наследников. Между многочисленными родственниками Короля, а династия Солнца насчитывала почти пятьсот живых членов на тот момент, возникла самая настоящая гражданская война. Небесная Империя тогда, в свою очередь, находилась, фактически, в начале рассвета своих сил, поэтому она смогла подмять под себя Кушанирцев, а затем, чуть погодя, и Лидерольон. И до сей поры Кханы ведут споры словами и сталью за право называться правопреемником Последнего Кхана Кханов. Безуспешно, пока что. Мы подъехали к крыльцу трёхэтажного дома. До этого наша процессия отправила гонца вперёд, сами же мы с отрядом, двигались не быстро. Дом выглядел старым… Частично построенный из камня, частично из дерева.
Он имел остекленение и причудливую резьбу. Над дверью висел герб барона Де Ке, представляющий собой зелёное поле, на котором были изображены колосья и руку держащую серп… Придумать герб аристократу и дворянину довольно трудно. В конце концов — надо соизмерять пафос и возможности. К примеру, если кто-то другой придумает разместить на своём гербе Грифона, похожего на Грифона Дома Гранд над ним просто посмеются. Поэтому бедные Дома, либо новые Дома, имеют не самые такие уж и вызывающие гербы… Среди множества баронов и графов Лидерольона приобрела «региональность», то есть — общий стиль существует для каждого Герцогства страны. Барон, или граф — берёт этот стиль и правит его по своему усмотрению. Как пример можно привести герб Де Логов, Южного Герцогства. Их герб представлен копейщиком, на оранжевом поле. Ну и его вассалы заимствуют герб своего господина, заимствовали давным-давно, трансформируя его по своему желанию. В отличие от него — в Фловерруме даже Графы имеют свои истории о мифах, не такие пафосные и эпичные, как Герцоги, но именно они и ложатся в их гербы. К примеру, Грандам подчиняются владыки Дельфинового Залива, по факту — довольно бедный род, владыки Крепости Дельфинов, стоящей на небольшом островке рядом с Грандхоллом. Однако они имеют свою историю о том, что они потомки некого «Морского Короля». И имеют свой герб — русал с трезубцем, на серебряном поле. Общего с нашим Грифоном — ноль. И таких примеров множество.
Однако… Барон не встречал нас на крыльце, наверняка это можно объяснить: не по Сеньке шапка. Мы, с Сиром Яном и отрядом сопровождения, поднялись внутрь дома. Стоит отметить, что он был довольно большим, пусть и рушил мои представления о баронах, как о тех, кто владеет именно замком. Хотя южные бароны замками владеют, как и северные, граница которых упирается в Рикужию, ещё один своевольный край. Внутренности дома были не сказать чтобы роскошными и богатыми. Слуг я видел не так много. Больше было именно стражи. Пусть они все выглядели не очень, в обшарпанных подобиях доспехов.
— Барон готов принять вас, гости, — на ломанном Фловеррумском, отчего у меня даже уши в трубочку завернулись, произнёс слуга, поклонившись и открыв деревянные двери. Главная зала барона выглядела просторно. В центре стоял большой стол, впрочем не заваленный яствами, а сейчас пустующий. Ну а в дальней части комнаты, напротив главного входа в неё, располагался деревянный стул, в котором вольготно развалился русоволосый мужчина, в волосах которого были заметны прожилки проседи. Сам он был одет в гамбезон и лёгкие штаны зелёного цвета. Всё выглядело не очень… Прямо у сердца были ножны с кинжалом.
— Приветствую, — возвестил мужчина, улыбнувшись. — Я барон Жард де Ке. Полновластный владыка баронства де Ке. Вассал графа Эжена де Ридо, который вассал нашего великого эрцгерцога Пьера Луи Рене Дюлав де Дюшама. Мне доложили, что вы, путники помогли убить мерзкого Жайрона. Так как вы вольный люд, я дам вам награду за его убийство.
— Что он сказал? — шёпотом спросил у меня Сир Ян. — Я только уловил: награда, убийство и имя Его Высочества Пьера Луи Рене Дюлава де Дюшама.
— Он благодарит нас, — приложил я руку ко лбу. Наставник с пятнадцати лет путешествует по миру и до сих пор нормально не выучил языки. Что за адская вагина производит таких дегенератов? — Он представился, а так же готов оплатить нам наши труды за проводы Жайрона на беседу с Богом-Творцом о своём плохом поведении.
— Забавно… — донеслось со стороны барона де Ке, в этот раз по-фловеррумски, отчего я даже вздрогнул. Долбанное говно! Он же нас понимает и может сам говорить на моём родном, а я уже принял Фловеррум своей Родиной, языке! А Сир Ян изъясняется либо по-рикужски, либо по-фловеррумски… И если бы у нас стояла какая-нибудь задача… Мы бы уже её провалили? Надо быть осторожнее. Хотя… Не слишком ли я себя накручиваю. Его произношение было не особо ломанным, куда лучшим, чем у слуги. — И что вы забыли в моих землях? — спросил он.
— Мы путешествуем через них, барон, — ответил Сир Ян, улыбнувшись оттого, что больше не нуждается в моих услугах переводчика, отчего у меня в голове настойчиво зазвучало: «ну и пожалуйста… Очень, блин, надо». — Мы встали лагерем в овраге, а после столкнулись с отрядом Жайрона.
— Вот как, — усмехнулся он. — И что же делает человек из рода Гранд вместе с странствующим Рыцарем? Не надо на меня так смотреть, — глаза этого барона так и лучились хитростью. — Я бывал в Фловерруме и видел пару раз, мельком, Грандов. Белые волосы в столь юном возрасте. А ваши эти алые глаза… Представься.
Сир Ян посмотрел на меня. А я тяжко вздохнул… Грёбанная выделяющаяся внешность!
— Меня зовут Люцион Гранд, — представился я. — Сын Его Светлости Аллиона II Гранда, Герцога Грандира, владыки Грандхолла.
— Хммм. Далеко ты от дома забрался, Люцион Гранд, — задумчиво потёр бороду Барон. — Как я уже говорил вам обоим, я готов заплатить вам двадцать денье за тот факт, что вы помогли мне покарать преступников. Принесите!
Он взмахнул рукой и слуга поднёс нам обычный кошель… Вот только. Я взял кошель и с удивлением уставился на барона.
— Ах да… — кошель был пуст и я передал его Сиру Яну.
— Вы нарушаете своё слово? — резко спросил Сир Ян, изучив пустоту и пыль.
— Не нарушаю, — покачал головой барон. — И вам не рекомендую. Просто я положил награду в двадцать денье за Жайрона. Однако я тут случайно узнал чем вы занимались в лесу перед тем, как убили Жайрона. Зер,
