Глядя на неровно выложенную брусчатку, примитивную систему отопления и канализации, отсутствие электричества, почувствовал гордость за свой мир.
— Кайла, а у вас есть огнестрельное оружие, ружья, автоматы, пистолеты, гранатометы? — перечисляя названия, надеялся, что перевод автоматически выдаст нужные ассоциации.
— А зачем? Сильные маги заменяют все эти ваши убийственные игрушки. Они своей волей, если захотят, могут стирать целые города, — пожала она плечами.
— Мда, просто тогда и обычные люди могли хоть что-то вам противопоставить, — вот и куда я лезу со своим уставом в чужой монастырь, но было интересно, что Кайла ответит.
— И останутся без защиты? Что нам ваши пукалки? Против зверей еще куда ни шло, а вот против серьезного мага, только потешат свое самолюбие и распрощаются жизнью. Здесь для рабов за счастье служить сильному хозяину. Так можно почувствовать себя защищенным и сытым, — не разделяла она мое стремление к равноправию. Думаю, что в этом мире оно априори невозможно, ведь защита — это способ выживания для слабых.
Мы подкатили к невысокому зданию, являющемуся магической лавкой, куда я с интересом проследовал. Жаль, что не умел читать. Артефакт на шее не нес такой функции. Предметы, выложенные на витринах, рассматривал с большим любопытством, но по-прежнему не понимая их предназначения. Внимание привлекло оружие. Опытный взгляд мечника позволял определять технические характеристики холодного оружия. Одно непонятно, зачем магам нужны мечи, кинжалы, алебарды, копья и весь этот средневековый хлам? О чем тихонько спросил Кайлу, когда продавец удалился за нужным редким артефактом, не выложенным на всеобщее обозрение.
— Как это зачем? Во-первых, чтобы обозначить тебя, как мага. Рабам запрещено носить оружие. Во-вторых, ты же не станешь спрашивать незнакомого мага, какой силой он обладает? Это сразу видно по его оружию, на нем даже можно увидеть принадлежность к той или иной стихии. Поэтому позволяет оценить степень угрозы и не нарваться на неприятности, — немного прифигел, оружие не носило своего функционала, а лишь подчеркивало принадлежность и статус. Не зря мне показалось, что оружие в лавке немного вычурно и больше похоже на бутафорию.
— Ты рассказывала мне о свойствах найденного меча. А вот насколько он статусный? — стало любопытно, что за меч я стащил из закромов мага. Оружие было не редким, заточенно под магию ветра, его прихватил в этот раз с собой. Теперь меч болтался на поясе, отбивая при ходьбе ноги.
— Довольно средненький, но для начинающего мага вполне прокатит. А вот когда закончишь академию, то меч придется выбрать получше, — я так и предположил. Ценное оружие не стало бы пылиться в закромах хранилища.
— А мой клинок? Что можно сказать про него? — Кайла вернула его мне еще до турнира.
— Вот это действительно сильная магическая вещь. Статус не повышает, ведь это всего лишь нож, а не меч. Его специфика по нематериальным сущностям, такой редко встретишь на рынке. В этой лавке лишь среднего уровня предметы, редкие вещи заказывают у мастеров за достойную плату, — в этот момент продавец вернулся со странной вещицей, похожей на обруч для головы. Ликбез окончился. Кайла отсчитала приличную сумму, забрав артефакт, при этом светилась от счастья. Каждый был бы рад при помощи артефакта за день освоить новый язык. Ей хотелось на балу, на который уже отпросилась, свободно общаться со всеми. Позавидовал тому, как девочки умеют вить веревки из отцов, сыновьям этого не дано. Дальше мы продолжили знакомство с городом и его магазинами.
Здешние лавки сильно отличались от земных бутиков, состоящих сплошь из стекла и зеркал. Остановились напротив двухэтажного дома, где Кайла повела меня по внешней лестнице на второй этаж.
— На первом этаже примеряют наряды женщины, а вот мужчины поднимаются наверх, дабы не смущать девушек своим присутствием, — пояснила она возможность разных входов в здание. Зайдя внутрь, осмотрелся. Магазин как магазин, чем-то смахивающий на шоурум. Вот только от пестроты одежды у меня задергался глаз. Неужели эти аляпистые одеяния носят маги, словно павлины, выставляя себя напоказ. Сразу захотелось сбежать, но Кайла меня удержала.
— Оболенский, будь мужиком, — пригрозила она тоном училки. — Понимаю, что наша мода сильно отличается, но ты обязан выглядеть великолепно. Прими это как должное, постараюсь подобрать тебе наряды однотонных цветов.
Два часа мерил все, что она мне давала, ощущая себя моделью на подиуме. Ну или Кеном в руках девчонки-подростка. Кайла, наверное, неплохо разбиралась в моде, я искренне на это надеялся. Гора отложенных вещей неукоснительно росла.
— Оболенский, на тебе все вещи сидят отлично, вот что значат сильные гены, — странный комплимент отвесила девушка, подбирая мне шелковые рубашки однотонных цветов. Камзолы и брюки, расшитые цветными нитями, сразу отбраковал, выбирая лишь темных расцветок с серебряными или золотыми узорами по окантовке. Все казалось здесь вычурным и помпезным, у нас шоумены выглядят на сцене скромнее.
— Лень, ты должен выбрать хоть один яркий наряд, в котором сможешь появляться на торжественных мероприятиях, — с мольбой посмотрела на меня Кайла, понимая, что все же буду выглядеть белой вороной в своих невзрачных нарядах. Я вздохнул, обращая внимание на пестрые вещи, как на неизбежное зло. Внимание привлек лишь нежно-голубой камзол с такими же брюками. Белый узор здесь был уже лишним, но хоть не так бросался в глаза. Сидел он на мне, как с иголочки. Кайла широко улыбалась, показывая большой палец вверх. Я же ощущал себя в нем ванильным мальчиком, ну или парнем нетрадиционной ориентации. Решил его все же оставить, надеясь, что торжественные мероприятия будут редкими и совсем непродолжительными. На этом пытки еще не закончились. Ко всем этим вещам предстояло выбрать аксессуары, платки, застежки, запонки, броши, ремни из кожи различных животных и обувь, будь она тут не ладна. Мужчины носили закрытые туфли на широком каблуке хоть и мягкие, но неудобные. Каблуки достигали аж пяти сантиметров, таким образом, делая своего носителя значительно выше. Я уже тосковал по кроссовкам, да даже по тем стремным ботинкам на пару размеров больше. Зато геям из моего мира этот бутик пришелся бы по вкусу. Я же пытался смириться, понимая необходимость влиться в общую массу, где судят людей по красоте меча и ярким одеждам.
Пока были одни в магазине, не чувствовал особой неловкости, но долго так не могло продолжаться. В дверь, смеясь, ввалилось сразу двое парней, одетые так ярко, что хотелось зажмуриться. Стоял по-прежнему в голубом наряде и мечтал провалиться сквозь землю. Парни, увидев меня, прекратили как кони
