньше, а свободного взаимодействия все больше; нет сомнений, что появление умного и сильного православного священства на местах способно будет возродить и православие, если только у этого местного священства хватит мудрости благословлять «родную» власть и откреститься от чуждой.

Я мог бы развить эту мысль, но боюсь спугнуть ростки церковного вольномыслия, уже и так вызывающие нападки той части гетто, которая ведает верой и милосердием, - ведает, разумеется, все в том же людоедском духе, ибо не призывает ни к чему, кроме лобзания и облизывания государственных идолов.

- Но позвольте, друг мой, - спросил я его с растущим уважением к столь хитрому государственному устройству, которое, глядишь, могло бы спасти и сегодняшнюю Америку. - Ведь прогресс требует как-никак солидарности… Ведь описанный вами способ жизни хорош лишь до поры, а при столкновении с более серьезными вызовами стране потребуются действия, которых без государства никак не предпримешь! Будущее зовет вас, друг мой; прогресс неостановим, а ядерный реактор не построишь без государства!

Он презрительно усмехнулся:

- Все реакторы, построенные тут, собраны не благодаря, а вопреки государству. Нам случается использовать друг друга, но любые попытки государства рулить промышленностью приводили к ее развалу, а что они сделали с сельским хозяйством, - вы отлично видите. Мы сами построим все что нужно, и при этом не уродуя наших городов; мы напишем все что хотим, и напечатаем без их санкции, ибо такой разветвленной сети самиздата, как у нас, не было нигде в мире. Мы давно уже живем без их участия и отвечаем на вызовы лучше многих: восточные немцы до сих пор не вполне приспособлены к капитализму, а у нас к рынку готов любой младенец, ибо мы выжили в девяностые, да вдобавок и механизмы социальной солидарности работают у нас отлично. Никакой рынок не заставит нас топить друг друга - в нашем социуме никому не дают пропасть, сколько бы власть ни насаждала миф о его жестокости. Этот миф нужен ей, чтобы пугать интеллигенцию и заставлять ее благословлять штыки, - но интеллигенция тоже не дура и отлично понимает, кого ей надо бояться. Народ представляет для нее куда меньшую угрозу, чем эти самые штыки. Вот почему для идеологического обслуживания власти интеллигенция выделяет своих худших представителей - гетто так гетто.

Он откинулся на спинку стула и закурил, хотя это было запрещено.

- А насчет прогресса, - добавил он и посмотрел на меня с тем прелестным местным лукавством, которое я часто замечал в лучших представителях коренного населения, - знаете ли вы, что такое ваш прогресс? Может быть, это и есть самый прямой и краткий путь в ад, и вы с вашей моделью демократии промаршируете туда на наших глазах, а мы неуязвимо продолжим движение по той таинственной кривой, которую вряд ли поймет рациональный ум чужеземца.

…В последнее время, глядя вокруг, я все чаще задумываюсь о его правоте и подумываю о переезде в какую-нибудь из бесчисленных складок этой страны, напоминающей огромную и теплую медвежью шкуру. Думаю, мне найдется место в какой-нибудь из ее щелей, а задабривать людей с большой дороги я уже научился.

ЛИЦА

Домохозяева

Представители ТСЖ и домкомов о своей жизни и работе

Лариса Шульман, представитель ТСЖ, Рождественский бульвар, Москва

Мне кажется, что миф о невыгодности создания ТСЖ в старинных домах создали те, кто хочет, чтобы народ у нас был пассивный. Нам старательно внушают, что содержание дома - это ужасно дорого, что святые ДЭЗы делают все для нас в убыток себе. На самом деле мы сели, посчитали, и оказалось, что заниматься домом самостоятельно гораздо выгоднее. Да, он старый, он в ужасном состоянии, привести его в порядок будет недешево. Но если дом принадлежит государству, он все равно что никому не принадлежит - и уж в этом случае привести его в порядок будет и вовсе невозможно. Вот у нас ступени на лестнице разломаны совершенно. Прорвалась труба в подъезде, и что нам сделал ДЕЗ? А ничего! Мы и в мэрию звонили, и в префектуру ЦАО - ничего! Только когда до Комитета по чрезвычайным ситуациям дозвонились, через два дня нами наконец занялись. А до этого мастера из ДЭЗа приходили, разводили руками и говорили: «Мы ничего не можем сделать». При этом мы сами, жильцы этого дома, если бы имели на это право, исправили бы аварию за 20 минут. У нас есть люди, которые профессионально ремонтами занимаются, свои же ребята - они бы все сделали.

Жилищный кодекс дал нам возможность не соглашаться и иметь свою точку зрения. И если бы у нас сейчас работали суды, все было бы гениально. А так Жилищный кодекс есть, но ему не дают работать. Вот мы, как и полагается, пришли и сообщили о своем желании создать ТСЖ местным властям. Местные власти нам улыбались и рассказывали о том, как это замечательно и важно. И тут же устроили в доме то, что называется «мартышка». Это что значит - некая инвестиционная компания вселяет в дом человека, который начинает действовать противоправно. И смотрят, как жильцы на это реагируют. В наш дом внедрили человека, который захватил часть чердака. Мы написали везде заявления: «Мы организовываем ТСЖ, нам это помещение нужно», потому что чердаки по всем нормам безусловно относятся к общему имуществу дома. Нам в ответ только смеялись в глаза. Чаще всего в таких случаях люди ломаются и бросают это неблагодарное занятие - потому что законы не действуют, ничего не действует, местные власти поддерживают эту «мартышку». Более того: приходит милиция и начинает проводить беседы с активными жителями: «Да что же вы делаете, да вы знаете, чем это чревато?» Если у кого-то бизнес свой, начинают его зажимать, проверки постоянные присылают. А у «мартышки» все в порядке, несмотря на то, что документы на собственность у него поддельные. Мы уже сами собрали на него дело, но в прокуратуре заявление у нас не принимают, уголовное дело возбуждать отказываются. А этот чердак для нас очень важен, без него ТСЖ не сможет нормально функционировать. Там у нас находятся отопительная и вентиляционная системы. Захватчик представителей ДЕЗа пропускает через свою площадь, а нас - нет.