не сможет стереть. Пламя, которое он разжег, подпалило его собственное сердце, и теперь он ехал к губернатору, осознавая, что цена сделки будет гораздо выше, чем он ожидал.
Тревожные мысли сменялись валом противоречивых эмоций, его запястья крепко сжимали руль, и знакомые черты лица на отражении в зеркале заднего вида казались незнакомыми.
Глава 21. Новый год
Новогодняя ночь окутала город на Волге своими волшебными звёздами. Снежные улицы были тихи, пустынны и освещены только разноцветным светом праздничных гирлянд.
Ксения сидела за неуклюжим семейным столом, чьи ножки, покрытые множеством царапин и шрамов, служили убедительным доказательством долгих лет использования. На столе стояла елка, утопающая в украшениях, многие из которых были сделаны в детстве девушки. Отцу Ксении, Сергею Николаевичу, хоть и было тяжело передвигаться самостоятельно, но сейчас он весело улыбался, наслаждаясь компанией дочери и Ильи, который за эти дни стал почти постоянным гостем в их доме. Анна тоже была здесь, предложив свою помощь на кухне.
В квартире царила тоска и уныние, несмотря на попытки Ильи развеселить всех в преддверии грядущего нового года. Сергея Николаевича Ксения устроила как можно удобнее в его инвалидном кресле и включила телевизор с «Иронией судьбы», а Анна, нарезавшая оливье на кухне, неустанно извинялась за то, что не прибыла на помощь во время пожара.
— Я должна была быть рядом, прости меня, Ксюша, — говорила Анна, смахивая слезы над луком.
— Ничего, — тихо ответила Ксения. — Мне помогли, — она вспоминала ту страшную ночь, свои слезы и тепло камина в особняке Анненкова. Об Андре она старалась не думать.
Ксения пыталась улыбаться, но уголки её губ дрожали от напряжения. Этот год обещал быть новым началом, но вместо этого каждый вздох её был наполнен пеплом ушедших мечтаний. Илья развернул несколько елочных игрушек, которые принес в подарок и прыгал вокруг елки, цепляя их на ветки, чтобы создать хотя бы чуточку праздничной атмосферы. Весь вечер он шутил и рассказывал смешные истории о своём студенческом быте, вкладывая в свои попытки все вспыхнувшие чувства к Ксении.
В особняке, в который только что въехал Андре Мартен, царило безжизненное молчание. Он сидел перед камином, сжимая бокал дорогого коньяка, размышляя о своей победе. Вкус победы, однако, оказался горьким. В глубине души он не мог прогнать образ Ксении, её горящие глаза и то, как сильно она любила свой город. Тем не менее, игра была окончена — Андре выиграл. Он поднял бокал, прошептав: «С новым годом». Но эхо его одинокого голоса потерялось среди пустых, необжитых стен особняка.
Тиканье часов на столе напоминал Андре, что время никогда не остановить, как бы не хотелось порою замедлить его бег. Он изо всех сил старался не думать о Ксении, которая согласилась принять его деньги, продав свои идеалы ради спасения кафе и благополучия отца. «Сделка есть сделка», — говорил он себе, но в глубине души понимал, что продал не только её мечту, но и часть самого себя.
Звенел каждый удар часов, наполняя его сердце меланхолией. В его мыслях все еще летали картины прошедших событий: танец с Ксенией на приеме у губернатора, неподдельная страсть в ее голосе, пламя от пожара в ее кафе и, конечно же, искренняя боль в ее глазах, когда она читала неопубликованную статью.
В квартире Ксении зазвонили куранты, объявляя приход Нового года. Все встали, обнялись и поздравили друг друга. Ксения, утирая слезы, сказала: «За новые начинания». Её голос еле слышно дрогнул на последнем слове.
В новогоднюю ночь, когда праздничные огни мерцали в каждом доме, а радостные голоса пели песни на улицах, две души встретили одиночество и разбитые мечты, пытаясь найти утешение в холодной тишине. И хотя в прошлом они казались парой игроков в опасной игре, теперь лишь тоска сгущалась в воздухе, разлитая в темноте ночи.
— Давай, Ксюша, шампанское! — Илья обнял ее за плечи и поцеловал в щеку, прерывая раздумья девушки. — Сергей Николаевич, Аня, с Новым годом!
Ксения словно пробудилась от зимней спячки. Илья держал её за плечи своими тёплыми руками и улыбался так искренне, что в ее глазах блеснула надежда. Взяв из рук Ильи бутылку шампанского, она заставила себя улыбнуться и медленно произнесла:
— С Новым годом!
Строгие, но добрые глаза её отца Сергея Николаевича подмигнули ей в поддержку, в то время как Анна уже спешила на кухню за бокалами. Блеск огней отразился в каждом лице, и в ту ночь даже темные тучи в душах людей рассеялись на мгновение.
С присущей ей аккуратностью Ксения вкрутила штопор и вытащила пробку. Брызги золотистого напитка украсили стол, а шипучий звук добавил комнате веселья и оживления. Она налила каждому полные бокалы, и все вместе подняли их за мечты, за любовь, за истории, которые каждый нес в своём сердце.
Илья, снова обняв Ксению, поднял глаза к потолку, словно хотел проникнуть сквозь бетон и взглянуть в небо.
— Давайте будем верить в чудеса, — прошептал он негромко. — Ведь иногда они случаются под бой курантов.
— За чудеса, — тихо подтвердила Ксения, и её бокал легко коснулся бокалов тех, кто был рядом.
Отцу Ксении, в своём кресле, было трудно управлять трясущимися руками, но усилием воли он тоже поднял свой бокал. В его глазах гордость смешалась с печалью о том, что не мог помочь дочери.
В тот же момент, в одиночестве своего особняка, Андре отпил глоток коньяка, погружаясь в раздумья о своём одиночестве и о том, как жизнь могла бы быть иной, если бы он поступил иначе. В воздухе витали раздумья о прошедшем и предстоящем, об искуплении и о возможности вторых шансов, которые так редко появляются в жизни. Но это была новогодняя ночь, и если есть время для чудес и новых надежд, то это именно сегодня.
«С Новым годом» — поддавшись порыву, он отправил сообщение Ксении. Нажав на кнопку, он отправил сообщение в эфир. Он не ждал ни ответа, ни прощения. Он просто хотел поделиться с ней частицей той тоски, что владела его сердцем в это волшебное время, когда, по легендам, даже враги могли ненадолго забыть свои раздоры.
Смартфон Ксении, лежавший на краю стола, завибрировал, светящееся оповещение разорвало тишину. Это было сообщение от Андре.
Она поставила бокал на стол и прочитала текст. «С Новым годом». Такие простые слова от того, кто оставил незаживающую рану на ее сердце. На мгновение ей захотелось проигнорировать его, стереть это сообщение, как попытка стереть боль и предательство.
Она посмотрела на отца, его улыбка была как
