Читаем без скачивания Короткая победоносная война - Дэвид Вебер

— Согласен, — кивнул Белая Гавань. — Ну а если у них была другая причина? Особая цель, не просто желание уменьшить риск?

— Приманка… Они хотят, чтобы мы что-то сделали в ответ? — пробормотала Гивенс.

Глаза ее задумчиво прищурились, она повернула кресло, чтобы заново посмотреть на голограмму. Александер снова кивнул:

— Совершенно верно. Как сказал адмирал Капарелли, они, по всей вероятности, не оставили нам другого выбора, как усилить границу. Конечно, они должны понимать, что это увеличивает для них риск в будущих столкновениях… но они также знают, что подкрепление нужно откуда-то взять.

Капарелли расстроенно хмыкнул, глядя на карту, и почувствовал, как его, словно кислотой, обожгло понимание: Белая Гавань, пожалуй, только что попал в десятку… уже который раз!

— Вы предполагаете, что они пытаются подтолкнуть нас к рассредоточению стратегических сил, — решительно произнес он.

— Я говорю, что это возможно. Они понимают, что мы не будем сокращать силы на наших главных пограничных базах. Это означает, что любое значительное подкрепление должно поступить из Флота Метрополии и все, что мы пошлем, скажем, на Грендельсбейн или Минорку, окажется очень далеко от пространства Мантикоры. Если действительно начнется война, то нашим силам потребуется для возвращения почти столько же времени, сколько войскам Народной Республики: расстояние почти одинаково. Вот только наши даже не смогут узнать, что должны спешить домой, пока мы не пошлем к ним курьера с приказом вернуться.

— Но все это имеет смысл, только если они на самом деле хотят начать войну!

В голосе Капарелли появились новые нотки: желание поспорить накладывалось на нежелание поверить, что Хевен спустя столько лет и вправду решился на этот шаг. Однако его глаза говорили, что он согласен с Хэмишем, и после этой запальчивой фразы воцарилось молчание.

— Адмирал Гивенс, — Кромарти наконец прервал тишину, — есть ли данные разведки, подтверждающие гипотезу, о которой говорили адмирал Белой Гавани и сэр Томас?

— Нет, ваша светлость. Но я боюсь, что нет и ничего, чтобы ее опровергнуть. Возможно, некоторые намеки просто похоронены в огромной массе поступающих к нам сведений, но я, конечно, постараюсь их отыскать, если они есть. Даже если Народная Республика готова к полномасштабному нападению, ни один из наших источников в НРХ не успел собрать нужные сведения. Это не означает, что они не делают свое дело. Просто у правительства хевенитов опытная служба госбезопасности, и после полувека завоевательных войн они очень хорошо понимают, какие преимущества дает неожиданное нападение, а у наших людей нет возможности проникнуть им в головы и узнать их мысли.

Второй Космос-лорд еще минуту изучала карту, а потом повернулась к премьер-министру.

— Учитывая все вышесказанное, я все же не думаю, что позволительно игнорировать эту возможность, сэр, — тихо сказала она. — Первый принцип военного анализа заключается в том, чтобы представить себе, какой наибольший ущерб может нанести тебе враг, а затем планировать противодействие, не надеясь, что он откажется от своих намерений.

— Адмирал Гивенс права, ваша светлость. — Капарелли еще злился на Белую Гавань за присутствие на заседании, но чувство справедливости не позволило ему отбросить в сторону доводы графа. — Иногда вы не можете избежать риска в ходе событий, когда речь идет о военных операциях, но осмотрительность — лучшая военная добродетель. Во имя осторожности лучше уж заблуждаться в пессимистических прогнозах, особенно до того, как начнется стрельба.

— Что это означает в отношении развертывания сил? — спросила баронесса Морнкрик.

— Я еще не знаю точно, миледи, — признался Капарелли и непроницаемым взглядом посмотрел на Александера. — Я думаю, никто не будет возражать против того, что вне зависимости от замыслов противника нам необходима по крайней мере частичная перегруппировка сил для укрепления передовой линии обороны, — произнес он невыразительным тоном, и плечи его расслабились, поскольку Белая Гавань решительно кивнул в знак согласия.

— Даже если они добиваются только ограниченного военного конфликта, — продолжал Первый Космос-лорд более естественным тоном, — у нас один выход — наращивать нашу мощь и повышать боевую готовность. В то же время чрезмерная разбросанность нашего флота влечет ничем не оправданный риск. — Он замолчал и, почесав правый висок, пожал плечами. — Я хотел бы серьезно проанализировать состояние наших сил, перед тем как дать официальные рекомендации, ваша светлость, — сказал он премьер-министру. — Права на ошибку у нас почти нет. Корабли стены противника имеют преимущество по численности почти на пятьдесят процентов, а по тоннажу — даже выше. По дредноутам процентное соотношение — в нашу пользу. Вообще большинство наших кораблей лучше однотипных кораблей противника. Но, повторяю, противник превосходит нас в численности кораблей стены. Значит, у нас меньше возможностей для перегруппировки и рассредоточения эскадр флота метрополии, потому что это может ослабить каждую часть в отдельности.

Он вздохнул и покачал головой. Его мощные плечи поникли: он прокручивал в уме неприятные выкладки.

— Если позволите, ваша светлость, я хотел бы попросить адмирала Белой Гавани присоединиться к нам с адмиралом Гивенс в Адмиралтейской Палате. — Прежняя обида не помешала адмиралу пойти на сотрудничество с графом для решения важной задачи. — Мы втроем внимательно рассмотрим ситуацию, и завтра утром я постараюсь представить вам рекомендации..

— Это более чем удовлетворительно, сэр Томас, — ответил Кромарти.

— Тем временем, — произнес тихим голосом Белая Гавань, — думаю, хорошо бы послать приказы о повышении боевой готовности с пояснениями, что за этим стоит, командирам всех наших станций.

Напряжение в комнате снова возросло; Капарелли вздохнул.

— Не вижу другого выхода, — согласился он. — Мне не хотелось бы нагнетать обстановку. У нервного командира гораздо больше шансов допустить ошибку, о которой все мы будем сожалеть… Но они заслуживают нашего доверия… и предупреждения. Учитывая обычную задержку сообщений, мы должны довериться их личной инициативе, а они не смогут принять разумное решение, если мы не предоставим им полную информацию. Я проинструктирую их, чтобы они также были готовы к провокациям и сделали все, что в их силах, сводя к минимуму любую конфронтацию. Но для этого мы должны предупредить их.

— Согласен. И да поможет нам Бог! — тихим голосом произнес премьер-министр.

Глава 12

— Спасибо, Мак. Как всегда, восхитительно, — поблагодарила Хонор стюарда, когда тот разлил вино.

Коммандер Мишель Хенке, сидевшая на другом конце стола, присоединилась к комплиментам, и МакГиннес с улыбкой пожал плечами.

— Что-нибудь еще, мэм?

— Нет, все отлично. — Он начал собирать десертные тарелки, но она махнула рукой. — Оставь их пока, Мак. Я тебя позову.

— Конечно, мэм.

МакГиннес с легким полупоклоном исчез, а Хонор, вздохнув, откинулась на спинку стула.

— Если он будет кормить тебя так каждый вечер, ты скоро станешь похожа на древний докосмический дирижабль, — предупредила ее Хенке, и Хонор рассмеялась.

— Нимиц, может, и станет.

Хонор нежно улыбнулась древесному коту. Тот лежал на животе, растянувшись во всю длину на полке над ее письменным столом и свесив все свои шесть лап. Такое непередаваемое тихое урчание мог издавать только плотно поевший кот, пребывающий в гармонии со всей Вселенной.

— Да и как мне потолстеть? — продолжала она, качая головой. — Пол регулярно швыряет меня по всему залу! Да и адмирал уже измотал!

— Полностью согласна, — горячо подхватила Хенке.

Они обе страдали от бесконечного потока бумажной работы. Мишель хотела сказать что-то еще, но замолчала и с хмурым видом откинулась на спинку стула, поигрывая фужером.

— И все же мы делаем успехи, — заметила Хонор. — Через неделю-другую верфь вернет нам «Нику». Думаю, будет немного легче, когда мы полностью сформируем эскадру в космосе со всеми подразделениями, завершим организационный период и примемся за дело.

— Гм. — Мишель рассеянно кивнула, по-прежнему глядя в фужер с вином, затем подняла голову и неожиданно спросила: — А адмирал Паркс?

— А что с ним?

Тон Хонор стал сдержанным, и Хенке хмыкнула.

— Я случайно выяснила, что ты — единственный капитан флагманского корабля в этой оперативной группе, которого ни разу не пригласили на борт «Грифона» для участия в совещании. Это что, простая оплошность?

— У него не было никакой причины приглашать меня на «Грифон», — недовольно сказала Хонор, и Мишель хмыкнула погромче.