— Роб, ты когда-нибудь по траве ходил?
— Нет, по ней ходить нельзя, только смотреть можно.
Пришлось насильно вытащить парня из машины, заставить снять сапоги и загнать его на газон.
Роб сначала брыкался, но, когда оказался стоящим на траве, сразу затих. Он пошевелил пальцами и зажмурился от удовольствия.
— Вы зачем на траву полезли?
Авина вышла из машины.
— Заземляемся, иди к нам.
— Тут по газонам ходить запрещено, вон табличка.
Роб открыл глаза и спросил.
Авина, ты когда-нибудь по траве ходила?
— Конечно.
— А я представляешь, в первый раз. Нам с детства вбивают в голову, если видишь что-то красивое, это не про тебя.
Девушка промолчала, а Роб снова зажмурился. Чуть погодя он скинул одежду и улегся на траву голой спиной.
Я подошел и лег рядом. Так кайфово было валяться в теплой росе, слушать шелест ветра в листве и пение мелких птах. Восходящее солнце начало слегка пригревать, отчего нас тут же разморило. Вставать совсем не хотелось.
— Тим.
— Слушаю.
— Я вот думаю, может на хрен все?
— Не совсем понял.
— Ну, вся эта история с другими мирами… Может забьем на все и рванем через Черные Поля, подальше в пустыню?
— Роб, зачем?
— Я часто думаю, а что там, дальше… Неужто на всей планете остались всего три Великих Города? А этот кастовый бред, кто его с-сука придумал, какая тварь?!
— Думаешь, есть еще что-то?
— Уверен, нам пудрят мозги, как вот с этой самой травой!
— Дружище, я хочу домой.
— Неужто тебе тут так плохо?
— Роб, ты мой лучший друг, в обоих мирах. Но, я должен попытаться, там у меня есть определенные обязательства.
Судя по шелесту, Авина тоже разулась и теперь ходила босиком.
— Давай так, — Роб привстал и растолкал меня. — Найдем этот портал, или что там нужно… Сгоняем к тебе, посмотрим, что там и как. Океаны, наверное, очень красивые! Как надоест, вернемся сюда и будем исследовать планету. А может вообще в другие миры рванем, а?
— Тебе у нас понравится! Кастовой системы нет, в глобальном смысле. Магии тоже нет, только чистый технический прогресс. Тебе как механику, это пришлось бы по душе…
Позади послышался визг покрышек и стук казенной обуви. Грубый голос прервал нашу беседу.
— А ну, руки за голову и убрались с травы!
Глава 11
— Полиции нам сейчас не хватало, — Роб выплюнул травинку, которую держал в зубах. — Я же предупреждал!
Авина успокаивающе помахала рукой, второй торопливо натягивая сапог.
— Офицер, все в порядке.
— Покиньте газон!
Полицейский упрямо выпятил подбородок и наставил на нас пистолет, сняв с предохранителя.
— Сыскная служба, — девушка быстро показала и спрятала золотой жетон. — Проводим следственный эксперимент!
Глаза полисмена напряженно сузились. Он кивнул напарнику, сидящему за рулем патрульной машины. Тот взял микрофон рации и что-то быстро проговорил.
Оружие по-прежнему смотрело прямиком на нас.
— Вы задержаны!
У стоящего рядом фургона захлопнулись все двери, а стекла и колеса с лязгом закрылись бронированными сегментными шторками. Оперативный передвижной пункт стал неприступной крепостью.
— Разуй глаза, офицер, — в голосе Авины появились ноты агрессии. — Мы представители частной клановой организации, имеющей дипломатический иммунитет. Немедленно спрячь свою пукалку!
Во взгляде полицейского мелькнул страх, но лишь на секунду.
— Госпожа! — он вытер лицо рукавом. — У нас ориентировка и вы трое подходите под описание, поэтому задержаны до выяснения личности и прочих обстоятельств.
— Твою же мать… это Дэвон! — прошептал мне Роб.
— Вы соображаете, чего городите?! — я вступил в разговор. — Какие обстоятельства, какое на хрен описание?
Правая коленка полицейского предательски затряслась, и он схватился за нее рукой, чтобы унять мандраж.
— У границы кольца, на территории Андреафана — тей, произошел инцидент с нападением неизвестных на представителей высшей касты! На кого-то из Волоконтов.
— Они дали описание нападавших?
— Ни жертва, ни сопровождающие лица ничего вразумительного пояснить не могут.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Так чего ты нам голову морочишь?!
— Го-господин, были многочисленные свидетели, по их рассказам и удалось составить примерную картину происшествия. Это все, что я знаю! Потрудитесь проследовать в отделение!
— Эй, придурок, — подал голос Роб. — Где Андреафана — тей, а где мы? Ты чего белены обожрался?!
Все уже оделись, за исключением моей персоны. Шмотки, кроме сапог остались в машине, и я признаться не совсем уютно чувствовал себя полуголым. Вот, нафига было запирать фургон?
Второй коп из машины подал знак.
— Мой напарник уже вызвал подкрепление, у вас будут проблемы, если не подчинитесь! — окрепшим голосом рявкнул полицейский.
Тут же, с пронзительным воем сирен на парковку влетели несколько патрульных машин и два грузовика со спецназом. Из них проворно повыскакивали люди в полной экипировке и рассредоточившись по периметру, взяли нас на мушку.
Над поляной прошел небольшой летательный аппарат на техно-магической тяге и заложив крутой вираж завис неподалеку, ощерившись орудийными стволами.
— Вы задержаны! — прогремел голос усиленный «матюгальником». — Встаньте на колени и поднимите руки за голову!
— Что за непруха, — тихо сказала Авина. — Ну что мальчики, прокатимся в отделение.
Откинув полы плаща, она медленно встала на колени и положила руки за голову. Пришлось последовать ее примеру.
С завидной скоростью и умением, мы были упакованы в полимерные ленты наручников и сопровождены в полицейскую машину.
— А с этим что делать? — спросил один офицер у другого, указывая на наш фургон.
Они постояли, почесали затылки и махнув рукой, тоже уселись в транспорт.
По дороге с нами обращались довольно вежливо и даже обыскивать не стали. Видно, никто не хотел иметь возможные проблемы от представителей дворянской касты. Наручники не давили и не врезались в кожу, что намекало на должное отношение. Мне заботливо выдали одеялко, чтобы не замерз и я решил: ладно, отношение человеческое, авось выкрутимся!
По прибытии на место, нас отвели в комнату с металлическим столом и скамьями, прикрепленными к полу мощными анкерами. Стяжки на руках срезали, принесли нам по кружке горячего какао и оставили в гордом одиночестве. Зеркальная стена намекала на то, что мы очутились в помещении для допросов.
Переглянувшись, простейшими знаками договорились сохранять тишину.
Авина Соран достала маленькую пилку и методично занялась маникюром. Я предпочел просто сидеть, а Роб прошел к стеклу и приложив руки козырьком пытался рассмотреть, что же происходит на той стороне.
— Ни хрена не видно! — сообщил он и вернувшись задремал прямо на столе.
Так прошла пара часов. Когда я уже собирался начать возмущаться, стеклянная стена вдруг завибрировала и с той стороны послышались глухие удары.
Еще через несколько минут к нам вошел высокий офицер, с шикарными усами.
— Добрый день, светлейшие господа! — он присел на свободное место и кинул на стол пластиковую папку с документами. — Мое имя Шута́ф Го́ран, я занимаю пост Шефа полиции Центрального округа, кольца Андреафана — роа.
Он с минуту выжидательно смотрел на нас, но никто так и не представился.
— Во-первых, я хотел бы принести извинения за этот инцидент, — он пригладил усы. — Поймите правильно, мои люди действовали согласно инструкциям, а вы пренебрегли правилами поведения в общественном месте.
— Я сразу объяснила, что мы работаем на Сыскную службу и там проводился следственный эксперимент! — строгим голосом возразила Авина. — Мало того, мы имеем дипломатическую неприкосновенность, но почему-то очутились тут и уже несколько часов теряем драгоценное время.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Госпожа, все именно так, как вы говорите, я не спорю, — Шеф Горан успокаивающе поднял ладони. — Именно поэтому прибыл лично, чтобы уладить возникшую ситуацию… Дело в том, что ваша группа очень точно подошла под рассказы очевидцев, с места происшествия, с участием весьма благородных особ и это явилось причиной задержания. Но, вот что странно! Я едва уговорил пострадавшую сторону прибыть сюда, для очной ставки. В итоге, главный участник вообще отказался от заявления, устроил истерику и угрожал уволить все наше отделение, а меня разжаловать в патрульные.
