я серьезно настроен по отношению к тебе, — Клейн пальцами поддел еще одну фотографию. Я знать не хотела, что на ней было. Так спокойнее. Все равно, там скорее всего очередной мой позор. — У альфы к своей самке особенное отношение.
Пальцы, касаясь махровой ткани, замерли. Сегодня чуть ли не каждая фраза Джада для меня являлась сплошной эмоциональной качелей. И даже сейчас меня мощно так на ней прокрутило.
— Что же это за отношение? — спросила, заставляя себя продолжить рыться в полотенцах. Где-то на полке должно быть огромное, но я пока что не могла его найти. — В чем именно оно проявляется?
— Со временем покажу. Хочу, чтобы ты почувствовала, — от того, как Джад произнес эти слова, я ощутила себя жутко неустойчиво. — Хоть и моментами тебя это может испугать.
— Не стоит говорить настолько громких слов, — я наконец-то нашла это полотенце и, придерживая остальные, выдернула его. — Если честно… Мне нравится проводить с тобой время. Ты интересный, но мне прекрасно известно твое социальное положение. Ты на том уровне, на котором таких, как я не воспринимают. То есть, «серьезно» априори невозможно.
— Если бы мне был интересен лишь единоразовый секс с тобой, я бы так и сказал, — эти слова прошли по нервным окончаниям.
По сути, Клейн прав. Ему нет смысла скрывать свои намерения. Это какие-нибудь ущербные парни, которые открыто ничего не могут добиться, будут пытаться лить сладкие, лживые слова, чтобы хотя бы ими взять.
Джад в таком не нуждался.
Но и насчет серьезности я все же сомневалась. С его положением, она никак не возможна.
Качнув головой, я попыталась избавиться от этих мыслей. Смысл грузить себя? Особенно преждевременно. Мне хорошо рядом с Клейном. Следовало просто этим наслаждаться.
— Не было у меня в комнате альф, — сказала, пальцами сжимая полотенце. Про Картера я решила умолчать. Лгать плохо, но и рассказывать про него было далеко не лучшим вариантом. — Если бы я хотела пригласить к себе кого-нибудь постороннего, поверь, не вывешивала бы все эти позорные фотографии. И, эй, хватит на них смотреть.
— Мне они нравятся, — Клейн так и не оторвал взгляд от снимков. — Тут альф не было. Хорошо. Но, какие отношения у тебя вообще были?
— Я как-то встречалась с человеческим парнем. Не с альфой, — я поджала губы. — Но мы расстались примерно год назад и максимум, что между нами было, это небольшие поцелуи.
Эти отношения являлись тем, о чем я вообще не хотела говорить. Возникли они в тот момент, когда я уже начала меняться, но все еще являлась полноватой бетой. И в те годы, я по тому парню сходила с ума. Первые отношения. С моей стороны слишком неловкие, но пробирающие от эмоций. Весь мой мир крутился вокруг него.
Возможно, именно поэтому было настолько больно, когда он бросил меня ради моей, на тот момент, лучшей подруги. Бывшей подруги. Ведь по итогу она у меня отобрала все.
И плевать на них. Мне без них даже лучше.
— То есть, ты вообще не тронутая? — Джад впервые оторвал взгляд от фотографий и посмотрел на меня. И сделал он это так, словно я призналась в том, что у меня десять рук.
— Это настолько странно?
— Просто не понимаю, как так получилось.
— Я поступила сюда для того, чтобы учиться, а не ноги раздвигать. И занята именно учебой, — про ежедневную войну с Кэли, которая забирала все остальное свободное время, я решила умолчать. Хотя, про это, наверное, все-таки следовало рассказать.
Подойдя к Клейну, я протянула ему полотенце. Он забрал его, но, вместо того, чтобы вытереться самому, набросил махровую ткань мне на голову, после чего начал вытирать волосы. А я, не шевелясь и даже не дыша, стояла, чувствуя его совершенно не нежные, но осторожные движения. Я и не думала, что парень с такими ручищами на них вообще способен.
— Я дала это полотенце для того, чтобы ты сам вытерся, — произнесла, наконец-то заставив себя отмереть. — У тебя с волос вода капает.
— Это подождет, — взяв край полотенца, альфа им провел по моей щеке. Уже в этом было что-то настолько интимное, что я, не выдержав, тут же отошла.
— Я пойду, заварю чай, — сказала, отводя взгляд в сторону, а затем и вовсе позорно сбегая из комнаты.
***
Я вообще не имела понятия пил ли Джад чай, но, раз уж пошла за ним, обратно в комнату вернулась с двумя чашками. Они были горячими. С исходящим от напитка паром. Поэтому мне требовались огромные усилия для того, чтобы осторожно дойти до комнаты, при этом ничего не пролив.
Войдя в свою спальню, заметила, что альфа сидел на краю моей кровати и что-то рассматривал. То, что держал пальцами. Какой-то небольшой квадрат похожий на лист.
Мне понадобилось несколько мгновений, чтобы понять, что это была фотография. Клейн снял одну со стены.
— Верни, — у меня даже ладони дрогнули. Как у меня получилось при этом не разлить чай, оставалось загадкой. Но, кое-как поставив чашки на стол, я быстро пошла к Джаду. — Я не разрешала их трогать.
Видя, что альфа никак не отреагировал на мои слова, я собиралась выхватить снимок. Но Клейн резко поднял руку и я промахнулась.
— Немедленно верни, — я стиснула зубы. Из-за того, что другие девчонки спали, пыталась не кричать.
— Не хочу, — альфа еще выше поднял руку, когда я вновь резким движением потянулась за фотографией.
И я ведь даже не понимала, что на ней было. Не могла рассмотреть. А, когда бросила взгляд на стену, вообще не смогла определить какой из снимков Клейн взял.
— Что на том снимке? — спросила, прищурившись. Пока Клейн сидел на моей кровати, я кое-как могла бы попытаться забрать его. Но это означало бы чуть ли не лезть на альфу. — Что-то ужасное? Да? Выбрал на меня компромат?
Джад поднял взгляд и посмотрел на снимок. Он держал его так, что альфе как раз было видно изображение.
— Да, Джонс. Это самая ужасная фотография из тех, которые там были.
Меня передернуло. Неужели тот снимок, на котором мы с Моной спим
