class="p1">— Нормально… — вздохнула Люся, поприветствовав меня кивком. — Вспомнили кое-что…
Больше она не сказала ни слова. Богдан с Любавкой, кстати, тоже — всю дорогу до портала и до дома в Широково они не сказали ни слова.
Дальше, впрочем, тоже.
Меня быстро закинули в институт, а остальных Данила повез домой.
Пройдя КПП, я вошел под родные своды КИИМа. Там же я пересекся с Машей. Чмокнув ее в губы, я спросил:
— Слушай, а ты не знаешь, где Фанеров? Мне бы надо у него кое-что уточнить.
Пожав плечами, она предположила, что если его где и искать, то в столовке. У него, вроде, как раз окно.
Так и оказалось — он сидел за столом, ломящимся от всевозможных кушаний. Я тоже взял себе всего понемногу и расположился напротив. Тут же заметил и Мику с Димой. Взявшись за руки, они шагали прямо к нам, и на них оборачивались. И очень активно.
Японская принцесса была приглашенным гостем и даже выступила на показательном выступлении у Асая Реем.
— А вот теперь слухи пойдут, будь здоров, — заметила Лора. — И наверняка до Японии дойдет. И кто знает, как Мэйдзи на это отреагирует?
Я внутренне кивнул, но это уже дело рода Бердышевых. Да и Димы с Микой в первую очередь.
Тут я перевел взгляд на Женю. А он молча жевал и щурился на меня с таким видом, будто я какой-то негодяй:
— Кстати, Кузнецов. Как там поживает домик, который тебе подогнал мой папа? Ты вообще был там или…
— Вот насчет него и хотел поговорить, — кивнул я, удивившись, как он вообще перешел к этой теме. — Знаешь, откуда у твоего отца этот дом? Интересное место, пусть и заброшенное.
Женя пожал плечами.
— А мне откуда знать? Еще чего? Нужна мне эта рухлядь!
Ох, уж этот Фанеров!
— Дашь телефончик отца? — спросил я. — Это очень важно.
— Ладно. Только ты… — и он покачал пальцем. — Никому, понял⁈
— Угу, могила.
— Чья еще могила⁈ Ты чего, угрожаешь? Кому? МНЕ⁈
— Давай телефон, твою мать!
И еще раз подозрительно на меня глянув, Фанеров черканул мне телефон на салфетке. Оглядевшись, он с заговорщическим видом протянул его мне, прикрыв рукой. Учитывая, что вокруг нас половина лавок пустовала, выглядело это излишне.
— Никому! — шикнул он. — Мой отец — особая персона! Приближенная к самому высшему обществу! И если кто узнает номер…
— Да понял я, понял! — отмахнулся я. — Я вообще-то тоже особая персона, и мне всего-то нужно спросить про дом.
Набрав номер, прижал трубку к уху. Там были длинные гудки. Отчего-то никто не брал.
Фанеров тут же выхватил у меня салфетку с секретным телефоном и с ничего не выражающим лицом сунул себе в рот и принялся жевать.
— Конспиратор хренов! — хихикнула Лора, сидевшая на краешке стола. — Тебе водички не налить, родной, или так пройдет⁈
Гудки тянулись. Нет, трубку так никто и не взял.
— Что-то глухо! — сказал я Жене, а тот, что-то пробурчав, продолжал перемалывать секреты рода Фанеровых.
Ладно, позвоним потом. Наверное, занят батя этого чудака.
Тут к нам подошел Дима с Микой. При виде жующего салфетки Фанерова они… не удивились.
— Приятного аппетита, Жека! — сказал Дима и, улыбнувшись, пододвинул стул Мике. — Прошу! Официант!
И довольный бросился к раздаче. Мика же, проводив своего нового парня глазами, как-то погрустнела.
— Чего повесила нос? — спросил я девушку. — Что-то не так?
Японка вскинула нос и явно хотела бросить что-то колкое, но тут здравый смысл взял верх над характером и она прошептала:
— Не хочу говорить Диме, но, наверное, мне скоро домой…
И она вздохнула.
— Отчего? — удивился я. — Отец не хочет, чтобы вы…
Мика помотала головой.
— Ему сейчас не до этого, хотя вряд ли он обрадуется нашим с Димой… отношениям. Да и вообще, Кузнецов, это не твое…
— Ваши отношения с Димой, ваше личное дело. Но раз случилась беда с Мэйдзи, то да. Это мое дело. Все же я его ученик. Верно?
Микка немного помешала и сказала:
— Почти. У меня на родине неприятности.
— В смысле? — насторожился я. — Что еще за неприятности?
Оглянувшись на Диму, который набирал на раздаче целый поднос всевозможных вкусностей, Мика сказала:
— Дело в одном маге из самураев… Одном из самых сильных в Японии. Так вот. Его вчера вечером нашли мертвым.
* * *
г. Санкт-Петербург.
— … и я как царь Российской Империи объявляю этот институт магии официально открытым! — и щелкнув ножницами, Петр разрезал ленточку.
Все собравшиеся тут же разразились овациями. Сказав еще пару приятных слов, царь сошел с трибуны и вокруг него собрался небольшой кружок людей. Кивнув и пожелав успеха в работе, царь направился за сцену.
Там его ждала дочь, и вот видок у нее был не из веселых. Она кусала ногти и держала трубку у уха.
— Что такое, Катенька? — спросил царь. — Не понравилась речь?
Вздохнув, она выключила телефон и покачала головой:
— Твоя речь была воодушевляющей, как всегда, папа. Но вот… мои музыканты. Они пропали в Японии. Уже несколько дней от них ни слуху, ни духу.
Царь хмыкнул.
— Как будто в первый раз эти пятеро пропадают. Они все никак не найдут цель?
— Нет. И меня это беспокоит. Последний раз, когда мы с ними общались, Трубадур сказал, что они напали на след, и… Ничего. Как в воду канули.
Петр повернулся к фигуре в темном углу.
— А ты чего улыбаешься?
Мужчина наклонился вперед, и луч света показал лицо Лермонтова.
Тот пожал плечами и сказал:
— Распутин всегда был крайне загадочной и нелюдимой фигурой. И если агенты потревожили его покой, то неудивительно, что он их просто прихлопнул.
Услышав эти слова, Катя напряглась.
— Одна деталька за другой… — сказал Лермонтов и, отвернувшись, зашагал прочь. — Чую, скоро сложится и весь пазл.
Глава 12
Неловкая ситуация
Ситуация так себе. Уж слишком много чего начало происходить в мире странного. Хотя, возможно, оно и раньше происходило, просто у меня не имелось источников информации, и я сидел в своем институте и наслаждался прекрасным неведением.
Но а чего жаловаться? По крайней мере, я смог свести несколько сердец вместе. Так сказать, купидон на подработке. Вот как Мика ворковали с Димой. Ходили, гуляли. Уж не знаю, в курсе ли граф Бердышев о любовном увлечении своего сына, но я бы на это посмотрел. Да и Хана все чаще стала мелькать в компании Марка.
— Девочка влюбилась в бандита, — пропела Лора. — Хотя это в ее духе.
Да и мне было любопытно наблюдать за этими парочками. А вот Юлий после возвращения
