— Ты хочешь дать мне другое имя? — странным тоном уточнила Безымянная.
— Если ты того хочешь. Я не настаиваю.
— Нет, — после тяжелых раздумий решила Первая. — Я та, кто я есть. Если бы ничего тогда не случилось, имела бы я такую власть? — тело высшего резко сжало кулак и воздух со свистом вылетел из-под пальцев от резкого сжатия. — Так что я довольна тем, что имею.
— Как скажешь, — я пожал плечами. — А сейчас пошли, я познакомлю тебя с остальными моими творениями, — кашель Светоносного ничуть не сбил меня с ритма. -… С остальными нормальными творениями…
— Как же я рада с тобой встретиться! — стоило только подойти, как Лилит буквально повисла на ошеломленной такой встречей Безымянной. — Наконец-то появится ещё хоть кто-то, с кем я могу перемывать косточки всем этим чурбанам!
— Я смотрю, чего у Создателя не отнять, это умение создавать чертовски отличные творения, — рассмеялась Безымянная, заставив Лилит чуть отойти и критично оглядеть тело Йонги. — Что такое?
— А тебя не беспокоит это тело? — Лилит многозначительно помахала рукой.
— Нет, оно очень сильное и в нём никто не сможет со мной справиться. — гордо заявила Безымянная, на следующие слова Лилит сбросили её с небес на землю.
— Но ты же девушка и хочешь всегда ходить в… этом? Нет, нет и ещё раз нет. Тебе надо будет найти подходящее женское тело. И желательно столь же сильное. Эта обезьяна не способна передать всё твое очарование.
— Да-а-а? Я как-то не думала с этой стороны…
— Моих высших не трогать, — сразу отрезал я, чувствуя, в какую сторону движутся их мысли. И вообще, Лилит, разве твои способности — это не изменение плоти? Почему ты не можешь изменить тело Безымянной под неё саму?
Над порождениями Кошмара словно вспыхнули яркие лампочки.
— Как просто, — прошептала Лилит. — А я ведь даже об этом не думала…
«Прости меня Йонга», — грустно размышлял я: «Ты был конченным ублюдком, за что твоя душа будет вечно страдать в проклятой картине. Но подобного издевательства над твоим телом я не планировал».
В кои-то веки мне было стыдно и одновременно не по себе от осознания, какого джинна я выпустил из бутылки.
Баал всё это время мудро молчал, не желая привлекать к себе внимание. Кажется, то, как быстро Лилит и Безымянная нашли общий язык, его изрядно беспокоило.
* * *
Джунг Чан Ди величественно сидел на прекрасном троне своего отца, пока многие значимые люди Империи Хаэн вкушали дорогие яства перед ним.
Столы буквально ломились от еды, в то время как остальная часть империи испытывала далеко не самые лучшие времена.
То и дело из-за столов вставал какой-нибудь очередной аристократ или практик, чтобы выкрикнуть тост их императору. Торжество в честь грандиозной победы над королевством Асан только набирало обороты.
Решение Джунга поставить во главе армии генерала Казиса оказалось абсолютно верным. Собрав в единый кулак разрозненные отряды и армии, Казис словно великан снёс всякую надежду Асана на победу.
Потребовалось три ключевых сражения, чтобы армия Асана была вынуждена отступить с территорий Хаэна. Подобная победа оказала благоприятное влияние на репутацию императора, от чего те, кто шептался о его негодности, были вынуждены на время притихнуть.
Так почему же несмотря на всю ту пышность, что его окружала, Джунг был мрачен, как и в прошлый раз?
И вновь, как в далеком детстве, причиной его тревог была его же сестра.
Пользуясь тем, что её брат не в состоянии с ней разобраться, Шин Чан Ди умудрилась каким-то противоестественным образом подчинить себе аж пятерых высших практиков!
Огромная сила даже по меркам довоенного Хаэна, когда он был в полной силе. Сейчас же это был очень неплохой вызов на получение престола.
У самого Джунга, чтобы можно было понять, было всего восемь высших практиков!
И это было не от того, что на весь Хаэн имелось лишь тринадцать совершенствующихся столь высокого ранга. Проблема была в излишнем свободолюбии подобных личностей.
Зная свою силу и власть, они не особо горели желанием кому-либо подчиняться. И заставить их можно было или личной силой, как сделал бы его отец, или с помощью других высших. Но в последнем случае, чем ты мог бы уговорить высших, не имея за собой других высших?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Замкнутый круг, выхода из которого он не видел. Тем обиднее было от стремительного успеха его сестры.
Он точно знал, что изначально у неё не было столь могущественных сторонников. Значит, она сумела убедить нейтральных высших встать на её сторону. Что она им пообещала такого, что заставило этих высокомерных засранцев изменить своим принципам?
Даже сейчас, в столь критический для Хаэна момент, многие из практиков продолжали скрываться по своим крепостям, убежищам и городам, игнорируя призывы их императора.
И вот здесь как раз и начинались настоящие сложности, ведь у Джунга было подозрение, что именно Шин пообещала.
Роящий носом землю Дхавал в последние недели сумел ухватить ряд слухов на самом высоком уровне. Если им верить, то среди могущественных практиков прошел слушок, что появился новый, уникальный путь раздела мира, в котором роль тех же высших практиков будет заметно увеличена, а роль верховных аристократов низведена до нуля.
Соединив одно с другим, Джунг почувствовал чистую ярость, от чего чуть было не смял кубок с вином в руке.
Эта дура! Теперь ему было понятно, что она делает. Понимая, что в честной битве ей не победить, она готова пустить всё наследие их отца по ветру в единственном желании досадить именно ему!
Даже если она проиграет, то корни её мерзкой идеи уже глубоко уйдут в землю. О чём говорить, они уже это сделали!
Всё чаще Джунг начал замечать задумчивые взгляды верных ему высших практиков. Но если изначально он предполагал, что это просто связано с его политикой, то теперь у него была новая перспектива.
Однако даже это меркло по сравнению с другой проблемой. Когда Дхавал в первый раз принёс эту новость, он подумал, что это не более чем глупая дезинформация.
Как же он ошибался.
Стихии вновь решили устроить свою игру.
Будучи сыном императора, Джунг имел куда больший доступ к ценным и редким знаниям, в том числе и историческим. Поэтому для него не стало секретом, что время от времени в их мире происходит передел «сфер влияния», когда они стихии уходят, чтобы на их место пришли другие.
Когда что-то подобное происходит, то в мире рождается больше владельцев новой стихии, в то время как число обладателей «проигрышной стороны» уменьшается.
Это был бы обычный процесс, в котором не было ничего не обычного, если бы не одно «но». У всех ключевых игроков на политической арене были избранные стихий, в то время как у него никого не было!
Новость о существовании избранного Кошмара у его сестры была катастрофой, и если он срочно не придумает, как с этим справиться, то у него будет уникальная возможность наблюдать, как всё рухнет прямо на глазах.
Да, пока что Джунг превосходил сестру почти по всем показателям, но как долго преимущество будет продолжаться?
Всё это время силы Шин Чан Ди были построены на том, что она набрала на разрушенных землях, но вместе с тем никуда не делись изначально верные ей территории. Тем подозрительнее было то, как они притихли. Само их существование вынуждало её брата выделять немалую часть сил на блокирование территории.
«Единственная моя возможность», — размышлял Джунг: «Это ударить прямо сейчас, пока я на пике своей силы. После победы над королевством Асан армия верит в меня и этим стоит воспользоваться. Жаль, не получится отозвать Казиса. Он всё же нужен на границе с Асаном, чтобы те уроды и не подумали дёргаться, пока мы отведем от них большую часть войск».
Так силы одной из сторон гражданской войны были приведены в действие, и никто не знал, чем это закончится.
* * *
— Поступили важные сведения, — в этот раз Улу была особенно мрачна, что задавало темп встрече. — Пан Янг и Вен Джу встретились на поле боя.
