Читаем без скачивания Похождения в Париже - Крис Юэн

— Почему бы нам не пройтись? — предложил я. — Хочется немного поразмяться.

— Как вам будет угодно.

— А газету оставьте здесь. — Я вынул сложенную газету из его руки и бросил в урну.

— Это еще зачем? — нахмурившись, спросил он.

— Мне неизвестно, на кого вы работаете, но я написал достаточно детективов, чтобы знать, как легко спрятать микрофон в сложенной газете. И позвольте мне взглянуть на подкладку вашего пиджака.

— Я разочарован. Ведь вы выпускник престижного учебного заведения. Я полагал, что буду иметь дело с образованным человеком.

— Просто покажите.

Фармер развел руки, предлагая мне ощупать его. Я так и сделал, стараясь не привлекать лишнего внимания.

— Заглянете под язык в поисках капсул с цианистым калием?

— Это уже перебор. Пошли. Можете рассказать мне все, что собирались.

Мы неспешно двинулись к Эйфелевой башне. Я не возражал. Толпы туристов у ее подножия обеспечивали хоть какую-то защиту и усложняли слежку — при условии, что Фармера сопровождали его люди. Я об этом ничего не знал. Возможно, он пришел на встречу один, а если нет — чего упрощать ему жизнь?

— Картина у вас? — спросил он, когда мы миновали четыре туристических автобуса и приблизились к очереди, выстроившейся у правой опоры башни.

— Вы про сцену на Монмартре?

— Да.

— Написанную маслом? С подписью Мэньи?

— Да, да!

— Тогда, увы, ее у меня нет.

Фармер повернулся и посмотрел на меня. Губы его разошлись, продемонстрировав мастерство дантистов.

— Только не принимайте меня за дурака, господин Ховард, — сказал он по-прежнему размеренно и спокойно.

— У меня и мыслей таких нет. Сейчас я скажу вам чистую правду. Картины не было в квартире, когда я проник туда, чтобы украсть ее.

Губы Фармера скривились, словно он съел что-то кислое.

— Не было, говорите…

— Именно так. Но есть и светлая сторона. Я знаю, кто ее взял.

Фармер выдержал паузу, с тем чтобы прийти в себя.

— Пожалуйста, говорите.

— Один парень по имени Бруно. Какой-то шарлатан. Уговорил меня залезть в эту самую квартиру под каким-то предлогом двумя днями раньше.

Фармер развернулся на каблуках, его глаза переполняло презрение. От лотка по левую руку доносился запах сладкого: засахаренного попкорна, блинов с клубникой, сахарной ваты. Рядом с лотком какой-то мужчина средних лет выстраивал дочерей, чтобы их сфотографировать.

— Это чистая правда, — повторил я. — Такого и не выдумаешь.

— Даже если я вам поверю, — он сощурился, — сомневаюсь, что вы сможете мне сказать, где найти этого Бруно.

— С удовольствием бы сказал, если все было так просто. Но, боюсь, зовут его совсем не так, и мои поиски пока ни к чему не привели.

— И что вы теперь собираетесь делать?

Я посмотрел поверх плеча Фармера на приближающегося жандарма, его синяя фуражка мелькала среди окружающих нас туристов. Он вроде бы и не искал меня, но само его присутствие действовало на нервы. Я взял Фармера под локоть и увлек к Сене. Мы подошли к набережной в тот самый момент, когда зажегся зеленый свет для пешеходов, пересекли мостовую перед застывшими автомобилями, ступили на мост Йены. Я посмотрел вниз, на речные трамвайчики, стоящие у берега, слишком большие и угловатые, чтобы вписываться в композицию.

— Отвечаю на ваш вопрос. — Я вновь повернулся к моему лощеному спутнику. — Я не знаю, что мне теперь делать. Из-за вас, между прочим. Я собирался спросить Пьера, известно ли ему что-нибудь о женщине, которую нашли мертвой в моей квартире. Надеюсь, вы понимаете, что убили ее с целью надавить на меня?

— Несомненно.

— Я, кстати, ее не убивал. Вы не спросили, но я подумал, что вам, возможно, эта информация не помешает.

Он встретился со мной взглядом.

— Понятно.

— Как насчет вас?

— Простите?

— Это не вы, часом, ворвались в мою квартиру и убили ее?

Фармер поджал губы.

— Ну что вы!..

— А те люди, на которых вы работаете?

— Нет, — резко ответил он. — Я не убийца, господин Ховард. Как и мои клиенты, которых я представляю.

Он посмотрел вперед, на величественный фасад Трокадеро. Били декоративные фонтаны, но зеленые лужайки у вспененной воды пустовали: сказывалась ненастная погода. Несколько чернокожих торговцев попытались привлечь наше внимание, предлагая миниатюрные копии Эйфелевой башни и разложенные на расстеленных на земле одеялах сумки — подделки изделий известных фирм. Я заметил, что к одеялам пришиты ручки: при появлении полиции торговая точка быстро сворачивалась. Справа от торговцев молодежь каталась на роликах между пластиковыми конусами, расставленными на гладком асфальте. В ярких костюмах, с большими наушниками на головах они казались пришельцами из будущего.

— И что теперь? — спросил я.

— Мне нужна картина, господин Ховард. Вот и все.

— Вы позволите спросить, зачем? Пьер показывал мне фотографию. Должен сказать, картина отвратительная. Больших денег, по моему разумению, не стоит. Но клиент Пьера соглашался выложить за нее кругленькую сумму. А теперь появляетесь вы, ведете себя, как перенесшийся в наше время член банды с Лавендер-Хилл,[15] и я не могу не задать вопрос: что привлекает людей в этой чертовой картине?

— Это обычная картина, господин Ховард.

— Правда?

Он улыбнулся. Совсем как учитель — бестолковому ученику.

— Так вы добудете мне картину?

— Я вам уже сказал. Бруно я найти не могу и…

— Да, да, я помню, что вы мне сказали. Но теперь, надеюсь, у вас появится мотив, и вы удвоите усилия. Два дня, господин Ховард. Потом картина должна быть у меня. Если вы ее не принесете, мои люди в полиции предъявят Пьеру обвинение в скупке краденого. Вы думаете, вас это не коснется? Речь пойдет о неких вещичках, с которыми вы уехали из Амстердама. И, пожалуйста, не оскорбляйте меня словами о том, что вы не знаете, о чем речь. У меня есть связи и в нидерландской полиции.

Я нахмурился.

— Прошло больше года.

— Да, но это ничего не меняет, не правда ли? После этого, полагаю, ваш друг сообщит полиции ваши имя, фамилию и приметы. И это усложнит и без того незавидное положение, в котором вы оказались из-за этого убийства.

— Я же сказал, что ее не убивал.

— И я вам поверил.

— Правда?

Фармер кивнул.

— Я сталкивался с убийцами, господин Ховард, и вы — совсем другой породы. Ловкий вор, возможно. Но не хладнокровный киллер.

— Я польщен.

Я указал на каменные ступени, ведущие к Трокадеро, и мы с Фармером начали подниматься по ним. Какое-то время мы молчали, и я попытался навести в мыслях некое подобие порядка. Но не знал, что сказать и как. Документы, спрятанные между холстом и картоном, не составляли для Фармера тайны. Я в этом не сомневался, но упомянуть о них не мог, потому что тем самым признался бы во лжи: я уже успел сказать, что картина ничего особенного не представляет. Эти документы наверняка вели к чему-то серьезному. Такие личности, как Натан Фармер, не бултыхались на мелководье преступного мира, где пребывал я. Нет, он обитал в тех глубинах, о которых я не решался и подумать. Не акула — нет. Скорее, осьминог, терпеливо ожидающий, пока кто-нибудь окажется в пределах досягаемости его вытянутых щупалец.

Неужели это Фармер оставил послание на моем компьютере? Он находился в моей квартире, когда убивали Катрину? Какую реакцию вызовет мой вопрос о послании, оставленном в ноутбуке?

— Как мне вас найти? — спросил я, когда мы поднялись на верхнюю ступеньку.

Фармер сунул руку в карман и достал визитку. Плотная бумага цвета слоновой кости, золотое тиснение. Все высшего качества.

«Натан Фармер. Конфиденциальные услуги», — прочитал я. И телефон.

— Звоните в любое время. Вас обязательно свяжут со мной.

— Я посмотрю, что удастся сделать.

— Пожалуйста! — Он протянул руку. — Меня ждет автомобиль. — Он указал за мое плечо на припаркованный «Ягуар», серо-стальной, цвета неба; за рулем лимузина сидел шофер.

Я наморщил лоб.

— Но как вы…

Он улыбнулся, махнул рукой.

— Два дня, господин Ховард.

И пошел к машине, оставив меня таращиться на визитку. Я надавил подушечкой указательного пальца на острый край визитки, поднял голову, поспешил за ним.

— Последний вопрос. — Я схватил Фармера за бицепс, что ему определенно не понравилось. — Вы — настоящий? Уж простите за этот вопрос, но я не так давно встретил одного парня, такого же, как вы. На деле он оказался мошенником.

— Ах, да… действительно. Я прочитал вашу книгу, знаете ли. Любопытные приключения. — Он стряхнул с руки воображаемые пылинки, поправил галстук. — Но, боюсь, на этот раз вы попали совсем в другую историю, господин Ховард. И я, как вы изволили выразиться, очень даже настоящий.