дверь точно перед носом своего телохранителя. Глубоко дыша, прижимаюсь к двери с внутренней стороны.
– Откройте! Не глупите! – гортанный рык протискивается в щелку между полотном и дверным косяком.
– Ты заодно с тем, кто меня похитил! Я позвоню Диме и в полицию! – нащупываю телефон в кармане, но он выскальзывает из руки, когда я почти его достаю. От встречи с полом, экран покрывается мелкой паутинкой. Не-е-ет…
– Черт, вы рехнулись?! Откройте!
Влад выносит дверь тяжелыми ударами кулаков. Я отступаю от нее, запинаюсь за пуф, валюсь на обувную полку и обхватываю себя руками.
При каждом новом ударе, я вздрагиваю, зажмуриваюсь. Грудь распирает от боли. Внутри меня копится крик, который не могу долго сдерживать.
– Уходи! Я вызвала полицию! – кричу истошно, с надрывными нотками, глядя на разбитый телефон у порога.
– Да чтоб вас!
Наступает тишина. Она звенит в ушах и мне не верится, что всё закончилось. Я сползаю на пол, зарываюсь в волосы, ощущая покалывания в ушибленной пояснице. Уснуть бы и не проснуться. Никогда.
– Эй, Стеф, сколько ты тут сидишь? Ты звонила мне два часа назад и…
Вокруг меня свет. Бра на стенах приглушенно горят, и коридор больше не выглядит мрачной ловушкой.
Я поднимаю тяжелую голову. Сима и Поля бросают сумки и присаживаются на корточки возле меня.
– Господи, да у тебя синяки…– Поля касается моего плеча, я отшатываюсь от нее. – Что с тобой произошло?
– Так, – Сима отталкивает Полю и, ругаясь, обхватывает меня за талию. – Помоги мне, Стеф, возьмись за меня, чтобы я смогла тебя поднять.
Я закидываю вялую руку ей на шею и она, кряхтя, потихоньку, ставит меня на ноги.
– Полька, чего стоишь, помоги мне!
Сима рычит приказным тоном, сдувает прядь темных волос со своего лба.
Средняя сестра подхватывает меня с другой стороны и обе ведут меня в гостиную. Усадив на диван, присаживаются на журнальный столик и глубоко дышат.
– Я убью Димку. Все из–за него. Зря я еще тогда, когда ты рассказала мне о его похождениях, не вырвала ему кадык!
У Симы очень выразительные глаза. За душу берут. И сейчас я для них мишень.
– Неужели он настолько оскотинился, а? – Поля подтягивает рукава свитера и крутит золотой браслетик на запястье.
Дима вращает обручальное колечко…каждый раз, когда мы говорим о нашем расставании…это его нервный тик.
Но я не хочу больше думать о нем. И его привычках, его заученных действиях.
Вокруг меня и так слишком много лжи. Я барахтаюсь в ней, вязну до макушки. Липкая, грязная, вонючая ложь. Чую ее везде.
Я пальцами давлю себе на глаза, желая погасить все воспоминания о муже. Утопить в телесной боли все наши счастливые годы вместе.
– Стеф, ну, чего ты молчишь? – настаивает Поля, задевая меня ногой.
Простонав в пустоту, хлопаю ладонью по дивану. Сестры замолкают. Они думают, я зла и начну истерить. Но я обреченно выдыхаю и рассказываю им всё.
Делюсь с ними болью, которую так мечтала притупить или хотя бы сделать будничной. Они притихают, застывают до тех пор, пока я не заканчиваю свой сбивчивый и душераздирающий монолог…
***
Поля и Сима остаются у меня с ночевкой. После всего услышанного из моих уст, устраивают мне вечер какао и просмотр мелодрам. Мы трое возвращаемся в детство. В короткие счастливые мгновения, когда родители уходили в гости и оставляли нас одних.
Я, как и раньше, сажусь между ними, а они укладывают головы мне на плечи и воруют чипсы из миски на моих коленях.
К концу фильма, обе засыпают, а я читаю титры и с их завершением смотрю в черный экран.
Мое отражение пугает до чертиков. Я уставшая, бледная, но все же, красивая. Уже нет той радостной девушки с фотографий, но я все равно держусь. И пускай сейчас мои глаза пусты, под ними темные круги, я выкарабкаюсь. Смогу.
Силуэт Димы застает врасплох. Я резко оборачиваюсь и вижу его живьем. Он не одно из моих пугающих видений.
Осторожно высвобождаюсь из объятий сестер и иду к нему, боясь опуститься на полную стопу. Мои шаги невесомые, неуверенные, но я лечу мотыльком на пламя.
– Зачем ты пришел? Я же просила не появляться здесь.
Дима прикладывает палец к моим губам и ждет, когда я свыкнусь с мыслью сохранять молчание. Я убираю его руку от своего лица и взглядом требую объяснений.
Он ведет меня в коридор. Там широко расправив плечи, стоит один из охранников Димы.
– Ты должна собраться и поехать со мной. – Димин голос спокойный, мягкий.
– Я не хочу, о чем ты говоришь…
Смотрю на мужчину с суровым лицом. Он растирает мочку уха. Снова и снова.
Дима оглядывается на своего подчиненного и кивком головы просит выйти из квартиры. Только дверь за охранником закрывается, меня прорывает:
– Влад практически напал на меня в лифте! А теперь этот тип?!
– Тс–с–с, – Дима обеими руками ловит мое лицо, проводит большими пальцами под моими глазами. – Влад уволен. А ты…Прошу тебя, доверься мне.
– Ты что–то знаешь о Владе и вообще обо всём? Частный детектив помог?
– Я люблю тебя, Стеф, – наше дыхание смешивается и обжигает. – Пожалуйста, не задавай мне никаких вопросов, а просто поверь.
– Но почему? Теперь я уверена, ты в курсе того, кто виноват во всех наших бедах. Скажи мне, Дим.
Ему приходится сильно нагнуться, чтобы коснуться лбом моего лба.
– Не могу, любимая. Хочу, но не могу. Ты та, кого я не хочу терять. Поэтому быстренько одевайся и поехали.
– У меня Сима и Поля в гостях, как я уйду, ничего им не сказав?
– Попрошу парней им все объяснить. Давай, у тебя пять минут. Я улетаю через три часа в Новый Уренгой и должен убедиться, что ты будешь в безопасности.
– Что? Улетаешь? – брови ползут вверх, живот скручивает.
– У меня важные переговоры. Но я клянусь тебе, что в нашем доме, сможешь ни о чем не беспокоиться и чувствовать себя под защитой. Катю и Лену я уже предупредил, что ты продляешь отпуск и в случае чего всегда на связи.
– Дим…ты…как ты можешь распоряжаться моей жизнью?
Мне трудно говорить. Время будто замедляется, и я попадаю во временной капкан. Мой муж даже не поинтересовался как я, готова ли я бежать с ним по первому зову? Он просто ставит перед фактом и не потерпит отказа.
Но я же не вещь. Не игрушка с зашитым ртом. Я живая! Разве можно быть настолько эгоистичным и бесчувственным? Не давая мне никаких объяснений, хочет получить мое согласие…
– Я тебя не узнаю,…когда
