— Я не настолько дика и кровожадна, чтобы в это поверить! — сказала потрясённая астровитянка.
Профессор на экране снова зашевелил губами и продолжил:
— По мере изменения стандартов деловой этики на финансовых рынках появлялись всё новые изощрённые инструменты. Если в начале XX столетия наибольший риск обеспечивался на рынке акций, то к концу века максимальный риск был связан с производными инструментами или деривативами, например, опционами и фьючерсами.
Изначально сложные финансовые инструменты создавались для обуздания риска, как элемент хеджа, но когда человеческая жадность брала верх над благоразумием, эти механизмы страховки превращались в орудия разрушения. Все крупнейшие крахи на финансовых рынках во второй половине XX и в первой половине XXI века были вызваны спекулятивной игрой в деривативах. Начало XXI века открыло эру финансовых пузырей, быстрых взлетов и падений. Ведущие банки мира, история которых насчитывала десятилетия, а то и столетия, крошились как лёд. Итогом стало ужесточение требований государств к сложным финансовым инструментам.
Глаза профессора Алессандро вспыхнули огнём.
— Но вернемся в эпоху необузданных страстей человеческих. На протяжении почти 200 лет — до середины XXI века — биржи были особым феноменом на стыке прикладной экономики и коллективной психологии. Профессор Вильям Шарп объясняет слово «инвестировать» так: «расстаться с деньгами сегодня, чтобы получить большую их сумму в будущем». Здесь два фактора — время и риск. Отдавать деньги приходится сейчас, а вознаграждение наступает потом, если наступает вообще, и его величина заранее неизвестна.
Реальные инвестиции вкладываются в материальные активы: землю, оборудование, заводы. Финансовые инвестиции — это записанные контракты: акции, облигации и другие инструменты. В примитивных экономиках доминируют реальные инвестиции; в современных экономиках большая часть инвестиций — финансовые, и их доля всё время нарастает.
Финансист Джон Мэрфи установил взаимосвязь всех рынков — финансовых и не финансовых, внутренних и внешних. В периоды стабильности и роста экономики эти взаимосвязи между рынками скрыты, но они чётко проявляются во времена финансовых кризисов. Кризис похож на очистительный вихрь, который сбивает с финансовых рынков пузыри, появившиеся в силу жадности и неумелого управления рисками.
Во времена кризисов наблюдаются редкие явления взаимосвязи разных рынков; опережающий лаг одних финансовых инструментов над другими, составляющий обычно несколько месяцев, в момент кризиса может сжаться до нескольких дней, рождая необычные ценовые уровни одних акций к другим. Финансисты говорят: «спреды рекордно разъехались».
Очень много спекулянтов разоряется в такой момент на разъехавшихся спредах, потому это появление события, к которому не была готова накопленная статистика. Когда в момент кризиса биржевики увеличивают кредитное плечо, играя на сужение спредов, они, по сути, играют в «русскую рулетку», когда вероятность несчастного события невелика, зато реализация данного события трагична.
Никки подумала: «Про «русскую рулетку» я слышала, а вот понятия «кредитное плечо» и «разъехавшиеся спреды» надо прояснить. Чёртовы субъязыки…»
— До середины XXI века, когда стандарты работы на финансовых рынках значительно ужесточились, очень сложно было провести грань между цивилизованными методами работы и мошенничеством. Финансовые пирамиды сменялись фальсификацией работы финансовых рынков через имитацию работы бирж посредством виртуальных торгов. На развивающихся фондовых рынках постоянно появлялись элементы жульничества…
«Да, профессор Алессандро никого не щадит, — подумала Никки. — Его лекция хороша, но многое ещё в тумане. Надеюсь, в следующих лекциях он расскажет всё детальнее…»
За ужином королева снова вернулась к проблеме технологии пятого уровня, которая неотступно терзала Никки и Джерри.
— Какую бы область человеческого бытия я ни изучала, я все время сталкиваюсь с корыстью, обманом и подлостью. В мировых биржах, в рекламном бизнесе, в терроризме — все время видно рыло жадной и злобной обезьяны. Как заставить людей быть людьми? Переубедить человека научными или логическими доводами невозможно, и я не понимаю, как можно достичь нужного нам перевоспитания. В голову приходит только массовый гипноз. Но на него массы не согласятся!
Джерри кивнул головой:
— Да, это вряд ли. Обычный человек не считает, что его мозги или убеждения требуют корректировки.
Никки задумалась:
— Технология пятого уровня, способная изменить психологию всего человечества… Клянусь бородой Дарвина, неплохая задачка! Что же это может быть?
— Спустимся на уровень отдельного человека: что может его перевоспитать? — спросил Джерри. Никки пожала плечами:
— Бесконечные поощрения за хорошие поступки и наказания за пакости.
— Точно! — воскликнул Робби. — Вот ты была ужасно трудным ребенком. Моего кремниевого терпения едва хватало на твоё упрямство и непослушание.
Никки как молнией ударило.
Она круглыми глазами уставилась на Джерри.
— Робби! Он ведь не просто наш помощник — это же искусственный интеллект, равного которому нет. Это воспитатель-гений! Может он стать технологией пятого уровня?
Робби буркнул:
— Ура! Наконец-то эти лягушки признали мои таланты.
— Искусственный интеллект для эволюции естественного разума должен быть сверхважной технологией, — удивлённо кивнул Джерри. — А мы могли его не заметить в расчётах, потому что воспитательная ипостась искусственного интеллекта не учитывалась, а другие его функции были технологиями другого, более низкого уровня.
— Согласен! — важно сказал кибер.
— Значит, если размножить Робби в количестве нескольких миллиардов и обеспечить каждому человеку такого воспитателя, то у нас есть шансы на глобальное изменения психологии общества! — Никки возбуждённо задвигалась в своём кресле.
Робби сказал грозным голосом:
— Я из вас, обезьян, живо людей сделаю! Джерри посмотрел на королеву:
— Это означает гораздо большее влияние общества на человека, чем раньше. Мы будем контролировать обучение и воспитание каждого человека, создадим для него среду, которую он всегда будет носить с собой. Это мощный рычаг, который кардинально изменит общество. Опасная штука, ведь речь идёт о самом масштабном воздействии на человечество за всю его историю. Это ничем, в принципе, не отличается от массовых гипноизлучателей. Никки возразила:
— Что поделать, если без активного воспитания нашей цивилизации не обойтись — иначе она упрётся в тупик, погрязнет в грызне и глупости. Кроме того, каждый человек будет иметь свободный выбор — принимать советы своего помощника-учителя или нет.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
