Синьчжу! – Сяоюнь сунула скетчбук в рюкзак.
Мань Фэнь плюхнулась на стул и стала сонно наблюдать за тем, как Сяоюнь укладывает вещи в сумку. Прошло с полминуты. Мань Фэнь вдруг всполошилась. В ее глазах сверкнула искорка.
– Подожди! Раз уж ты едешь домой, то давай я с тобой поделюсь одной тайной.
– Какой тайной? – Сяоюнь прекратила сборы.
– Ты же для домашки отрисовала уже много всяких зверушек? Вроде бы там у тебя всякие олени, белые птички и тому подобное?
– Ну и? – Сами образы Сяоюнь почерпнула из сновидений, только довела их до ума с учетом рекомендаций преподавателя.
– Помнишь ту старшекурсницу, которая отвечает на фестивале за работу с ведущими? Мы с ней как-то особо сдружились. Так вот: она сказала, что один парень с ее потока просматривал наши работы и посчитал твои рисунки очень даже недурными… А он как раз отвечает за весь визуальный дизайн фестиваля. В общем, у них сейчас со всеми приготовлениями работы завались, рук, чтобы ее делать, мало, а сроки подачи заявок уже на носу. И главный по дизайну все время ищет людей к себе в команду. И он, кажется, тебя хочет пригласить к ним.
– Правда?! – Сяоюнь так поразила эта новость, что ей сначала показалось, будто бы она ослышалась.
Мань Фэнь не без гордости за саму себя закончила мысль:
– Этот парень узнал, что мы с тобой – соседки по комнате, отыскал меня и тайком поинтересовался, какая ты в общении, справишься с такой работой или нет. Догадаешься, что я ему сказала?
– Ну, что же?
– Я сказала… – Уголки рта Мань Фэнь приподнялись, на лице девушки появилась озорная улыбка.
Сложно не напрячься, когда человек, не закончив фразу, оставляет вас додумывать, что именно подразумевалось. Впрочем, Мань Фэнь не стала долго мучить Сяоюнь. Она практически тут же вскочила со стула и громко объявила:
– Балда! Ну конечно же, ты отлично подходишь для такой работы! Ты же у нас самая крутая! Ну как я тебя могла не порекомендовать?
– Вау! Ты меня напугала!
И, взявшись за руки, они вместе запрыгали от радости на месте, сопровождая прыжки воплями ликования. Остановились девушки только тогда, когда с кровати показалась недовольная голова соседки по комнате, которая пожаловалась, что они мешают своими криками ей спать. Мань Фэнь на это только высунула язык. Сяоюнь пришлось извиняться и за себя, и за подругу.
Как и следовало ожидать, как раз по дороге обратно в Синьчжу Сяоюнь получила сообщение от старшекурсника, про которого ей рассказала Мань Фэнь.
Сяоюнь весело поделилась с мамой за ужином всем, что с ней произошло.
Мама разделила омлет с сушеной редькой на две части и положила большую порцию Сяоюнь. По пути домой с работы мама накупила им на ужин всяких жареных вкусностей. После еды ей снова надо было вставать «к станку». Если бы не вернувшаяся из Тайбэя Сяоюнь, то мама, скорее всего, и не заехала бы домой.
– Ты теперь будешь работать с ними? А как же встреча гостей?
– Насколько я поняла, смогу совмещать. Захочу – буду заниматься и тем и другим, нет – выберу что-то одно. – Сяоюнь отщипнула кусочек омлета, запихнула его в рот и не прожевав заметила: – Но я все же, наверно, не возьмусь за все сразу. Дело не в этом. Со слов того парня, мои рисунки очень подходят под концепт фестиваля в этом году. И он еще говорит, что нам будет что обсудить на онлайн-созвонах. Вообще, парень приличный.
– Кажется, ты ему приглянулась, вот он и ищет любого повода пообщаться.
– Ты о чем?..
– Послушай, что я тебе скажу. Я не против того, чтобы у тебя появлялись поклонники. Мне просто кажется, лучше немного подождать. – Мама отложила приборы и продолжила очень серьезно: – Сейчас вокруг масса молодых людей, которые много думают о любви и строят отношения, но не дают себе времени узнать своих избранников, понять, что они за люди. Иногда даже не понимают, что им, собственно, нравится в другом человеке. Сынок Инмэй – как раз из таких. Не пропустит ни одну проплывающую мимо рыбку. Будь поосторожнее с такими.
– Мам, ты к чему все это? Сдалась я этому парню.
– Сяоюнь, ты уже совсем взрослая. Рано или поздно ты встретишь любовь. Но даже если и нет – все равно мне надо тебе это сказать.
– Мам… – Сяоюнь воткнула палочки прямо в горку риса. Вроде бы хотела поделиться с мамой хорошей новостью, а натолкнулась на нравоучения.
Раз уж разговор все равно зашел о чувствах, то Сяоюнь не удержалась от вопроса:
– А что у тебя с твоим Сяочжаном? С тем парнем, который жил по соседству от вас.
Мама «Сяочжаном» называла друга детства. Вопрос, похоже, поставил ее в тупик.
– Да что же ты постоянно вспоминаешь о нем? Он-то здесь при чем?
– Да просто интересно. – Сяоюнь изобразила, будто бы в ее вопросе нет чего-то предосудительного.
Девушка подхватила порцию водяного шпината и почти отправила ее в рот, но не справилась с палочками, и еда полетела на стол.
– Ты его ни разу не видела, да и я упоминала при тебе его только один раз…
Мама собрала разбросанные листья шпината и сложила их в тарелку. Сяоюнь же налила себе суп четырех добрых духов[5].
– В общем, он со мной связался.
– Мм-м?! – Такого ответа Сяоюнь совсем не ждала. Она как раз поднесла ложку с супом ко рту, и от неожиданности «добрые духи» обожгли ей язык.
– Мы с ним давно не общались, но ему как-то удалось найти мои контакты. Он работал в Тайбэе. Ему пришлось вернуться в Синьчжу, чтобы заботиться о больном родственнике. Вот Чжан и предложил встретиться, вспомнить детство.
– Так ты согласилась?
– Конечно. Мы уже встретились.
Быстро же они. А мама еще говорила об этом так, будто бы это все было в порядке вещей. У Сяоюнь же от таких откровений чуть все «четыре духа» не повылетали наружу.
– И что?
– Да ничего. Посидели в кафе, выпили кофе, поговорили обо всем.
– Долго сидели?
– Часа три.
– …
Последние годы Сяоюнь с мамой не могли усидеть в кафе и часу.
Не дожидаясь ответа дочери, мама продолжила тараторить:
– Я же тебе говорила, что он раньше был ниже меня ростом? А сейчас вымахал под метр восемьдесят, очень статный из него получился мужчина! Никогда бы не подумала, что тот мальчишка станет таким красавцем! Он еще лазает по горам. Показал мне много фоток с вершин и еще пригласил как-нибудь вместе подняться в горы… По-моему, классная идея!
Так
